Беременность на сдачу

Черно Адалин

— Вот так, Света. Ты слушаешь, что я говорю? Я уникальная, всего десять случаев в мире. Зарегистрированных, конечно, — я повторяю слова того же Левицкого и убеждаю подругу в том, что это возможно.

— Ладно, допустим, но… ты что… переспала с ним без защиты? А если бы…

— Света, — перебиваю я ее. — Мы использовали презервативы, успокойся.

— Ну ни фига себе, — присвистывает она. — Это ж что за секс был?

— Крышесносный, — без заминки говорю я и мы хохочем, правда Ира нашего веселья не разделяет.

— Ты хочешь сказать, что есть

вероятность того, что Матвей Левицкий и бармен одно и то же лицо? Как, кстати, он представился тебе в баре?

— Мэт, — говорю и вздрагиваю, когда Светка вскакивает и начинает ходить по моей квартире.

— Это пиздец, понимаешь? Жопа, Вероника, — она начинает прикусывать пальцы, что делает всегда, когда нервничает, а после разворачивается и говорит: — Нельзя, чтобы он узнал тебя, если ты говоришь, что он ведет себя так, будто не помнит. Вот пусть и не помнит. Забирай у него результаты и вали с клиники. Иди к другому доктору, а лучше переезжай пока он не вспомнил. Денег я тебе дам, так что…

— Остановись, — я прерываю ее тираду и хватаю за руки. — О чем ты?

— Он не должен узнать, понимаешь?

— Почему? Я чего-то не знаю?

Подруга замолкает. Смотрит куда-то поверх моего плеча, и я понимаю, что объектом ее внимания стала Светка.

— Расскажи ей, — говорит Ира.

— Нет, — Света тут же вскакивает с дивана и отходит к окну. — Нет, я не хочу вспоминать, но я согласна с тобой, ей нужно валить из города.

— Да что с вами? — я отхожу от них и упираюсь в стену. — Что происходит? Вы, вообще, понимаете, что я беременная? Мне волноваться нельзя, а вы, — я знаю что паникую. Да и как по-другому, когда я надеялась, что они помогут мне, дадут советы, а вместо этого слышу только то, что должна уехать.

— Прости, — тут же отзывается Ирка и подходит ко мне. — Успокойся, Ника, но мы говорим тебе правду. Левицкий точно не тот мужчина, от которого стоит беременеть и уж точно он не станет прекрасным отцом твоему ребенку.

— Я хочу все знать, — тихо говорю я. — Пожалуйста, Свет.

— Она была беременна от него, — выдает за нее Ирка, от чего Светка разворачивается и гневно смотрит на подругу. — Она должна знать, — Ира пожимает плечами и продолжает: — Он вынудил ее сделать аборт. На одиннадцатой неделе, Вероника. Сказал, что если не сделает, он все равно не признает этого ребенка и сделает так, что она не сможет выбраться из того говна, в котором находится.

Я не могла поверить. Матвей. Тот самый доктор Левицкий, врач-гинеколог, лучший в своей профессии, тот, кто выставил Димку и предложил помощь поступил как… подонок?

— Света, это правда? — я все еще на что-то надеюсь, но по выражению лица подруги и так все понятно.

— Прости, — только и может выдать Ира, обнимая меня за плечи.

Через минуту к нам присоединяется Светка: обнимает нас и мы стоим уже втроем. Я начинаю генерировать идеи и думать что делать дальше.

— Ир, — зову я. — А может это и не он вовсе?

Мы разъединяем объятия, подруга тянет меня на диван, а когда усаживает, говорит:

— Матвей

часто представляется Мэтом, когда знакомится с девушками. Это что-то вроде его фирменного представления, к тому же, как он говорит, на зарубежное имя лучше клюют девушки, — Ира усмехается.

— Ты настолько хорошо его знаешь? — удивляюсь я.

— Он партнер моего мужа, Вероника. Естественно, я его знаю. И больше из-за того, что Олег от меня ничего не скрывает и никогда не отправляет восвояси, когда начинаются откровенные разговоры. Я знаю о Левицком так много, что тебе и не снилось. Они с Олегом лучшие друзья и поверь, Матвей может быть как внимательным, добрым и вообще настоящим мужчиной, так и тем, кто сотрет тебя в порошок, не моргнув и глазом.

Я киваю, но не знаю, что делать дальше. Мне нравится профессионализм этого доктора и я переживаю за своих детей. К тому же не уверена, что с таким случаем меня возьмет другая клиника.

— Я запишу тебя к нашим конкурентам, — подмигивает Ирка у двери. — У них тоже офигенные врачи. Специалисты что надо. За все заплачу сама, — снова прерывает мои попытки отказаться. — И это… береги себя, ладно?

Я чмокаю в щеку сначала Ирку, потом Светку, после чего провожаю их и перематываю в голове все, что успела услышать о докторе Левицком.

Ближе к десяти вечера я принимаю душ, а когда выхожу, слышу оглушающую трель звонка своего телефона. Быстро беру мобильный в руки и замираю, потому что на экране светится “Матвей Л.” и его фотография, которая перенеслась, видимо, из мессенджера. Дрожащими руками нажимаю ответить и слышу спокойный, даже немного холодный голос по ту сторону:

— Вероника Сергеевна? Это Матвей Алексеевич, ваш врач-гинеколог. Нам нужно срочно поговорить, вам удобно?

— Д-да.

— Отлично, может, встретимся?

— Когда?

— Прямо сейчас. Я стою под вашей дверью.

В трубке становится подозрительно тихо и я с ужасом смотрю на экран телефона, где написано “Вызов завершен”. После раздается звонок в дверь и я вздрагиваю, но иду к двери, смотрю в глазок и поворачиваю ключ. Открываю двери и сталкиваюсь с оценивающим взглядом Матвея Алексеевича. Он окидывает меня с ног до головы, и я замечаю как его губы трогает едва заметная улыбка, а затем вспоминаю о том, что из одежды на мне только розовое махровое полотенчико, едва доходящее до середины бедра.

Глава 16

— Можно? — спрашивает Матвей, вопросительно смотря на меня.

— Да, простите, — я отхожу и приглашаю его войти, придерживая полотенце одной рукой.

— Милый наряд, — комментирует доктор Левицкий и снимает туфли.

Я краснею, удерживая полотенце надежнее и стараясь сделать так, чтобы оно не свалилось или не раскрылось в самых “нужных” местах. Я не понимаю, как могла забыть о такой важной составляющей, как одежда. И только сейчас понимаю, что это выглядит как попытка соблазнения.