Целители. Тени прошлого

Машкова Наталья

Юные феечки сначала восхищённо и недоверчиво смотрели на фокусы взрослого. Так здорово играть с ними не получалось ещё ни у кого. А тут дормерец!.. Очнулись и с энтузиазмом включились в игру. Тем более видели, что странному магу самому нравится возиться с ними.

Конечно, ему нравилось! Не кривляться и говорить писклявым голосом. Дамиану нравились дети. Их удивительный взгляд на мир, открытость, доброта и непредвзятость. То, как малышки утешали фею Мими, которая совсем недавно сломала крылышко и теперь никак не может взлететь, было невыразимо трогательно.

Сможет

ли он, Дамиан Лавиль, взлететь когда-нибудь?.. Дети эти летали. Сияли лучше любых самых ценных кристаллов Гарнара. Хорошо, что замок привёл его именно сюда. Здесь, рядом с ними, было по-настоящему хорошо. Тепло и светло.

Именно поэтому Дамиан испытал настоящее чувство потери, когда неподалёку раздался сдавленный смешок другого ребёнка, разрушивший чарующий мирок беззаботных пикси. Юные "феи" засмущались и прыснули с веранды в разные стороны. Оставили его одного отдуваться за то, что он почти что вломился в чьё-то жилище.

***

Мэй не сразу рассмеялась. На самом деле, она сдерживалась столько, сколько могла. Мало того, максимально расслабилась и постаралась вобрать в память забавную сценку в полноте, не только свои ощущения, но и запахи, звуки. Так, как Эль учила её. Она попросит сестру считать её. Или сама попробует записать свои воспоминания на кристалл. Нужно чтобы остальные увидели это.

Зрелище декана целителей, дормерца, "пьющего" чай из воображаемой чашечки, было удивительным. Он так достоверно добавлял и размешивал сахар, "выбирал" воображаемое пирожное и попутно рассуждал о том, какое из них лучше! Ни у кого другого, наверное, не получилось бы так!

На том моменте, где дормерец, "держащий" чашечку с манерно оттопыренным пальчиком пискляво хихикал с младшим поколением девочек замка, Мэй сломалась. Ну, не утерпела. Смех прорвался. Юные "феи" испарились. Маг поднял на неё глаза и пропищал:

– А ты, фея Йли, не желаешь ли чаю?

– Нет,- вздохнула Мэй, поднимаясь по ступенькам и усаживаясь в плетёное кресло.- Для такого я слишком взрослая.

"Фея Мими" тоже испарилась. Дормерец нормальным своим голосом возразил:

– Какая же ты взрослая?

Мэй пожала плечами:

– Взрослая. Я просто невысокая пока. Мне восемь.

Лавиль улыбнулся:

– Ты маленькая ещё. Восемь! Я был легкомысленным дурачком в твоём возрасте! Жизни не давал домашним своими каверзами! Достал всех так, что матушка из страха, что соседи или родственники прибьют меня, в десять за ручку отвела меня к архимагу Дормера, учиться.

Девочка тряхнула буйными кудряшками:

– Нет. Маме поддержка нужна. И остальным. И вообще... Мне больше нравится быть взрослой. Изобретать. Проводить эксперименты. Решать задачи. Это самое интересное, наверное, что только можно придумать. Представь! Когда ты не понимаешь ничего, а потом понемногу...

– Начинаешь видеть свет. А потом, раз! И приходит озарение!

– Которое объясняет всё!

Два мага, взрослый и ребёнок, продолжали мысль по цепочке. Смотрели сияющими единством и восторгом глазами. Улыбались. Как хорошо понимали они друг друга! Дамиан рассмеялся негромко:

–

Ты будешь настоящим учёным, Йли! Ты уже исследовательница! Как твоя мама. Она тоже постоянно забирается туда, куда до этого никому и в голову не пришло.

Это вырвалось как-то само собой. Йли покачала головой:

– Неа. Мама решает, конечно, загадки. Но больше она их генерирует. Там где она, никогда ничего не идёт так, как нужно. Мы с Эль стараемся её к нам в лабораторию не пускать. Она и не хочет, по правде говоря. Она любит лечить. Ни у кого не выходит лучше, даже у Гарды. Особенно теперь, когда силы, наконец, слушаются её!

Девочка доверчиво смеялась. Рассказывала, какие "трудности" были у мамы до поступления. Сколько раз поджигала она этот дом и причиняла другие неприятности обитателям замка...

Лавиль выдавил из себя:

– Прости, что я едва не лишил её шанса стать полноценным магом!

Прислушался к себе. После сегодняшней ночи признание далось намного легче, чем раньше.

Мэй мотнула головой. Хихикнула:

– Хватит извиняться! У мамы попроси прощения, и дело с концом! Она, не исключено, что устроит тебе вечер откровений или галерею грёз и покаяний. А, может, и ещё что придумает, но точно простит, в конце концов. Не знаю никого добрее неё. Так, кстати, думают все в семье. Потому и защищают её так свирепо. У неё нет острых, ядовитых зубов, как у каждого из нас.

Лавиль вздохнул. Это самое сложное... Просто потому, что она, наверное, слушать его не будет.

***

Нел вернулась домой только к обеду. После того, как помогла Гарде с очередной партией зелий, которые советники контрабандой загонят куда-то и извлекут из этого очередную пользу для княжества. Устала немного. Потому решила, что на обед в замок не пойдёт. Перекусит что-то дома. Нужно сил набраться до вечера. "Праздник", судя по всему, будет фееричным.

На террасе домика увидела дочь, сидящую в кресле. Как обычно, со старым... нет, древним фолиантом на коленях. Вот как только Ланель может давать такие ценные книги в руки ребёнку! Чем думает?.. Даже примерно сообразить, чем руководствуется хитроумный советник Альтеи было невозможно. Нел не стала ломать голову.

А Мэй не дала ей ничего сказать. Приложила палец к губам и таинственно скосила глаза куда-то в сторону. Нел присмотрелась... На плетёном диванчике у неё на террасе, спал Лавиль.

Вздохнула и пошла в дом за пледом. Нужно укрыть, чтобы не замёрз.

Глава 44.

– Ах, феечки! Нет ничего лучше, чем пробежаться по росе утром! Но только босиком. Да-да! Тогда и настроение отличное весь день, и крылышки сияют!

Фея Мими хихикала с подружками в облаке, висящем прямо посреди широкого двора гарнарского замка. А эльфы сидели за столами, пировали и любовались этим непотребством. Хотя правильнее сказать, что в данный конкретный момент они лежали вповалку и дико смеялись над забавами дормерского гостя. Только магия не позволяла перебить звук и то, о чём болтали "феечки" было отлично слышно...