Чужой
Шрифт:
— Что ты больше не можешь, Линс?
— Идти не могу! — Наёмник был раздражён до предела.
— У тебя болят ноги?
— Ты ещё и издеваешься?! Тебе нравится?!
— Смотреть на это омерзение?! Ничуть! — Ронину на самом деле было крайне неприятно это низкое зрелище.
— Тогда скинь меня с горы, а! Я всё равно не жилец! Давай!!! Докажи свои слова на деле!
— Хочешь быстрого избавления, не так ли?
— Тебе не понять!
В голосе проскользнули нотки не звериной жажды, а человеческой безысходности. Ронин ухватился за
— Ты хочешь вылечиться?
Линса прекратило сотрясать.
— Вылечить?! — Поражённо выговорил он и взялся за клинок. — Да я знаешь, где такую помощь…
Саблю сержант выбил из рук и сбил нападающего с ног. Сзади вскрикнула Лилиана. Линс поднялся и полез уже с кулаками. Ронин сделал подсечку и наступил на грудь поверженного новичка. Он услышал чьи-то приближающиеся шаги.
— Назад! — Крикнул сержант и начал изучать вырывающегося Линса.
— Нету больше, нет! — По щекам у жертвы катились слёзы, но Ронина они никоим образом не разжалобили.
— Чего «нету»?
— Денег! У меня их нет, и заплатить за это «лечение», — слово парень буквально выплюнул. — Мне нечем! Я всё отдал за…
— Мне нужна другая плата — жизнь.
— Что? — Линс ошеломлённо замер.
— Ты хочешь избавиться…
— Не такой ценой! Иди к демонам, сержант!
— Уже бывал. И эта цена в случае неудачи. Либо я тебя убью в процессе, либо станешь здоровым человеком.
Ронин достал медальон.
— Это маяк, он может мгновенно переместить тебя в другое место, где по моей просьбе выдадут деньги. Ты купишь себе наркотики. Через каких-то двадцать минут ты уже всыплешь в себя эту дрянь. Третьего не дано. Твой выбор, Линс!
Парень недоверчиво смотрел на сержанта.
— Ты отправишь меня? — Спросил он несмело. После взрыва агрессии это было неожиданно.
Ронин внутренне взвыл от злобы, если он ошибся, придется и правда отправлять этого парня назад. Не потому что ему было его жаль, не из-за данного слова, а лишь потому что такой непредсказуемый член команды является угрозой всей группе.
— Пути назад не будет в любом из вариантов, это я могу пообещать с уверенностью. Всё остальное зависит от тебя и ни от кого больше.
— Я согласен.
— На что? Воспользоваться маяком?
— Нет!
— Ты помнишь, чем это может закончиться?
— Да.
— Будь уверен, так и будет, если сдашься. Ты уверен?
— Да! Да! Сколько можно повторять?! — Линс опять дрожал.
— Отныне полное подчинение, понял? За мной. — Сержант бросил на остальных наёмников предупреждающий взгляд, в том числе и подошедшему дозору. Направился к валуну, чёрным пятном выглядывающемуся на появившемся недавно снегу.
— Сними рюкзак и ложись. — Приказал Ронин, подойдя к гранитной глыбе.
Новичок безропотно подчинился и распластался на нагретом Асором камне.
— Закрой веки. Слушай только мой голос. Расслабься…
— Что он делает? — с нетерпением спросила Лилиана.
— Без
Несмотря на свой ответ Дирт догадывался о намерениях сержанта.
Впрочем, долго терзаться догадками ему не пришлось. Ронин бросил новичка неподвижно лежать на камне, а сам подошел к отряду.
— Линсу о наркотиках ни слова. Причиной болей является простуда и вчерашнее падение в пустоты подо льдом, где он ударился головой…
— Ловко! — сказал Молф и немедленно умолк.
— Еще раз повторяю, никто не должен и намеков давать на недавние происшествия.
— Что ты с ним сделал?
— По-моему, Лилиана, он произвел внушение. — Высказал свою догадку первый капрал.
— И?!
Для чародейки это слово ничего не значило. Для обучающейся магии, остальные воздействия являлись чем-то нереальным, несущественным по сравнению с осязаемыми заклинаниями. Даже в парящий водопад она поверила с большей готовностью, нежели в потерю памяти от какого-то внушения.
Ронин громко хлопнул в ладоши. Линс поднялся, огляделся по сторонам и, заметив своих, потрусил в их сторону.
— Извините, господин сержант, задремал. Зато успел к отправлению, так ведь? — Новичок подобострастно улыбался своему командиру.
— Так. Арист, Молф.
Те поняли и отправились в дозор.
— Форст со мной.
Когда сержант достаточно далеко отдалился, Линс попросил волшебницу:
— Лилиана, а Вы не могли бы исцелить меня? Голова так просто раскалывается! И надо же было так оступиться. Как падал вообще не помню.
— Не удивительно, — не сдержался от язвительной реплики Молф, но, вовремя спохватившись, добавил. — С такой-то высоты грохнуться…
— Я не целитель Линс, а боевик. Так ты точно ничего не помнишь?
— Лилиана! — Тихо предупредил Дирт.
— Да точно! Снег из-под ног ушел, а дальше как отшибло.
Капрал отстал от ядра колонны. Подождал пока сержант, который пребывал в задумчивости, нагонит его.
— Сержант, и это ему поможет? Ты заставил его позабыть о наркотиках.
— Это не от меня зависит, а от самого Линса. Способна ли его сила воли противостоять влечению и ломке или нет. По сути, он борется со своим организмом. Будь он более опытен в деле самоконтроля, справился бы сам и очень быстро.
— Опытен как ты?
— Да.
— Ты же обладаешь не просто самогипнозом, а медитирующим боем, верно?
— К чему эти вопросы, Дирт? И где ты вообще должен находиться?
— Слушаюсь, господин сержант.
Если Ронин не хочет раскрывать свои карты, так тому и быть. Теперь капрал не сетовал на командира, а готов был выполнять любой его приказ, потому что находился в подчинении у опытного и умелого бойца, а не у самоуверенного упрямца каким считал сержанта раньше.
Дирт перед отправлением к среднему звену посмотрел на Форста, старательно делающего вид, будто его здесь вообще нет. Однако не возникало сомнений, запомнил все из выше сказанного и намотал на свой тонкий ус.