Близнецы

Стоун Кэтрин

– Да. – Брук задумчиво кивнула головой.

«Она не замечает, – подумал Ник. – Брук даже представления не имеет, насколько дорога она Эндрю. Но этим и отличается Брук…»

Они прошли молча еще пятьдесят футов, прежде чем Брук внезапно заговорила снова:

– Ты бы не дал запутать себя и не стал встречаться с этим человеком, если бы не знал наверняка, что он не имеет никакого отношения к случившемуся.

– Правильно. Итак, ты не передумала? Хочешь пойти вместе со мной?

– Хочу.

Они шли по ярко освещенным коридорам

недавно отремонтированного здания, в котором располагалась редакция самой большой газеты Нью-Йорка. Нужный им кабинет находился в дальнем конце коридора на четвертом этаже с видом на Ист-Ривер.

– Чем могу помочь? – спросила секретарша в маленькой приемной.

– Я лейтенант Эйдриан, полицейское управление Нью-Йорка. Я хотел бы уточнить – Робин Шепард у себя? Мы договаривались о встрече. – Ник показал секретарше свой значок.

– Одну минуту. – Секретарша скрылась за дверью кабинета и вернулась несколько мгновений спустя. – Пожалуйста, входите.

Робин Шепард не был Манхэттенским Потрошителем. Робин Шепард – рост пять футов пять дюймов, с длинными, до плеч, темно-рыжими волосами, с зелеными глазами и с красивой фигурой. Робин Шепард оказалась очень привлекательной женщиной, которая приветливо улыбалась Нику.

– Ник, как я рада видеть тебя.

– Здравствуй, Робин. Познакомься, это Брук Чандлер.

Робин узнала Брук и, конечно, была в курсе, кем она приходилась Мелани; все это знали после празднования Дня независимости.

– Мне так жаль, что это случилось с твоей сестрой. Как она?

– С ней все в порядке.

– Хорошо. Это ведь официальный визит, не так ли?

– Да, – ответил Ник. Он рассказал мисс Шепард, что человек, напавший на Мелани, использовал имя Робин, чтобы проникнуть в квартиру Мелани. Ник также передал, как Мелани описала того мужчину.

– Потрясающе, – угрюмо промолвила Робин.

– Должно быть, он не знал, что ты женщина, – предположила Брук. – Имя Робин может быть и мужским, и женским.

– Совсем не обязательно, – сказал Ник. – Он мог очень хорошо это знать. Он только рассчитывал на то, что этого не знала Мелани. А если бы оказалось, что она знает об этом и сказала бы ему, он бы ответил, что это шутка, или просто повесил бы трубку. Никакого особого риска для него не было.

– Я читаю «Биографические очерки» вот уже четыре года и всегда думала, что Робин Шепард – мужчина. – Брук улыбнулась Робин.

– Кто-нибудь когда-нибудь замечал, что именно женщины всегда предполагают, что другой, преуспевающий в работе человек, – это мужчина? – шутливо спросил Ник.

– Сразил!

– Интересно, он использовал мое имя каждый раз? – спросила Робин, нахмурившись.

– Возможно. Ведь твое имя почти всем знакомо. Конечно, всем женщинам, читающим светскую хронику.

– И все жертвы встречали «меня» с распростертыми объятиями, – серьезно заметила Робин.

– Это просто жутко, – согласился Ник.

– Нельзя прятаться от жизни из-за одного маньяка, –

решительно сказала Робин. – Кроме того, представляешь, как бы ты рассердился, если бы женщина, которую тебе нужно допросить, согласилась встретиться с тобой только после того, как проверит номер твоего полицейского значка? – пошутила Робин.

Робин говорила о них, о том, как они познакомились. Это произошло у нее в квартире однажды поздно вечером, когда Нику была необходима информация по делу, которое он расследовал.

– Работа полицейского.

– Прекрасное прикрытие.

– У тебя есть идеи, кто бы это мог быть? – перебила их обмен остротами Брук. – Кто-то из твоих сослуживцев?

– Если этот маньяк использовал мое имя, это совершенно не значит, что он имеет – или имел – отношение ко мне или к нашей газете. – Робин высказала вслух очевидное. – Физическое описание допускает слишком много исключений из этого списка. Голубые глаза, и зеленые глаза, и серые глаза можно исключить, но…

Робин посмотрела на Ника, когда произнесла «серые глаза».

– Итак, мы опять оказались откинутыми на нулевую отметку, – пробормотала Брук.

– Нет, вовсе нет, – решительно ответил Ник. – У нас есть описание убийцы и кое-что еще. Я собираюсь провести пресс-конференцию сегодня после обеда.

– Ты получишь огромное количество звонков. Каждый в этом городе сообщит хотя бы об одном возможном подозреваемом.

– Это хорошо. Кто-то и в самом деле действительно знает его, видел его, работает вместе с ним. И если ты сообщишь, кем он представлялся своим жертвам, возможно, это заставит других женщин вести себя осторожнее.

– Не знаю, заметил ли ты это, Ник, но город уже переживает панику из-за этого психопата. Я согласна: ты должен сообщить, что он, договариваясь с жертвами о встрече, использовал мое имя. – Робин помолчала и добавила: – Насколько нам это известно.

– Я обязан сообщить средствам массовой информации, что он использовал твое имя, – твердым тоном продолжил Ник. – И поэтому-то мы уверены, что убийца не ты.

– Я никогда не пыталась выдать себя за мужчину. Вообще-то я уже много лет настаиваю на том, чтобы редактор поместил мою фотографию рядом с авторской подписью. Это бы помогло.

– Хорошо. – Ник сделал движение, чтобы уйти. – Спасибо, Робин. Если тебе в голову придут еще какие-нибудь идеи…

– Я сразу же дам тебе знать. О Ник, я размышляла о том, чтобы написать биографический очерк о тебе. Полицейский и писатель, что-то в этом роде. Я хотела подготовить статью в ближайшее время, но теперь думаю о том, не подождать ли, пока ты поймаешь этого Манхэттенского Потрошителя, напишешь книгу и получишь высшую литературную премию.

– Тогда тебе придется очень долго ждать, – сказал Ник. Ему не хотелось, чтобы о нем когда-нибудь была напечатана статья. – Я собираюсь раскрыть это преступление в ближайшее время, но я никогда не стану писать об этом книгу.