Белый джаз
Шрифт:
Еще она сказала, что я никогда не обжигался.
Я ответил – три попадания из четырех – уже неплохо.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
КОШМАРЫ ЧЕРНОГО ГОРОДА
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Грунтовые дороги, хибары. Холмы в дымке смога – «Чавес Рейвин».
Полным-полно машин – свою пришлось оставить поодаль. Оценим обстановку:
Придурки
Дружеские похлопывания по плечу: все взоры устремлены на Рубена Руиса, добродушного хозяина. Народ из Управления шерифа, агент Уилл Шипстед.
Руис – федеральный свидетель?
Протискиваюсь в толпу – «Эй, эй! Нет, нет! Мы не хотим назад, в Мексику!» Достаю жетон – люди в униформе пропускают меня вперед.
Обрывки разговоров:
У Руиса сегодня вечером поединок – будьте там, чтобы поддержать его соперника. Фашисты из Бюро земельного и дорожного устроительства планируют переселить мексикашек в линвудские трущобы. «Эй, эй! Нет, нет! Справедливость – si! „Доджерс" – по!»
Руис орет в мегафон по-испански:
«Побыстрей переезжайте! Деньги на переезд облегчат вам задачу! Скоро будут новые дома! Да здравствует новый стадион для „Доджерс", который помогли нам построить ВЫ!»
Соревнование «кто громче» – победителем выходит Руис со своим мегафоном. Помощники шерифа разбрасывали билеты на матч – мексикашки падали на колени, ловили. Хватаю один – Руис против Стиви Мура, стадион «Олимпик».
Выкрики, ропот – Руис меня заметил и замахал руками.
Протискиваюсь ближе – Рубен, сложив ладони лодочкой, крикнул: «Нам нужно переброситься парой слов! Давай в моей раздевалке после боя?»
Я согласно кивнул. «Подонок! Марионетка „Доджерс"»! – поговорить определенно не дадут.
И мигом – в Бюро, в свой кабинет.
Сообщение от Лестера Лейка: сегодня в восемь вечера, бар «Лунный свет». По коридорам отдела проходил Эксли – я замахал ему, приглашая войти.
– У меня к вам пара вопросов.
– Задавайте – разумеется, если эти вопросы не «Чего вы хотите?».
– Тогда как насчет «Почему на дело, которое вы так желаете раскрыть, бросили всего двоих?»
– Неверно. Давайте второй вопрос, только не «И почему один из них – я?».
– Попробую: «А что мне с этого будет?»
Эксли улыбнулся. «Если вам удастся раскрыть это дело, наступит тот редкий случай, когда я смогу использовать редкую прерогативу шефа Бюро расследований – то есть я дам вам капитана безо всяких административных хлопот. Я переведу Дадли Смита в Отдел административных правонарушений, а вам передам руководство Отделом по расследованию ограблений».
Предел мечтаний – только бы не хлопнуться в обморок от
– Что-то не так, лейтенант? Я ожидал от вас выражений благодарности.
– Спасибо, Эд. Нечего сказать, не хилой морковкой вы только что помахали перед моим носом.
– Зная, кто вы есть, не могу с вами не согласиться. Итак, у меня мало времени – давайте следующий вопрос.
– Ключ к разгадке этого дела – Люсиль Кафесьян. Я абсолютно точно уверен, что члены семьи прекрасно знают, кто грабитель, и я хочу допросить ее.
– Нет. Еще не время.
Сменим тему. «Дайте мне дело о мехах Гурвица. Отберите его у Дадли».
– Нет, и нет категорическое, и не просите больше. Ну все, закругляйтесь.
– Хорошо, тогда позвольте мне надавить на Томми Кафесьяна.
– Поясните слово «надавить», лейтенант.
– Надавить. Оказать силовое воздействие. Я прижимаю Томми к ногтю, и он рассказывает нам все, что мы хотим знать. Знаете, экстраординарные методы осуществления правосудия – как тогда, когда вы пристрелили трех безоружных негров.
– Не приближайтесь к семейству. В остальном для вас – карт-бланш.
Какой, на хрен, карт-бланш. Поздняк метаться – но делать что-то надо.
Просто:
Фото Люсиль, магнитофон, список мотелей – еду в южный Лос-Анджелес, предъявляю:
– Вы сдавали ей комнату?
– Никакой мужчина не просил комнату, смежную с ее?
– Никакие пьяницы не сдавали свои комнаты случайным людям?
Шансов – минимум; похоже, Люсиль встречалась с клиентами исключительно в «Красной стреле».
И снова по Централу, в южном направлении. Полицейские интриги, просто прелесть:
Патрульные автомобили втихаря следят за машинами федералов. Облавы на бомжей – сплошь и рядом авто Отдела по борьбе с бродяжничеством.
И сами федералы:
Проверяют номера машин, припаркованных возле ночных клубов и баров.
Гоняют тротуарных наперсточников.
Вламываются в роскошный бордель с черными девочками.
Словом, Черный город кишит короткими стрижками и серыми костюмами.
Я остановился возле участка на 77-й улице и попросил у них кассетный магнитофон. Обезьянник битком набит черномазыми – «подозреваемые» в убийствах цветных цветными. А снаружи – федералы с фотокамерами – щелкают физиономии проходящих полицейских.
И снова – дерьмовая работенка:
Мотель «Тик-так», мотель «Удачное время» – «нет» по всем пунктам. Мотель «У Дарнелла», мотель «Де-люкс» – то же самое. Мотель «У красавчика Дэна», «Сирил'с Лодж» – и тут ничего. Мотель «Гибискус», мотель «Пурпурные крыши» – абсолютный ноль.
«Гнездышко Ната» – угол 81-й и Нормандия – «Всегда чистые комнаты» – набрасываюсь на клерка с расспросами.
– Дасэр, я знаю эту девушку. Она снимает комнату на короткий срок, всегда одну и ту же.
Я уцепился за стойку обеими руками. «Она сейчас зарегистрирована?»