Clarity

Alice Greenhouse

****

— Несчастный случай? — переспросила Элион, обнимая свои плечи, съеживаясь от порывистого ветра.

Фобос не счел нужным отвечать, только утвердительно кивнул, сопроводим это печальной улыбкой. Они шли вдоль замка по темной аллее. Уже вечерело, и после всего произошедшего глаза у Элион слипались.

— А мама… то есть та женщина…

— Это Галгейта. Она была твоей кормилецей, кажется. Она выкрала тебя при первой же возможности и спрятала на Земле.

— А Корнелия? Я слышала, как она говорила с ма… — Элион запнулась

и нервно сглотнула, сдерживая невольный всхлип. — Я хотела сказать, с Галгейтой…

Юноша бросил на нее странный взгляд. Прошло еще совсем мало времени, девчонка выглядела очень уязвимой.

— Корнелия — одна из стражниц Кондракара. Это место вне времени и пространства. Там восседает величественный Оракул, — Фобос презрительно скривился, — который считает возможным вершить чужие судьбы.

Элион немного помолчала.

— Фобос, но… зачем?

— Ты законная королева Меридиана, — бросил он, не ожидая, что прозвучит так резко.

Он осторожно взглянул на Элион, но та, казалось, ничего не заметила.

Этот вопрос волновал ее с тех самых пор, когда Седрик открыл ей тайну ее происхождения. Что-то нелогичное было в том, что при живом старшем брате правителем будет маленькая девчонка вроде нее.

— А как же ты? — подняла на него глаза Элион. — Ты же мой старший брат, и по всем правилам именно ты должен…

— Здесь иные правила, — перебил ее Фобос с еле заметной досадой в голосе, отворачиваясь в сторону. — Фактически править может только тот, кто обладает силой. Это называется Свет Меридиана. И это ты.

Она понимала, что вопросы такого рода могут вызывать раздражение, но Элион было важно знать полную картину. Вдруг это какая-то ошибка? Вдруг она не имеет права находится здесь, и очень скоро ее вышвырнут из замка как самозванку. Ей не хотелось никого обманывать и обманываться самой, поэтому лучше уж сейчас открыть все карты.

— Но я все же не понимаю, почему именно я, — упрямо покачала головой Элион. — С тем же успехом этим… светом мог обладать и ты.

— Мог бы, — скривился Фобос, — но наша матушка… наша мама распорядилась иначе. Видишь ли, Элион… Перед своей смертью она отдала практически всю свою силу тебе. Даже если бы я захотел захватить власть, то я не смог бы этого сделать, потому что не обладаю силой.

Девочка оторопело поморгала, смысл его слов доходил кусками.

— Но я тоже не обладаю, — жалобно пробормотала Элион, отчего-то краснея.

Элион со страхом смотрела за реакцией брата, но он лишь отмахнулся.

— Разумеется, обладаешь. Просто она запечатана. Чтобы в детстве ты была обычным ребенком, а не машиной для убийств.

Элион озадаченно остановилась. Она не ослышалась? Фобос вопросительно обернулся, с досадой понимая, как прозвучала эта его фраза. Он постоянно забывал об осторожности рядом с ней.

— Я имел в виду, — с расстановкой пустился в объяснения Фобос, — что сила, которую отдала тебе Вейра, была настолько огромна и безгранична, что ребенок не мог бы с ней

справиться.

— Я поняла, — с сомнением ответила Элион, неуверенно делая шаг вперед вслед за братом.

«Вейра. Ее звали Вейра, и она решила, что я буду достойной королевой», — с тоской подумала девочка, пряча замерзшие ладони в карманах куртки.

Они остановились на небольшом возвышении, с которого раньше во время королевских летних гуляний придворным слугам раздавались указания. Ныне место заросло паутиной, и каменные перила местами обрушились. Солнце опустилось уже почти наполовину.

— Фобос, а какими они были?

— Кто? — безразлично переспросил он, хотя уже догадывался, о чем речь. Девочка молчала, вглядываясь куда-то вдаль.

«Конечно, ей будет любопытно узнать о родных. Очень жаль, что я ничего не могу ей сказать».

— Элион, мне было тогда не так много лет…

— Но явно больше, чем мне, — неожиданно бодро вставила девочка с еле заметной улыбкой.

— Но все равно не так много, — упрямо повторил он, немного удивленный ее выпадом.

Элион ожидающе сверлила его глазами, пока Фобос наконец не сдался. Что обычно говорят, когда вспоминают усопших? Только хорошо.

— Они были очень добрыми и честными людьми, — протянул он, будто копируя кого-то на похоронной мессе. — И Меридиан многое потерял, когда мама и отец покинули нас. Несколько дней сюда приходили простые люди и плакали, держась за…

Элион вдруг покачала головой, а Фобос догадался, что перегнул насчет крестьян. Каждый раз, когда он говорил про другие сословия, пытаясь изобразить жалость или сочувствие, получалось фальшиво. С раздражением он отвернулся и облокотился на перила.

— Фобос, — прошелестела она вдруг совсем рядом, так рядом, что он чуть не подпрыгнул он неожиданности. — Я серьезно.

— Серьезно? — с кривой усмешкой переспросил Фобос.

— Ну да, — она пожала плечами. — Расскажи, кто они были на самом деле. Чем увлекались, что любили, как проводили свободные дни.

Такой простой вопрос выбивал из колеи. Это ведь самые обыкновенные вещи, которые знают друг о друге близкие люди. Правда была в том, что Фобос понятия не имел, что за люди были их родители. Он помнил себя лет с пяти, только вот родители в его воспоминаниях мелькали довольно редко.

— Хорошо, Элион, — устало улыбнулся Фобос. — Я расскажу. Но давай это будет не сегодня.

Она с сомнением посмотрела на брата, но все же кивнула, неуверенно улыбнувшись. Она тоже устала. Он улыбнулся и кивнул в сторону башни. И Элион была уже готова отправиться вслед за ним, когда взгляд ее зацепился за темное пятно за обломками каменной стены. Она сузила глаза, стараясь рассмотреть, что именно скрывается за стеной.

— Фобос!

Он быстро обернулся, бросая вопросительный и несколько раздраженный взгляд на сестру.

— Это… — она шумно выдохнула, стараясь успокоить сбившееся внезапно и без особой причины дыхание. — Розы?