Чужой
Шрифт:
В центре наемники не выдержали натиска ударов и упали на спины, образовав брешь в три бойца. По ним пошли враги. Туда и ринулся Норит. У него был меч, наполненный энергией. Фаруций сказал, что это должно помочь в пробивании магической защиты. Настало время проверить, так это или нет, на третий ряд рассчитывать не приходилось — там стояли пораженные магией бойцы.
Он оббежал позади своих людей и атаковал там, где ряд грозил сломаться и пропустить врага. Пал первый противник с кровоточащим горлом. Норит почувствовал едва различимое похолодание
— Сомкнуть первый ряд. Второй, закрыть фланг!!! — Шлем имел на месте рта решетчатую структуру, однако его обладатель все равно глушил себя, раздавая громкие приказы.
С трудом удалось отсечь первых нападающих от внешнего подкрепления. Это удалось сделать скорее напором панцирьников, нежели потерями среди бойцов противника — те попросту отошли для нового наступления, но факт остается фактом — внутри осталось шесть воинов врага, которые с остервенением рвались к… Теперь понятно, почему ими все-таки заинтересовались, а не оставили на потом. Маг. Они хотели как можно скорее убить Фаруция.
Второй ряд сломал строй чтобы поскорее уничтожить противника у себя за спиной.
Капрал увидел, как солдаты Фостра бросают наземь бесполезные в плотном столкновении рапиры, и достают короткие мечи, все разом, словно по безмолвной команде. На первый ряд снова напали в том месте, где отсутствовал второй. Нужно избавляться от проникших внутрь солдат и восстановить построение.
Он атаковал противника, и меч пробил кольчугу на животе цели.
По ребрам что-то резануло, но отвлекаться нельзя. Сбоку упал наемник с проколотым нагрудником, в промежуток захотел пробиться солдат и схлопотал себе клинок Норита в открывшийся бок. Неожиданно не с кем стало сражаться, троих солдат закололи и без него.
Жалкая дюжина бойцов выжила из двух полноценных десятков второго ряда.
«Целая дюжина» — поправил себя капрал, припомнив вид замертво падающих наемников их соседних отрядов, которые не могли противиться заклинанию, обездвижившему их. Сводило скулы в бессильной злобе на простоту, с которой убивают его друзей: безжалостно и бесчувственно. Будто не людьми они были, а легко заменимой вещью. Головы врагов были покрыты открытыми шлемами, и их ничего ни выражающие лица Норит хорошо разглядел.
В этот момент в разных участках первого ряда появились четыре воина с секирами, каждый из которых метко ударил в плечо своей цели и отступил, оставив увязшее в теле оружие. Капрал видел, как наемники медленно оседали с кровоточащими щелями в стальных доспехах. Они стойко выдержали последний свой удар, а ноги им подкашивала уже скорая смерть.
«…смерть наш спутник и только от наших усилий будет зависеть, на чьей стороне она окажется» — вспомнилась фраза сержанта.
— Построиться во второй ряд! — Отдал приказ Норит и похолодел. По бокам были убиты наемники из других полусотен, и открылся путь для нападения.
— Отставить! — Теперь уже нотки паники вырвались из сжатого в страхе горла. — В кольцо! В кольцо
Норит свистнул один раз. Двойной свист означал «шаг назад и контратака», а одинарный лишь половину этого действия.
Первый ряд в едином порыве отступил, повинуясь привычке, которую вбил им в сознание Ронин, вышли из прямого противоборства на доли секунды, но этого хватило, чтобы осознать приказ полностью и организоваться для перестроения. Бойцы медленно пятились назад, постепенно загибая фланги. Остатки первого и четвертого десятков, сдерживая натиск по бокам, также отходили к волшебнику.
Капрал посмотрел на Фаруция почти умоляющим взглядом. Он надеялся, что тот закончил невидимое сражение и сможет хоть как-то помочь. И не ошибся.
Чародей был похож на демона. Именно так Норит и представлял себе исчадий Нижних миров: с кровавым оскалом и с выражением крайней ярости на лице.
Кровь из носа стекала магу на губы и зубы, с глаз едва не срываются молнии, а между обращенных друг к другу ладоней искрился белый туман. Секунда и заклинание увеличилось в размерах, уже целое облако зависло над противником вокруг последнего оплота полусотни.
Хмарь медленно опустилась на врагов, и даже сквозь грохот развернувшейся битвы и почему-то дрожание почвы было слышно потрескивающее шипение. Внешнее кольцо оставили в покое, короткие вскрики затихли, а облако магии исчезло как туман под Асором пустыни. Остались только солдаты Форста, их было около двадцати, покрытые голубоватым инеем, налетом, завернувшим все их тело и сохранившим четкость фигуры. Они словно статуи неизвестного скульптора, пожелавшего запечатлеть миг яростного сражения, образовали третье кольцо построения, которое сами же и пытались разрушить. Один из наемников рубанул скульптуру напротив себя, а она брызнула осколками. Нет, не человека, уже льда.
В руках Фаруция образовался новое заклинание в виде шара с синими языками пламени.
Противник отвлекся на сражение позади и больше не атаковал наемников Норита. Наверное, не уничтожив мага, они переключили свои усилия на добивание раненых. Норит не сомневался, при перегруппировке, им пришлось оставить еще живых товарищей, не способных подняться с земли в тяжелых и неповоротливых доспехах.
Два вражеских солдата впереди рухнули как подкошенные, а на их месте появился сержант. Живой!!!
— Господин сержант! — Капрал не мог сдержать радости.
Ронин бросил короткий взгляд в его сторону и закрутился подобно торнадо, вокруг него падали враги, порой не успевая понять, откуда пришла смерть. Норит и сам не успевал взглядом за движениями рук командира.
В противника полетел вырастающий в размерах магический шар, и сержант резко разорвал дистанцию с врагом, будто почувствовал приближение заклинания. Творение мага оглушительно взорвалось и куклами расшвыряло людей, однако не прекратило на этом свое действие, а с диким ревом обрушилось огненным валом на оставшихся нетронутыми воинов.