Белее снега, слаще сахара...

Лакомка Ната

Король вскинул на меня глаза и молча взял булочку. Принцесса сделала то же самое, откусила кусочек и зажмурилась, прищелкнув языком.

– Какое чудо! – заговорила она с набитым ртом в нарушение этикета. – Там внутри крем! Такой нежный, такой шелковистый! И тесто… Оно совсем не тяжелое… и.. тут два вида теста!..

– Совершенно верно, - подтвердила я. – Дрожжевая булочка, а на ней – рисунок в виде извивающейся змеи из заварного теста. Булочка печется, потом разрезается вдоль и начиняется кремом, выдавленным

из кондитерского мешочка. Присыпьте все пудрой – и получится змея под снегом. Белая, сладкая, замаскировавшаяся змея.

42.

– Оригинально не только название, но и исполнение, - подтвердила ее высочество и важно добавила. – Что ж, теперь я выношу свой вердикт. Обе кондитерские лавки порадовали меня своим искусством. Я давно не ела таких, поистине, волшебных кушаний! Но, не обижайтесь на меня, мастер Римус, ваши сладости были великолепны, только я уже все их пробовала. А вот барышня Цауберин смогла меня удивить. На свадьбе брата я хотела бы видеть ее блюда.

Победила.

Как я мечтала о победе. Но вот это случилось, а мне совсем не весело. И горьковатый привкус на языке – как будто я пробовала утром не сладкую выпечку, а пила цикорий. Я чинно поклонилась, пряча руки под фартук, и мастер Римус поклонился тоже, но потом сорвал с головы поварской колпак и скомкал его.

– Прошу прощения, - принцесса, словно извиняясь, пожала плечами. – Все было вкусно…

– Благодарю, ваше высочество, - мастер Римус и его помощник еще раз поклонились и попросили разрешения удалиться.

– Да, конечно, - принцесса сидела с виноватым видом и даже вздохнула огорченно, но когда кондитеры «Пряничного льва» ушли, приветливо кивнула мне. – Итак, я жду от вас самых замечательных блюд! Которые будут белее снега, слаще сахара!.. Вы молчите? Барышня Цауберин? Разве вы не рады победе?

– Рада, - ответила я сдержанно.

Сейчас я разгадаю третью загадку, если повезет, а потом буду печь сладости к свадьбе Иоганнеса… И гадать – останусь ли в живых после того, как Клерхен наденет корону…

– Барышня Цауберин потеряла дар речи от счастья, - промурлыкала Клерхен. – Ведь сегодня у нее две радости.

– Вот как? – живо повернулась к фрейлине принцесса. – Одна – победа в состязании, а вторая какая?

– Барышня Цауберин в воскресенье выходит замуж за местного мельника, - сказала Клерхен, показав ямочки на щеках. – Сегодня в церкви было оглашение помолвки.

Кровь отлила от моего лица, когда король посмотрел прямо на меня. Синие глаза стали холодными – кусочки льда и те были бы теплее.

– Помолвка? – спросил король, и в голосе его были мороз и вьюга, и колкий снег, как когда он больно хлещет в лицо. – С мельником?

– С Филиппом Вольхартом, ваше величество, - ответила я, с трудорм ворочая языком.

В какой-нибудь

сказке тут полагалось бы появиться прекрасной фее. Она взмахнула бы волшебной палочкой, расколдовала бы беднягу мастера, разоблачила бы ведьм и… отменила мою помолвку. Но в реальной жизни фея не появилась, а король вдруг воткнул серебряную вилку в булочку – да так, что расколол тонкую фарфоровую тарелку.

– Иоганнес! – огорчилась принцесса. – Да что с тобой!

– Мне пора, - бросил король. – Встретимся на этом чертовом собрании невест.

Он ушел, чеканя шаг, и стук каблуков его сапог болезненно отдавался в моем сердце. Как будто с каждым шагом король вонзал серебряную вилку мне в грудь.

– Он не в духе, - извинилась за брата принцесса Маргрет.

– Все мужчины перед свадьбой такие, - утешила ее Клерхен. – Это для девушек свадьба – приятное волнение, а мужчины оплакивают свою свободу. Ваш жених тоже не в духе, барышня Цауберин?

– Да, - сказала я, не особо думая над ответом.

– Я сделаю вам подарок к свадьбе, - пообещала мне принцесса. – Значит, венчание в воскресенье?

– Да, - опять машинально ответила я.

– Как это мило! – принцесса даже прослезилась. – В пятницу будет бал по случаю помолвки Иоганнеса, где он наденет избраннице кольцо Прекрасной Ленеке, в воскресенье – две свадьбы! Ваша свадьба и свадьба Иоганесса! Только вы уверены, что справитесь с подготовкой? Ведь у вас медовый месяц…

– Уверена, - ответила я быстрее, чем следовало, и Клерхен хихикнула. – Ничто не помешает мне приготовить к свадьбе его величества лучшие сладости в этом королевстве.

– Охотно в это верю, - принцесса благожелательно склонила голову к плечу. – Надеюсь, на свадебном пиру вы поразите нас своим искусством.

– Приложу к этому все усилия, ваше высочество.

– А у меня уже есть подарок для барышни Цауберин, - лукаво сказала Клерхен. – Ваше высочество, вы позволите мне отлучиться? Я провожу барышню и вручу ей подарок – от нас с мамой. Мы так благодарны девушке, что она смогла вас удивить и развлечь…

– Конечно, дорогая Клерхен! – принцесса захлопала в ладоши. – Эта милая девушка заслуживает награды!

– Благодарю, - пробормотала я, чувствуя, как перехватило дыхание – будто на шее затягивала кольца огромная змея.

– Идемте, барышня Цауберин, - Клерхен протянула ко мне руки, словно желая заключить в объятия, и я едва не шарахнулась в сторону.

Попрощавшись с принцессой, я пошла за Клерхен с покорностью овечки, которую вели в волчье логово. Клерхен оглядывалась через плечо, улыбаясь глазами и сияя, как новенький серебряный талер.

В комнате Диблюменов нас ждала баронесса, а на кресле лежало новое голубое платье. Клетка, раньше висевшая на потолочной балке, исчезла, и я сделала вид, что не заметила ее отсутствия.