Буря
Шрифт:
Из кустов вырвалось существо, и я пригнулась, закрывая голову и крича.
Но никакой боли. И никаких острых клыков. Только смех Ишикавы.
Я медленно открыла глаза, осмелившись посмотреть на кусты. Курица шла по дорожке, покачивая головой.
— Остерегайтесь убийственных куриц Аматэрасу, — выдавил сквозь смех Ишикава. Курица обошла нас, не обращая внимания.
— Эм, — сказала я. — И почему здесь курица?
Мы пошли дальше, я заметила среди деревьев еще курицу.
Ишикава пожал плечами.
— Священные
— Курицы?
— А тебе больше понравились бы инугами? — спросил Томо, и голос его был серьезнее, чем у Ишикавы. Он был мрачным, страдающим и бледным.
Я покачала головой.
— Нет, спасибо, курицы подойдут.
Квадратные нераскрашенные тории возвышались над нами. А за ними тянулся длинный деревянный мост, он поднимался над неглубокой рекой, что плескалась о берега.
Мост был из светлого кедра, от которого приятно пахло. Он изгибался, и я не видела конец моста, только вершину вторых тории, что были на другой стороне. А берег был покрыт густым лесом, что придавал Наику таинственности.
— Мост Уджи, — сказал Ишикава. Он выхватил телефон и протянул мне.
Я уставилась на кейтай в своей руке.
— Что?
Он закатил глаза и прислонился к колонне тории.
— Сфотографируй меня, балда, — он сделал рукой жест мира.
— Ты не шутишь?
Натянутая улыбка исчезла с его лица, он недовольно взглянул на меня.
— Не шучу. Давай уже, — он снова улыбнулся. Я вздохнула и нажала на кнопку, чтобы его запечатлеть. Ишикава забрал телефон и посмотрел на результат.
Томо заговорил, но его голос звучал странно, словно не совсем принадлежал ему.
— Мост, — сказал он. Я знала этот голос и повернулась к нему. Глаза его были черными, капельки пота стекали по его лбу, намочив пряди челки.
— Томо? — тихо спросила я. — Может, нам уйти?
Он не ответил.
— Этот мост, — сказал он, — это Ама но Уки Хаши, мост ками.
Я раскрыла рот, чтобы ответить, но Ишикава меня опередил.
— Чигау, — осторожно исправил он. — Это мост Уджи.
— Здесь зеркало, — сказал Томо, шагнув на мост.
Я взглянула на огромные тории.
— Ты в порядке? — он уже терял сознание в таких вратах. Он задумчиво остановился, а потом обошел тории, протискиваясь в щель между ними и мостом.
Мы с Ишикавой шли по обе стороны от Томо. По лицу Ишикавы было понятно, что он тоже видит, что Томо может потерять контроль над чернилами в любой момент. Я посмотрела с моста на реку внизу.
Что-то темное двигалось в воде, оно растекалось с рябью по поверхности под мостом. Я замерла, вцепившись в поручень и склонившись.
Чернила капали со дна моста в воду. Я посмотрела на Томо,
— Грин? — позвал Ишикава. Они с Томо добрались до середины моста. — Поможешь?
Я подбежала к ним и обхватила руками Томо, чтобы помочь вести его через мост.
— Я в порядке, — тихо сказал Томо. — Просто нужно… дышать…
Я слышала, как под нами плещется вода. Чернила во что-то превращались?
Мы были близко к другому берегу. Осенняя погода разогнала туристов, но их все еще было достаточно, чтобы нам было сложнее. Томо обошел тории к смятению других посетителей. Они повернулись и принялись кланяться, останавливаясь во вратах, а на нас глядя так, словно мы съели последний кусочек торта маленькой именинницы.
— Не думай о них, — рассмеялся Ишикава. — Ты — потомок божества, Юуто. Какая разница, что они думают? — я знала, что он пытается отвлечь Томо, но это звучало зловеще, ведь похожее всегда говорил Джун. «Ты не человек. Ты — принц, тебе суждено править».
Путь резко поворачивал вправо, его окружали просторные сады, что могли быть впечатляющими летом. Сейчас же все казалось полумертвым и мрачным, словно случился некий апокалипсис.
Мы были у основания гор, они окружали нас, склоны их были покрыты деревьями. Мы словно были в другом мире. Потому было не удивительно, что Томо назвал мост, по которому мы прошли, Небесным мостом ками. Что-то здесь было другим. Во мне было мало чернил, они мне и не принадлежали, но и я чувствовала, как меня тянет вперед, чувствовала, как они волнуются, оказавшись так близко к зеркалу.
Множество маленьких храмов усеивало местность. В конце поляны к храму с деревянной оградой поднимались каменные ступени. Над оградой возвышались две угловатые крыши, вершины их напоминали белые «Х». К другим храмам было легко попасть, на каждом из них были указатели для туристов. Это не помогало мне, но это было не важно. Мне не нужно было видеть указатели, чтобы понять, чем является огражденная зона. Это был храм Аматэрасу. Хранилище зеркала.
Оно было недосягаемым.
Опять. И Джун вмешается, как тогда в Шизуоке? Он настолько силен?
— Ладно, — сказал Ишикава. — Какой план? Там есть большой храм, — он указал на здание справа, сделанное из темного дерева с белыми с золотом свитками, свисавшими с крыши. — Указатели говорят, что он посвящен Аматэрасу.
Томо покачал головой, не сводя взгляда с соломенной крыши за оградой.
— Там, — сказал он. — Зеркало зовет.
— Ты бы проверил уши, — сказал Ишикава, глядя на ограду. Была ли здесь стража. Он посмотрел на множество священников в длинных белых и желтых одеяниях, что ходили повсюду. — От них мы, может, и убежим, — добавил он.