Бесценный дар
Шрифт:
Теперь, когда не было полного страхов мрака ночи, Энн смотрела на все другими глазами. Безмятежная обыденность комнаты уверила ее в том, что должно быть рациональное объяснение всем таинственным штучкам, которые ей довелось увидеть и услышать. И с ее склонностью к дизайну и декору, она уже начала представлять себе возможности замка. Определенно, здесь все было более ухоженным, чем в запущенном, заросшем паутиной замке Дракулы, которым ей сначала показался Данрэйвен.
Восхищенная улыбка на ее лице постепенно сменилась выражением решимости.
Часом
– А, так вы собрались все же появиться сегодня, – прокомментировал он, откладывая газету.
– У меня нет привычки плотно завтракать по утрам, – сказала она и села, не дожидаясь приглашения, – но сегодня я проголодалась.
– Завтрак? Вы имеете в виду ленч? Уже половина первого, – сообщил Рори.
Энн посмотрела на свои часики.
– Кажется, я живу еще по времени Канзас-Сити.
Она никогда не призналась бы в том, что ночью не выспалась. Энн предпочла, чтобы он считал ее ленивой и невоспитанной, чем признаться в смешных страхах, которые не дали ей заснуть до утра.
– Как вам понравилась Шотландская комната? – спросил он многозначительным тоном. – Вы хорошо спали?
– Очень хорошо. Хотя я увидела кое-что неожиданное.
– Вы видели? Что это было?
Энн одарила его невинным взглядом.
– Шерстяные одеяла в августе. – С удовлетворением она заметила, что его тонкие губы искривила разочарованная гримаса. – У нас в это время включают кондиционеры.
– Но у нас здесь климат холоднее.
Энн взяла тяжелую серебряную вилку и стала изучать герб Мак-Дональдов, выгравированный на ней.
– Кстати, я ненавижу быть обузой, но все-таки вынуждена побеспокоить вас.
Рори Мак-Дональд подался вперед с намеком на улыбку. При свете дня, в джинсах и синей рубашке, он выглядел еще более красивым. Но ей не слишком-то нравился неприязненный блеск в его глазах.
– И что же я могу для вас сделать? – осведомился он с преувеличенной любезностью.
– Не могли бы вы сегодня отвезти меня в Кэмпбелтаун? – Энн развернула льняную салфетку и аккуратно положила ее на колени. Когда она подняла голову, то заметила оттенок триумфа в его взгляде. Однако он быстро овладел собой.
– Не хотите ли вы сказать мне, что решили уехать? – Уголки его губ подрагивали.
Энн любезно улыбнулась.
– Нет, ничего подобного. Просто… ну, поскольку я останусь здесь до октября, мне нужно пройтись по магазинам и купить одежду потеплее.
Ликующее выражение на лице Рори Мак-Дональда поблекло, затем пропало совсем.
Алисдайр Мак-Криммон был осторожным водителем, но Рори, как пришлось обнаружить Энн, таковым не был. Она могла бы догадаться, что он будет вести машину так же, как он делает все остальное, – отважно, безрассудно и властно. Плюс к этому его неприязнь к ней – и путь в Кэмпбелтаун сильно напоминал аттракцион в парке, от которого волосы
С другой стороны, она сама попросила его об этом, так что теперь оставалось только держаться покрепче и стараться сохранить на лице безразличное выражение. Единственной причиной тому, что она сидела сейчас в «лендровере» рядом с молчаливым шотландцем, было высказанное недавно намерение, и Фиви, сама того не зная, укрепила его в ней. Тогда в столовой, после того, как Энн изложила Рори свою просьбу, он начал объяснять, почему у него нет времени возить ее в город и обратно. В этот момент Фиви хлопотала в комнате и без всякой задней мысли напомнила ему, что он обещал ей купить кое-что в бакалейной лавке в Кэмпбелтауне. Попавшийся на неуклюжей лжи, Рори сдался. И теперь, как предположила Энн, все эти лихие виражи были его маленькой местью.
Когда машина совершила крутой поворот на двух колесах, Рори склонился над рулем, как гонщик, и во время этого движения его плечо оказалось в паре дюймов от ее плеча. Энн отодвинулась, надеясь, что он оставит без комментария то, что она вцепилась в ручку двери так, что ногти побелели. Она не любила рискованную езду, и что-то подсказывало ей, что он об этом знает.
– Простите, что нам пришлось ехать в «ровере», – здесь слишком оживленно. – Машина снова ехала на четырех колесах, и он откинулся на водительском сиденье. – И пыльно.
– Превосходно, – отозвалась Энн.
– Обычно я беру его, когда отправляюсь по поручениям Фиви, потому что в нем больше места для покупок.
Энн решила не напоминать о виденном ею в гараже старомодном «бентли», в котором вполне хватало места для заказанных домоправительницей продуктов. Однако она чувствовала, что, если бы ему понадобилось отвезти ее в аэропорт, он выбрал бы «бентли» вместо пыльного «лендровера», в котором пахло соломой и овцами.
Она заставила себя откинуться назад и расслабиться. Это наверняка была не последняя его попытка избавиться от нее. Когда он поймет наконец, что ее не так-то легко сломить?
– Чудесно, правда? – заметила она, выглянув в окно. Дорога взбиралась все выше, и сбоку открывался вид на океан и скалистый берег.
– Чудесно? – Он фыркнул. – Кинтайр много больше, чем только это местечко, мисс Форрестер. По крайней мере, для тех из нас, чьи корни здесь.
Это снова было повторение его любимой песни – «я отсюда, я принадлежу этому месту», «не ваше это дело». Энн мысленно вздохнула.
– Вы говорите так, будто не верите, что кто-то еще может понять это.
Он ссутулил плечи над рулем.
– Поглядите туда и скажите мне, что вы видите.
Она склонилась вперед, чтобы посмотреть туда же, куда и он, и увидела пролетающие мимо зеленые поля. Каждое было обнесено каменной оградой, построенной, возможно, много лет назад, чтобы овцы и коровы не разбегались.
– Я вижу траву… и коров. Овец. Полевые цветы. Приятный сельский домик.
– И?
Энн снова перенесла внимание на своего спутника.
– И это прелестно.