Chemical Wedding

Vilriel

В каюту, подсвечивая себе путь Люмосом, прошмыгнула Василиса. Из-под домашней мантии у неё виднелись пижамные брюки.

— Вы в порядке? — встревоженно спросила она, подойдя к койке.

— Ну, так, в относительном, — пожала плечами Иванна, которая была просто счастлива отвлечься от тоскливых мыслей.

— Можно я с вами посплю? — тон девушки был больше похож на утверждение, нежели на вопрос.

— Можно, только я тебя заморожу, — обрадовавшись перспективе обрести компанию, Иванна, тем не менее, не могла не предупредить об опасности.

— Ничего, я морозостойкая, — Василиса погасила Люмос, сунула палочку в карман мантии, которую сняла и повесила на стул, и забралась под одеяла.

Иванна порывисто сграбастала её в объятия

и уткнулась носом в тёплую макушку.

— Вы не переживайте, всё будет хорошо, — тихо сказала Василиса. — Не расстраивайтесь. Если дядя обещал вам вернуться, значит, вернётся.

— Обещал, — всхлипнула Иванна.

— Вот и не расстраивайтесь, — убеждённо повторила Василиса. — И вообще, поплачьте уже нормально, сами же знаете, отличная штука.

Иванна, из глаз которой уже и без того лились слёзы, согласно угукнула. Действительно, надо было с этого начинать, уже ведь не перед кем тут изображать стойкость духа.

…Забрезживший рассвет с пробуждением принёс воспоминания о вчерашнем дне и, одновременно, тревожное недоумение. Иванна довольно быстро осознала, что двигаться ей мешают три слоя одеял и одежда, но была ещё какая-то странность… Открыв глаза, она от неожиданности едва пулей не вылетела из постели: казалось, всё вокруг, включая её саму, устилают длинные чёрные пряди. Вспомнив наконец про Василису, она со стоном облегчения рухнула обратно на подушку, невольно разбудив соседку.

— Как вы? — сонно пробормотала Василиса, принимаясь тереть глаза.

— Сложно сказать, — нервно хихикнула Иванна. — Не каждый день просыпаешься в японской страшилке.

— Чёрт, коса расплелась, — открыв глаза, констатировала Василиса. — Помогите расчесаться, а? Сейчас за расчёской сбегаю, — кое-как собрав своё богатство воедино и завязав узлом на затылке, она выбралась из постели.

— Да у меня есть, — попыталась возразить Иванна, но Василиса со снисходительным смешком набросила мантию и убежала.

Тяжеленный малахитовый гребень, принесённый несколькими минутами спустя, вкупе с собственным удивительно бодрым состоянием духа навёл Иванну на подозрения.

— Признавайся, ты в волосы моё уныние оттянула? — спросила она, осторожно разбирая запутанный комок у василисиного виска.

— Попыталась, — не стала отпираться она. — И, кажется, довольно успешно, — добавила она без ложной скромности.

— Это же вредно — на себя оттягивать, — покачала головой Иванна. — То есть, я тебе просто нечеловечески признательна, но…

— Я ведь не делаю это на регулярной основе! — возразила Василиса. — Это во-первых. Во-вторых, у них большая энергоёмкость. В-третьих, вы сейчас гребнем всё сгоните к кончиками и срежете сантиметров десять.

Иванна, шокированная такой перспективой, попыталась протестовать, но Василиса была непреклонна, заявляя, что десять сантиметров в мировом масштабе никакой роли не играют. В конце концов, Иванна сдалась, и вскоре срезанная горсть волос была сожжена по всем правилам.

— Ваша весёлая семейка меня всё больше ужасает, если честно, — призналась Иванна, задраивая окно, которое открывала, чтобы проветрить каюту.

— Ой, да будет вам, — смущённо пожала плечами Василиса. — Идёмте завтракать.

