Белый край
Шрифт:
Мысль придала смелости.
— Что вы делали в таком месте? — спросила я и закусила губу от смущения.
Хотя нет, было не стыдно, а гадко от своей слабости. Нэмьер ответил на удивление спокойно:
— Разговаривал с другом, Рогиром Дайли, ты помнишь его?
— Да…
Не стоило забывать, что рядом был чародей. Неужели он и впрямь сидел там и разговаривал с мертвецом? Это звучало дико, при воспоминании о духе в спальне у меня волосы на голове шевелились, а тут целое кладбище таких. Я качалась из стороны в сторону: то тянуло к Нэмьеру, то подальше от ограды,
— Не стоило ему так открыто поддерживать Арантака. Его предупреждали, но… — вздохнул брат лорда.
В Ильмисаре не было преступления хуже этого. Боги, по крайней мере одного здесь точно закопали живьем.
— Думаете, Арантак злой? — спросила я.
Сейчас меня это не интересовало, только бы говорить о чем-то и не думать о кладбище.
— Нет, он такой же, как и все боги. Просто его учение грозит разрушить наш образ жизни. Этого никто не хочет.
Нэмьер задумчиво посмотрел вдаль. Сомневаюсь, что он произнес заготовленную фразу, как делали все. Люди с опаской говорили на подобные темы, и искренний ответ поразил меня. Сразу стало уютно, а страхи забылись. Вот бы побыть здесь еще и поближе узнать Нэмьера. Разве есть в мире еще подобные ему, столь же честные и необычные? Не верю.
Мы дошли до внутренней стены. Она оказалась ближе, чем в первый раз, и дорогу перегородила груда каменных блоков и их осколки. Странно, что их еще не растащили.
С такими-то длинными ногами брат лорда легко пробирался через них. Он держал меня за руку и помогал — только бы ладони не намокли. От волнения я не могла спокойно дышать, все забавы с Ласвеном показались детскими играми. Меня будто раздели, хотелось спрятаться… или чтобы Нэмьер посмотрел?
В голову полезли ужасные мысли. Особенно когда пришлось вскарабкаться на большой камень. Брат лорда спрыгнул с него, а после обхватил меня за талию и помог спуститься. Я затаила дыхание, оно мешало чувствовать его пальцы, напряжение. Все происходило медленно — какой же он сильный, на лице ни один мускул не дрогнул.
Снова мгновения чужой власти, мне не забыть их скоро. Но даже когда я оказалась на земле, Нэмьер не отстранился. Он просто стоял и смотрел, думал о чем-то.
«Упавшие камни можно было обойти, но мы направились именно к ним», — мелькнуло в голове.
Догадка казалась несуразной. Тут Нэмьер резко наклонился ко мне, и сердце сжалось. Я видела, как приоткрылись его губы и чувствовала тепло. Нельзя было позволять! Точнее, было страшно — это не мой простой Ласвен, это чародей. Старше, красивее, сильнее…
Я отвернулась, не хотела ранить себя, мы ведь скоро расстанемся. Нэмьер не отступил и прижался лбом к моему виску. Когда его руки оказались под плащом? Боги, ткань платья не защищала, она только подчеркивала касания своим шорохом.
— Не наказывай меня холодностью, прости уже, — заговорил Нэмьер, — вспомни, сколькое нас связывает, не рушь все из-за обид.
Он выдыхал слова между поцелуями, обнимал меня все крепче. Как же хотелось повернуться, раскрыть губы и забыть обо всем. Я бы так и сделала, но мешало сказанное.
— Вспомни о нас, вспомни ночи, — шептал Нэмьер.
Он обхватил
Калсан угадал — они с Бригитой были близки. Этим все не кончится, он потребует большего, но я не могла! Только не так, я собиралась замуж, чтобы честно…
— Вспомни.
— Не помню.
— Вспомни. — Нэмьер поцеловал уголок моих губ.
— Не помню! — Я изо всех сил оттолкнула его.
Стало холодно и пусто. В животе тянуло, все естество требовало чего-то и терзало меня. Хотелось, чтобы брат лорда снова подошел. Пусть нельзя, но так хотелось чувствовать его, покоряться.
— Я тоже не помню, — сказал он с привычной хитринкой в голосе.
— О чем вы?
Воздуха не хватало, и думалось с трудом.
— Ты же догадалась, что меня насторожило твое появление вместе с Калсаном. Я все еще стараюсь подловить тебя. Вдруг ты вовсе не Бригита? Было бы странно, вспомни ты то, чего не было.
Договорив, он улыбнулся. Просто взял и улыбнулся, будто все хорошо! А если бы я поддалась, тогда что? Он уложил бы меня на землю и взял прямо здесь, а после раскрылся бы с такой же улыбкой?!
— Вы… разве так можно?.. — говорить внятно не получалось.
Этот лжец и распутник использовал меня, забавлялся! Его следовало поставить на место, но как? Он ведь из семьи лорда, я ему не ровня и не имела права забываться.
Лицо пылало от беспомощной злости, а Нэмьер смотрел на меня с любопытством. Его щеки и губы порозовели, делая облик невероятно притягательным. Далекий, запретный, но именно в этот миг такой родной — я уже все простила и старалась не подать вида.
Плащ Нэмьера распахнулся. Под ним был темно-синий камзол с расстегнутыми на груди пуговицами. Виднелось кружево нижней рубашки; наверняка она нагрелась и пахла духами, мужским телом, мылом. И как я не заметила?
Обратно мы вернулись по одному. Перед сном мне не давал покоя его запах — это же так интимно, так пьянит и придает смелости. Жаль, что волнение все испортило. Не стоило отталкивать Нэмьера, в одном поцелуе не было бы вреда.
От обиды хотелось стукнуть себя по лбу. Когда еще мне достанется столь прекрасный мужчина? Видимо, на роду написано обниматься с подобными Ласвену. Он был хорошим, но слишком простым и вряд ли дорожил мной. Другое дело Нэмьер.
Я улыбалась в темноте и чувствовала, как краснеют щеки. Его тянуло ко мне, иначе не было смысла устраивать спектакль. Подослал бы кого-нибудь другого, вот и все.
Радость не передалась сновидениям, и до утра меня терзали кошмары. Снились жуткие «ручьи», которые мы с Калсаном видели у стены. Будто они тянулись через мою комнату, блистая и похрустывая в темноте. Становилось холоднее, на потолке плясали тени, чудились звуки… Образы смешивались во что-то неясное и бестолковое, и длилось это издевательски долго.
Утром собственное тело напоминало камень. Только мысли о Нэмьере заставили меня подняться. Выбирать платье не хотелось, и я достала из сундука верхнее — бежевое, с широкими рукавами и узкими манжетами.