Чужой
Шрифт:
Сегодняшняя партия сыграна, и генерал армии опрокинул короля после первого же хода конем противника.
Ронин невесело улыбнулся. В Урст.
— Нор, ко мне!
Капрал, как и сержант, дополнительно носил под доспехом кольчугу, в ней он и подбежал, постоянно оскальзываясь. На его левом боку стальные кольца были разорваны, а из прорехи выглядывала окровавленная белая ткань. Однако казалось, Норит ее вовсе не замечает.
— Нор, нужно перебраться на противоположную сторону оврага. Ведешь вверх по течению, пока не станет возможным пересечь поток. Я со стрелками
— Ясно, госп… — Капрал запнулся и растерянно смотрел на командира.
— Нор, назначаю тебя исполняющим обязанности сержанта. — Ронин выкрикнул приказ, чтобы все могли расслышать его в какофонии звуков падающих в воду и на людей капель.
— Слушаюсь, господин лейтенант! — Браво подхватил Норит.
— Живее, дождь может вскоре закончиться! — Словно опровергая слова мечника, капли в воздухе осветились от белой вспышки, а через секунду раздался оглушающий гром. Дождь с новой силой начал поливать изнеможенных людей.
— Вперед.
Ронин выбрался наверх к арбалетчикам, за ним последовало с десяток лучников. Все были при оружии, никто не бросил ни меча, ни лука, ни тем паче казенного арбалета. За потерю личного оружия армейских наказывают намного суровее, нежели наемников. У последних, кстати, в руках красовались боевые трофеи — рапиры. Пару раз мечнику все же пришлось перерубать эти клинки, просто для того, чтобы лишить противника оружия, когда не доставал до плоти. Он чувствовал необычайно сильное сопротивление при отломке стали — это точно было заклинание крепости, которое накладывают перед наложением основного плетения в структуру металла. Подсуетились парни, когда только успели?
Мечник дальше всех отходил от оврага, но и ему ничего не удавалось разглядеть. Не удивительно то, что он едва не упал, когда перед ним выросла насыпь прикрытая дерном в высоту полтора метра. Совершенно неразличимая со стороны порядков войск Республики, она была надежным укрытием для фострцев, вздумай Республика напасть порядки фострцев первая. Взобравшись по скользкой поверхности, Ронин приготовился отразить возможную атаку. Нападения не последовало. Полоса чернозема простерлась по направлению от оврага к центру равнины. Где она заканчивалась, нельзя было сказать — видимость обрывалась на десяти ярдах.
От наемников послышались окрики, но сержант не стал обращать на них внимания, разглядывая следы на дне импровизированного укрытия. Вода маленькими продолговатыми лужами заполнила отпечатки ступней в грунте. Кое-где валялись обрывки материи, из грязи дождь вымыл кинжал, на фоне грязного месива выделяющийся светлым пятном отполированной стали. Четыре пня вокруг большего посередине наверняка служили стульями и столом: для еды, игр или и того и другого. Все указывало на недавнее пребывание здесь группы солдат.
— Господин лейтенант!
Подбежал парнишка, громко хлюпая водой в сапогах. С его виска, словно краска с рыжих волос стекала струйка крови, мгновенно смываемая дождевыми потоками, однако через секунду опять пересекала щеку.
— Господин лейтенант, там ступени вырыты с оврага в окопы и бревна перекинуты на другую сторону. Если сейчас по
Такое обращение было для Ронина в новинку, однако он уже чувствовал навалившуюся ответственность за сотни судеб. Впрочем, эта ответственность не навалилась на него, а наоборот — окрыляла, прибавила сил и уверенности. Он попал в родную стихию. Гросстаммены род королей воинственный и у них в крови полководческий талант.
— Передовой отряд послали?
— Так точно! На другом берегу никого, даже траншеи не прорыты как здесь…
— Переправляйтесь. Передай Фаруцию, — по непонимающему выражения бойца стало понятно — такого имени ему не доводилось слышать. — Магу. Магу передашь, чтобы узнал, где и кто сейчас находиться.
Наемник убежал исполнять приказания. Ронин забыл сказать, чтобы чародей зря не рисковал обнаружить себя. Да он и сам должен понимать это не хуже…
Сержант спрыгнул в окоп и погрузился в образовавшееся болото по колена. Пришлось облокотиться о стену траншеи для поддержания равновесия. Должно быть этими проходами попользовались не долго — поверхность не утоптана и больше напоминала трясину. С краев струились мутные ручейки, медленно, но уверенно подтачивающие ничем не укрепленные стенки земляного коридора.
Потерянный рассеянным воякой клинок обрел нового хозяина. Струи с небес тут же омыли находку, обнажая в слое грязи самый обычный кинжал, каких полно в лавках любого города. Концы гарды согнуты один в сторону рукояти, другой в сторону клиновидного лезвия обоюдоострого оружия. Рукоятка покрыта мягкой кожей с поперечными перевязями, она не скользила в ладони даже после грязевой ванны.
Измазавшись с ног до головы, Ронин выбрался из защитного рва — теперь это творение рук человеческих другой цели уже не могло послужить. После тягучей грязи перемещение по травке казалось прогулкой по парку. Окоп все больше заполнялся водой. У своего окончания он превратился в полноценный приток новообразовавшейся реки.
Через мост над оврагом с шипением перекатывались волны, грозящие в любой момент снести жалкую преграду на своем пути. Однако придется потратить им не мало сил, размывая вкопанные в склоны дубовые бревна. Упомянутые наемником ступени больше напоминали каскадные фонтаны в Соти. Земляные сходни почти полностью смыло темными водами из траншеи, которые быстро смешивались с чистым потоком.
— Стоять! — Пригрозил один из двух арбалетчиков, стоящих по обе стороны моста на другом берегу, не распознав своего командира в кольчуге с клочками травы и грунта.
— Отставить! Свои. — Ронин дождался, когда стрелки опустят оружие, и зашагал по стволам деревьев, ногами ощущая их протестующий под жутким напором скрип.
Сержант отыскал Фаруция довольно быстро. Сложно не заметить человека на белом участке, покрытом толстым слоем градин уже начавших подтаивать.
— Ну, как успехи?
— Да никак! — Несдержанно огрызнулся маг. — Я не знаю, как смотреть сквозь преграды. Даже приблизительной формулы у меня нет, а активные заклинания сразу засекут. Бархрез!