Чудовища
Шрифт:
— Хватит ходить вокруг да около, — мрачно процедил Ким, молчавший до этого момента. — Только время теряем… Не слушайте его! — его указательный палец уставился на мэра. — Он врет вам! Врет от и до!
— Да как же я вру? — мэр изобразил удивление. — Я с вами честен. Всегда был и забывать эту привычку не собираюсь.
И тогда Ким разошелся. Он сдал всех: себя, полицейских, мэра; рассказал про вампиров, рассказал про ферму, рассказал про убийство в школе. Жан даже не пытался вклиниться, потому что одноклассник говорил горячо и быстро — как тот, кто долго, очень долго хотел поведать миру правду.
Затем мэр вновь поднес кулак ко рту и прочистил горло. Он разлепил губы, уже собираясь что-то сказать, как вдруг зашелся громким кашлем. Кашлял он так, как будто пытался исторгнуть из себя легкие. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться; на его лице появилась растерянность, но лишь на мгновение — затем ее сменило привычное непробиваемое спокойствие.
— Знаете, у меня даже язык не поворачивается назвать это клеветой, — со снисходительной улыбкой говорил он. — Это какая-то очень глупая и несмешная шутка. Вампиры? Я… простите, я даже не могу подобрать слов, чтобы прокомментировать это. — Он посмотрел на толпу, и та тоже была в смятении и непонимании. Появилось очень много недоверчивых и просто насмешливых взглядов. Жана это не удивило, примерно такой реакции он и ожидал, однако сдаваться он пока не собирался — тем более что со сцены еще не прогоняли.
— Я знаю, как это звучит, — опять заговорил Жан, — и мне тоже это сначала показалось чем-то нереальным! Но такова правда, и я не сошел с ума, я продолжу это утверждать. Можно называть их по-разному: вампирами, кровопийцами, упырями или кем-то еще, но в сути своей они — самые настоящие каннибалы! Извращенцы, которые пьют человеческую кровь! Они и есть та самая секта, про которую говорил мэр! Он сам же ее и основал!
На сцену взбежали трое полицейских, но мэр жестом показал им не лезть.
— Я умираю, — объявил Ким. — Я не шучу. Посмотрите на меня… зачем мне врать? Зачем мне придумывать какие-то сказки? Я не хотел быть таким, как они… Они запугали меня, они заставили меня помогать им… Я пришел, чтобы положить этому конец… — уже из последних сил сказал он.
— Они похитили и мучали моих друзей! — воскликнул Жан. — Двух моих сверстников и девятилетнюю девочку! Каннибалы держали их в плену и пытали, я видел их руки — они все были изрезаны ножом! Все еще думаете, что я шучу?! Я бы не зашел так далеко, чтобы просто пошутить! В это вы верите? Или это тоже вам кажется недостаточно реальным?
— Не верите — так сходите на озеро, где эти упыри прячут тела убитых жителей! — вдруг раздалось из толпы. Жан аж остолбенел на мгновение. Феликс? Это точно был его голос!
Толпа заволновалась, стала перешептываться. После того, как Жан упомянул каннибалов, люди уже не были так твердо уверены, что все ими услышанное — выдумки двух малолетних безумцев.
Музыка все еще негромко играла, однако праздничной атмосферы как не бывало. Мэр, с несколько напряженным лицом, говорил:
— Два фактора — неопределенность с преступниками и убийство в школе, — по всей видимости, плохо повлияли на этих ребят, в чем, должен признать, есть и моя вина. Я не злюсь на вас, — сказал он Жану, и парень ответил
— Одно из них только что прозвучало! — выпалил Жан, не позволив мэру завладеть инициативой. — Озеро в лесу! Хорошее вы выбрали место, чтобы спрятать трупы! Почему бы вам не признаться, где вы держите похищенных людей?!
— Нет никаких похищенных людей, парень, нет никаких ферм, где собирают кровь, — сдержанно произнес мэр. — Хватит. Надеюсь, вы, два нигилиста, хорошо повеселились. А сейчас, пожалуйста, покиньте сцену. Вы пугаете людей и портите праздник! — возмущенно добавил он. — Имейте совесть! Какая циничная молодежь пошла!
Мэр старательно пытался скрыть волнение за восклицаниями. Жан заставил его занервничать, однако уходить он пока не собирался — ему еще было что сказать. Он заметил, как один из полицейских, стоящий за спиной мэра, положил пальцы на кобуру, но знал, что в него не выстрелят. Потому что если выстрелят, — это только подтвердит его слова.
— Пожалуйста, покиньте сцену, — повторил мэр. — У других людей тоже есть вопросы.
— Подумайте, люди! А не будете ли вы потом жалеть, что поверили в ту правду, в которую было поверить проще всего? — выкрикнул Жан и тут же почувствовал крепкую хватку на руке — это был полицейский, который, надо понимать, собирался выпроводить его сцены.
Полицейский потянул его за собой, однако уже через мгновение неожиданно отпустил. Виной тому оказались грязные люди в рваных и окровавленных одеждах, появившиеся буквально из ниоткуда, их было много, не меньше сотни. Они не на шутку взбудоражили и напугали и без того неспокойную толпу.
— Не может быть… — прошептал мэр, не веря. На его лице отразился чистый ужас.
Мужчина, на котором были лохмотья полицейской формы, — Жан сразу признал в нем Эрика — выкрикнул, указывая на мэра:
— Мэр — убийца! И все полицейские — убийцы! Они похищают людей и пьют их кровь! Кто-то даже не гнушается есть человеческое мясо! Эти ненормальные прячутся среди нас!
— Ч-черт!.. — яростно прошипел мэр. Он бросился заговаривать толпе зубы, а Жан вдруг заметил, что Ким впал в какой-то ступор и словно бы выключился из реальности, взирая куда-то далеко-далеко вперед, за горы, возвышающиеся над Бланвертом. Он подскочил к однокласснику, собираясь привести его в чувство, как вдруг обнаружил, что у того изо рта тоненьким ручейком по подбородку бежит кровь.
— Ким?
Одноклассник никак не отреагировал. Вот же блин! Да он совсем плохо выглядит, нужно уводить его отсюда! Жан взял его за локоть, но Ким неожиданно и как-то агрессивно зарычал и с силой выдернул локоть. У Кима был совершенно пустой, лишенный разума взгляд. Интуиция подсказывала Жану, что однокласснику уже не помочь. А еще она подсказывала, что вот-вот случится что-то нехорошее, и он как раз находится в самом центре событий. Он поспешил убраться со сцены, пока никто не обращал на него внимания.