========== Глава 108 ==========

2 июля 1995 г.,

Хогвартс

…Иванна покидала Хогвартс в крайне смятённых чувствах. Неделя, показавшаяся вечностью, не привнесла особой ясности, и чем дальше, тем больше Иванна ужасалась царящему вокруг хаосу. «Расследование», которое провели буквально за один день заглянувшие в школу авроры, в том, что касалось дурмштрангской делегации, состояло исключительно в коротком опросе Виктора, а про общение с остальными студентами, не говоря о преподавателях, речи вообще не шло. Иванна даже всерьёз усомнилась в своей вменяемости: она-то была уверена, что всех (и хозяев, и гостей Турнира) допросят и обыщут с головы до ног, возьмут кучу подписок да разгонят по домам — если бы делом занимались

люди из ведомства её отца, всё сложилось бы примерно так. Она подумала было поговорить на эту тему с настоящим Аластором Муди, но тот был заперт в лазарете, и мадам Помфри наотрез отказалась пускать к нему посторонних. Отчаянно сопротивляясь желанию самой запереться подальше ото всех, Иванна всё же смогла не только оправдать возложенное на неё доверие, убедительно демонстрируя вверенным ей студентам оптимистический взгляд на будущее, но и даже найти время для общения со Смитами, которые поведали много весьма интересной информации.

Со Снейпом дела обстояли настолько непросто, что Иванна даже забыла на какое-то время о своих страданиях. Собрав волю в кулак, она навестила его на следующее утро после Третьего Испытания. Снейп, разумеется, попытался не пустить, а когда это не удалось — выпроводить её, впрочем, так же безрезультатно. Выглядел он существенно лучше, чем накануне вечером, однако эмоциональный фон, который Иванна смогла считать, украдкой тронув его руку, ввергал в уныние на грани отчаяния. Вновь эта хорошо знакомая, с горько-кислым привкусом тяжесть обречённости.

Сидя в кресле-качалке в ожидании настойчиво выпрошенного чая (она честно предложила сделать его самолично, но Снейп велел не суетиться на пустом месте и заверил, что справится), Иванна бесцельно рассматривала вдруг показавшуюся совсем мрачной комнату; в голове исподволь зрела предательская мысль о том, что делать ей, Иванне, здесь совсем нечего. На эмпатическую активность сейчас она была категорически непригодна, а находить нужные слова утешения никогда по-настоящему не умела. Придя в весьма удручённое расположение духа, Иванна донесла эту мысль до вернувшегося Снейпа. Тот с каменным выражением лица молча разлил принесённый чай по чашкам, сел на край кровати, выдержал тяжкую паузу и наконец, утомлённо вздохнув, сказал, что от Иванны ничего из вышеперечисленного не требуется, и он будет благодарен, если она просто посидит и молча посочувствует. Иванна послушно прикусила язык и сосредоточилась на чашке. Было бы как минимум логично попытаться расспросить о встрече с Тёмным лордом, но, во-первых, не было ни малейшего желания, да и совесть не позволяла. Мозг сам по себе пытался искать пути выхода из кризиса, впрочем — безрезультатно. Из-за позиции, которую занял британский Министр Магии, любые попытки решить вопрос объединёнными силами чреваты международным скандалом. Одного Московского Министерства, которое — Иванна знала наверняка — Каркаров смог убедить в возрождении Тёмного Лорда, было бы катастрофически мало, а для волшебников некоторых европейских стран Волдеморт вообще сродни некоему абстрактному пугалу, едва ли не рядовому персонажу учебника Истории Магии. Похоже, ситуация безвыходна, и нужно ждать, когда зреющий нарыв вскроется.

Тихое потрескивание огня в камине разбавляло отрешённое молчание Снейпа; Иванна поймала себя на отчаянном желании навестить родителей и завалиться где-нибудь в саду на шезлонг, обложившись кошками. Мгновенно оценив идею как гениальную, Иванна принялась уговаривать Снейпа отправиться в резиденцию Мачкевичей, причём немедленно — всё равно занятий уже не будет, да и вернуться оттуда, случись такая необходимость, можно быстро. Снейп возмущённо заявил, что не оставит своих подопечных до тех пор, пока те не отправятся по домам, и тут же добавил, что Иванне следует держаться от него как можно дальше, потому как очень скоро факт дружбы с ним станет весьма порочащим пятном на её репутации. Едва Иванна разразилась пламенной ответной речью, упрекая Снейпа в чёрствости и нежелании принять дружеское участие, как он вдруг жестом прервал её и, как будто прислушавшись к чему-то, встал и сказал, что с минуты на минуту заглянет Дамблдор. Мгновенно оценив приоритеты, Иванна поняла, что для всех будет лучше, если о её визите больше никто не узнает, выплеснула остатки чая в камин, сунула чашку под кровать, перекинулась в кошку и шмыгнула следом за чашкой.