Бесценный дар
Шрифт:
– Да.
– Как вы узнали? Вы видели?
– Нет, но вот что я нашла. – Она показала кашемировый шарф.
Рори спустился, метя краем одеяла пыльный пол. Энн прислонилась к каменной стене.
– Это шарф Беллы, – сказал он, взяв его свободной рукой. – Это было в вашей комнате?
Энн кивнула, ее внимание было привлечено к нему, невзирая на ее благонамеренное решение полностью игнорировать то, что он раздет.
– Так это, должно быть, притащил туда Зверь.
–
– Зверь. Он таскает эту вещь повсюду – и он любит спать в Шотландской комнате.
В голубых глазах Энн вспыхнуло пламя.
– Это самое жалкое оправдание, какое я только слышала. У вас нет ни грамма совести, да?
Рори удивленно посмотрел на нее.
– Что?..
– Сначала вы пытаетесь выжить меня отсюда историями о привидениях, – бросила она ему. – Теперь это звери? За кого вы меня принимаете? За дурочку, которая будет плясать под вашу дудку?
Неожиданно на лице его мелькнула ослепительная улыбка.
– Энн, – сказал он. – Вы не поняли.
– Нет, не поняла! – Она была вне себя. Как бы то ни было, пробуждение в три часа ночи и истории о зверях и привидениях не очень-то способствовали хорошему настроению. Особенно когда эти истории рассказывает полуголый мужчина, возвышающийся над ней, – это неприятно напомнило ей о том, что они одни здесь, в глубинах замка Данрэйвен. – Я вполне образованная женщина, смею вас уверить, и я не понимаю…
– Энн, выслушайте меня, – спокойно сказал он, по-прежнему улыбаясь уголком рта. – Зверь – это собака, собака Беллы.
– Собака? – Энн почувствовала, что краснеет. – Позвольте, она белая, не так ли?
– Точно, маленький белый терьер.
– Я замечала несколько раз что-то белое, – призналась она. – Это, должно быть, собака выбегала из комнаты.
– Белла спала в Шотландской комнате, – пояснил Рори. – А Зверь всегда был возле нее.
– Но почему я ни разу не видела его днем? Почему он появляется только по ночам?
– Он побаивается чужих. С тех пор, как Белла уехала, он предпочитал быть у меня, рядом с Ранальдом. – Обернувшись, Рори свистнул и позвал: – Сюда, Зверь.
Немедленно в дверях показался огромный пес и, коротко гавкнув, стал спускаться к ним.
– Нет, не ты, Ранальд. – Рори засмеялся. – Ты что, не знаешь своего имени? Иди сюда, Зверек, не бойся.
Энн увидела белую мордочку, выглянувшую из-за угла. Рори снова свистнул.
– Иди же сюда, хороший мальчик.
Собака подбежала к Рори, семеня короткими лапками.
– Кто мог назвать такую крошку Зверем? – изумленно спросила Энн.
– Та же женщина, которая называла моего пса Крошкой, – ответил Рори. – У Беллы было странное чувство юмора.
Услышав имя своей
– Не бойся, – успокоила его Энн и погладила по голове. – Он очарователен. Какой он породы? – Вестхайленд-терьер. Гордость и радость Беллы. Он бродит повсюду как заблудшая душа с тех пор, как она уехала.
– Как же она его оставила?
– Белла очень переживала, оставляя Зверя здесь, но когда узнала, сколько необходимо выполнить формальностей, чтобы провезти собаку в Америку и какой суровый карантин ожидал ее любимца, она решила, что будет лучше, если он останется в Данрэйвене, где будет хотя бы в привычном окружении.
– Посмотрите-ка на него, – мягко сказала Энн. – Как вы думаете, он пойдет ко мне?
Она подставила руки, и, обнюхав шарф, перекинутый через ее плечо, собака направилась к ней. Песик зарылся носом в кашемир, и Энн взяла его на руки. Краем глаза она заметила, что Рори наблюдает за ней с интересом.
– О`кей, теперь я успокоилась, зная, что меня напугала эта собака. Но сознайтесь, что вы все же пытались выжить меня.
– Если бы я хотел напугать вас, – возразил он, придерживая одеяло на талии, – я не послал бы собачку выполнять мужскую работу.
Энн моргнула, не вполне понимая, как расценить эту реплику. Она не была уверена, что именно Рори имеет в виду, но различила в его словах тонкую насмешку.
– Уже поздно, – торопливо сказала она. – Я думаю, нам лучше лечь спать.
Его глаза нехорошо блеснули. Чувствуя, что он готов отпустить какой-нибудь едкий комментарий, Энн быстро продолжила:
– Я… я возьму Зверя с собой, если вы не возражаете.
– Не любите спать одна? – спросил он самым невинным тоном.
– Нет, я люблю спать одна… я имею в виду, это меня не страшит. – Энн перевела дыхание и начала снова: – Я хотела сказать, что, если собака предпочитает спать на привычном месте, это меня совсем не беспокоит.
– Вижу.
Энн только сейчас поняла, что стоит перед мужчиной в одной пижаме. И хотя пижама была фланелевая, ей она показалась слишком тонкой, слишком прозрачной.
– Спокойной ночи, – выпалила она и поспешила вниз по лестнице.
Когда Энн уже подошла к своей двери, ей вдруг пришла в голову одна мысль, и она не могла не задать последний вопрос:
– Подождите минутку. Есть кое-что, что вы мне не объяснили.
– Да?
– Да. Может быть, вы сможете мне объяснить, как эта маленькая собачка открыла двери? – Уверенная, что поймала Мак-Дональда на лжи, Энн смерила его взглядом. – Боюсь, я не могу быть уверена в том, что вы не приложили к этому руку.