Белее снега, слаще сахара...
Шрифт:
Лицо у баронессы было восковым, черты заострились, под глазами залегли серые тени. Но она прочитала заклинание, обошла меня, и я снова превратилась в полное подобие барышни Диблюмен.
Я переоделась, и теперь уже под надзором баронессы отправилась в большой зал, где невесты короля готовились разгадать третью загадку.
43.
Девушек лихорадило – все ждали короля и волновались, удалось ли разгадать задачку про ягнят и волков. Баронесса подошла к принцессе, а я
Появились мажордом и король, и было объявлено, что вторую загадку разгадала одна лишь барышня Диблюмен.
Мне волей-неволей пришлось выйти к королю, и он смерил меня таким неприязненным взглядом, что я поежилась, как от сквозняка.
– Ответ правильный, - произнес король, не разжимая зубов. – Но мне хотелось бы узнать, как вы к нему пришли. Чтобы исключить случайную отгадку. Итак, расскажите нам, что должно находиться в последнем ларце?
Мажордом с готовностью извлек ключик и встал возле последнего, шестого ларца.
– Ваше величество, - заговорила я хрустальным голоском Клерхен, - я подумала, что фигурки в шкатулках - это иносказание о жизни мужчины. В двадцать лет – он ягненок, в тридцать – хищный волк, в сорок – он отважен, как лев. В пятьдесят – силен, как бык и обременен семьей, на него надето ярмо. В шестьдесят силы покидают его, но приходит ум, и он становится хитер, как лиса. А в последнем ларце… - я замолчала, обведя взглядом напряженные лица придворных, гостей, потом посмотрела на короля и тайком вздохнула, когда он резко опустил голову. – Я не сразу разгадала, что в последнем. Просто подумала – должен же мужчина хоть когда-то стать человеком? И обрести настоящую мудрость. Не звериную, человеческую. Поэтому в последнем ларце должно быть семьдесят фигурок, человечков и, вероятно, мудрецов.
– Открывайте, - приказал король нехотя.
Мажордом повернул ключик, замок щелкнул, и слуги одну за другой начали выставлять на стол фигурки. Все изображали длиннобородых стариков с чуть заметной усмешкой.
– Правильный ответ - семьдесят мудрецов! – объявил мажордом.
Многие придворные начали аплодировать, некоторые невесты расплакались, а я стояла очень прямо, не отвечая ни на поздравления, ни на завистливый шепоток. Король махнул рукой, и по его знаку слуги внесли еще три шкатулки.
Когда все немного утихли, его величество объявил:
– Перед вами три шкатулки, - он постукал по крышкам каждой, – золотая, серебряная и бронзовая. Что-то здесь правда, что-то неправда, а что-то – или правда, или неправда, но в одной из них находится то, что вы хотите получить – кольцо Прекрасной Ленеке. Ваша задача - узнать, где оно.
Повисла тишина, кто-то из невест слабо всхлипнул.
– Кольцо в одной из шкатулок, ваше величество? – несмело спросили из толпы придворных.
– Совершенно верно, - ответил король резко. – Удачи соискательницам. Победительница будет названа во время новогоднего бала, в пятницу. Тогда же будет объявлено о помолвке, - и он вышел, не попрощавшись.
Принцесса только вздохнула.
Невесты потянулись
Я не хотела подходить к столу первой, но невесты расступились, пропуская меня.
– Она точно угадает, - тихо простонала девушка за моей спиной.
– Кто знает – а вдруг?.. – шепотом ответила другая.
Шкатулки были одинакового размера, с одинаковыми украшениями, но на крышках каждой были разные надписи. На золотой было выгравировано: «Где нет - там нет», на серебряной: «Нет», а на бронзовой: «Да».
– Кольцо точно в золотой, - сказал громким шепотом господин в бархатном алом камзоле, стоявший среди придворных.
– Не всё золото, что блестит, - возразила ему пожилая дама с павлиньим пером в прическе. – Скорее всего, кольцо в серебряной, так как душа важнее смазливого личика.
– Почему тогда не в бронзовой? – насмешливо спросил господин. – Не забывайте, что дед нашего короля – из простолюдинов. Может, таким образом его величество хочет показать, что для него не важна чистота и благородство крови.
Я не стала тянуть и подошла к столу с письменными принадлежностями.
Невесты проводили меня тоскливыми взглядами, а я быстро нацарапала ответ на клочке бумаги и бросила его в сундучок, который держал мажордом.
Все, дело сделано. Я своими руками отдала корону «милой Клерхен».
Баронесса попросила у принцессы разрешения проводить меня и вышла со мной из зала, любовно держа под ручку. Но стоило нам переступить порог, как нежное поддерживание превратилось в крепкую хватку.
– В какой шкатулке это проклятое кольцо?! – прошипела госпожа Диблюмен.
Глубокие морщины обозначились от крыльев носа к уголкам рта, и между бровей и на лбу пролегли глубокие складки.
– Кольцо в золотой шкатулке, сказала я безразлично. – Король дал подсказку – что-то правда, что-то нет, а что-то или правда или ложь. «Да – кольцо здесь», «Нет – кольцо не здесь», «Где нет – там нет, значит, кольцо не в серебряной шкатулке». Учитывая надписи и подсказку, оно именно в золотой. Иначе получается, что все утверждения – или правда, или все – неправда. А должно быть – одно правда, одно неправда, а одно – или правдиво, или ложно.
Баронесса смотрела на меня, как на умалишенную, а когда мы зашли в комнату, тут же положила передо мной лист бумаги, достала чернильницу и перья.
– Как все прошло?
– сгорала от нетерпения Клерхен.
– Почему так быстро? Уже разгадала? Баронесса отмахнулась от дочери и ткнула пальцем в бумагу:
– Напиши ответ, - приказала госпожа Диблюмен.
– Слово в слово, как только что мне говорила.
Я молча окунула перо в чернила и записала ответ, потом получила от баронессы легкую оплеуху и снова стала прежней Мейери. Пока я переодевалась в свое платье, баронесса и Клерхен читали то, что я написала.