Белее снега, слаще сахара...
Шрифт:
Мы договорились венчаться самыми первыми, утром, в маленькой церкви на окраине, потому что главную церковь украшали для королевской свадьбы. Я приехала к самому началу, в своем полушубке и в серой шали – так как ходила обычно.
– А жениха еще нет, - сказали мне служки, зажигавшие свечи.
– Как – нет? – оторопела я.
Филипп опаздывал на венчание? Справившись с изумлением я трусливо понадеялась, что сейчас случится еще чудо – вроде пропавшего кольца, и свадьба перенесется на неопределенное время. Может, Флипс
Входная дверь скрипнула, и вошел Филипп – запорошенный снегом,на ходу стягивающий шапку.
– Опаздываешь, - уныло сказала я, не пытаясь скрыть разочарования.
– Прости, и правда опоздал, - извинился он, отряхивая шапку о колено.
Когда он поднял голову, я не сдержалась и ойкнула – под глазом у него красовался здоровенный синяк.
– А это откуда? – спросила я удивленно.
– Упал, - ответил Филипп, улыбнувшись углом рта.
– Ну да, - не поверила я.
– Все готово, - к нам подошел служка и сунул каждому в руку по свече. – Встаньте у алтаря, венчание сейчас начнется.
– Передайте священнику, что венчания не будет, - сказал Филипп. – Я передумал.
Невозможно было сказать, кто из нас больше удивился – я или церковный служка.
– То есть как это – передумал? – спросила я дрогнувшим голосом. – С чего это ты передумал?!
– Можно подумать, ты сильно расстроилась, - сказал Филипп, кривя губы – словно хотел улыбнуться, а не получалось.
– Ты меня не любишь, Мейери. Я не слепой, чтобы не видеть этого. Пусть так. Я мечтал… но мечты не сбылись… Но ты будешь рада.
Он был неправ – меня это совсем не обрадовало. Баронесса поставила условием – брак с Филиппом. И вряд ли ее устроит, что условие не соблюдено.
– Надежды редко сбываются, - сказала я, в волнении потирая вспотевшие ладони друг о друга. – Но это не имеет никакого отношения к мечтам. Нам надо пожениться сегодня. Это важно, Флипс… Ты не понимаешь…
– Понимаю, - перебил меня он. – Но тебе незачем говорить, что венчание не состоялось. Я уеду сегодня, меня уже ждут лошади. В ближайший год я в Арнеме не появлюсь.
Это было совсем немыслимо – чтобы домосед Филипп отправился куда-то на год?!
– Куда это ты собрался? – произнесла я растерянно. – А отец знает?
– Знает, - он усмехнулся. – И страшно доволен. Я решил заняться торговлей, съезжу в соседнее королевство, там продают чудесный шелк. Попробую начать свое дело. Все равно мельница мне не достанется – я ведь второй сын. Я решил, Мейери. Можешь пожелать мне удачи.
– И когда это тебе такое на ум пришло, - еле выговорила я, понимая, что произошло самое настоящее чудо.
– Да так, - он пожал плечами. – Сам бы не додумался, немного объяснили. Доходчиво и понятно.
– Флипс! – начала догадываться я.
Он
– Да, он умеет быть очень убедительным. Могла бы сразу объяснить, кто он такой.
– Когда?.. – почти прошептала я, пока священник выговаривал нам за непостоянство намерений.
– Притащился ночью, - ответил Филипп, передав священнику два новеньких талера, отчего тот сразу забыл ворчать и простил нам все грехи без исповеди. – Мы сначала повздорили… Немного, - он опять дотронулся до скулы. – А потом – ничего, поняли друг друга.
– Еще бы… - я облизнула пересохшие губы, и осмелилась спросить: - Он ничего не просил передать?.. Мне?..
– Приказал, - поправил меня Флипс.
– И?..
– Сказал, что белые сладости на свадьбу – это никуда не годится. И что ты должна ему верить, если… если любишь.
52.
(7500)
Белые сладости – это никуда не годится…
Я вернулась в лавку, а в голове крутилась лишь эта фраза.
Белое… не годится…
Я посмотрела на «снежные» булочки, на сырные пироги, похожие на сугробы. На беленькие «Поцелуи» - такие ровные, аккуратные, залитые глазурью.
Белое не годится. Это сказал Гензель. И ещё сказал, что я должна верить ему. Когда-то я подумала, что мыслим мы одинаково. Вот и теперь мне показалось, что я поняла, чего он ждет от меня. Какие сладости хочет увидеть на королевском столе.
И ещё он хочет, чтобы я ему верила…
Иоганнес сделал первый ход, пока я упрекала его в нерешительности. И я должна довериться ему, поверить, если люблю.
Смогу ли я?..
Белое не годится.
И теперь я знала, что должна подать на королевскую свадьбу.
Я торопливо затопила печь, бросила в кастрюльку несколько кусков шоколада, высыпала на доску какао.
Верю ли я Иоганнесу? Могу ли ему доверять?..
Если не могу – значит, это не любовь.
А ты, Мейери, думаешь, что любовь должна быть лишь белой, сладкой и красивой?..
В десять утра, когда королевские слуги явились за сладостями, все корзины были уже упакованы, а я была готова представить королю и его невесте особые «свадебные» лакомства.
Я надела простое синее платье и белый фартук – то, что носила каждый день во время работы в лавке, повязала накрахмаленную поварскую косынку, и отправилась в замок, прижимая к груди корзину, затянутую белым полотном.
Этот визит в замок отличался от прошлых, когда я представляла сладости принцессе на завтрак.
Сегодня мажордом проводил меня в большой зал – тот самый, где устраивали в пятницу бал, а там уже стояли огромные столы, накрытые кипенно-белыми скатертями, сверкали серебряные приборы, в низких вазах красовались свежие цветы – и откуда только их раздобыли зимой?..