Башня Рассвета
Шрифт:
— Это навевает на мысль о том, почему, — размышлял Сартак. — Если он завоевал большую часть северного континента, зачем собирать такую силу? Он думал, что Аэлина Галантия была мертва, и, я полагаю, он не ожидал, что Дорин Хавильярд тоже будет против него.
Она не рассказала ему о Ключах Вэрда и всё еще не могла заставить себя сделать это.
— Мы думаем, что Эраван хотел победить весь мир. Это кажется достаточно мотивированным.
— Но теперь ты сомневаешься.
— Я просто не понимаю, почему. К чему все эти усилия, зачем хотеть завоевать больше, когда он тайно контролировал весь северный континент в любом случае.
— Возможно, такие вещи, как мотивы и разум, чужды демонам. Возможно, у него есть только стремление уничтожить.
Несрин покачала головой, прищурившись от солнечных лучей, когда они поднимались выше.
* * *
Сартак вернулся в Эридун, оставил Кадару в большом зале и продолжил тур для Несрин. Он пощадил её от смущения при просьбе не использовать верёвочные лестницы вдоль скал, и повёл её через внутренние лестничные проходы. Чтобы добраться до двух других вершин, им нужно либо пролететь, либо пройти по одному из двух мостов, натянутых между ними. Один взгляд на верёвочный мост и лес, и Несрин объявила, что может подождать еще один день.
Одно дело — кататься на Кадаре. Несрин доверяла птице и всаднику. Но раскачивающийся мост, каким бы качественным он ни был… Возможно, ей придётся выпить один или два бокала, чтобы попробовать пересечь его.
Но было много чего посмотреть и в самой горе Рокхал, которую назвали Шепчущей. Другие два брата-пика, которые составляли Доргос, были Арик — Поющий; и Торкэ — Ревущий. Все трое названы в честь ветров, которые проходили мимо и вокруг них.
Рокхал была самой большой из них, самой изысканной, его жемчужиной являлся зал Алтун, расположенный у вершины. Но даже внутри под Алтуном Несрин едва могла запоминать бесконечные коридоры и большие пространства: различные кухни и небольшие залы для собраний; дома и мастерские; гнезда ракинов цвета от золотистого, как у Кадары, до тёмно-коричневого; кузницы, где броня ковалась из руды, добытой в горах; места, где шили броню и седла; лавки, где можно купить товары для дома и безделушки. И, наконец, на самой вершине Рокхала, тренировочные залы.
Не было ни стен, ни оград вдоль широкой вершины с плоским верхом. Только небольшое, круглое здание, обеспечивающее защиту от ветра и холода, а также доступ к лестнице внизу.
Несрин запыхалась к тому времени, когда открыли деревянную дверь и почувствовали грубый ветер. Вид, которые растянулся перед ней, окончательно выбил весь воздух из её лёгких.
Снег на вершинах окружал их, рядом было длинное озеро, искривлённое между двойными хребтами, ракины летали над поверхностью.
Она никогда не видела ничего такого великого и прекрасного, огромного и неумолимого. И даже несмотря на то, что Несрин казалась такой же незначительной, как бабочка, по сравнению с размерами гор вокруг них, она всё равно ощущала принадлежность этому месту.
Сартак стоял рядом, слелдя за тем, как её внимание скользило по горе, словно их взгляды были связаны. И когда взгляд Несрин оказался на одинокой широкой горе на другом конце озера, он прерывисто вздохнул. На той тёмной стороне деревья не росли, только снег обеспечивал покрытие.
— Это Арундин, — тихо сказал Сартак, словно боясь, что их услышит ветер. — Четвёртый певец среди этих вершин. —
Действительно, тяжёлая тишина, казалось, пульсировала вокруг этой горы. В бирюзовых водах озера лежал идеальный зеркальный образ — настолько ясный, что Несрин стало интересно, можно ли нырнуть под поверхность воды и найти другой мир, из тени, внизу.
— Почему?
Сартак повернулся, как будто не хотел долго туда смотреть.
— На его склонах всадники ракинов хоронят мертвецов. Если мы подойдём ближе, ты увидишь, как сульдэ покрывает его склоны — единственные знаки павших.
Это был совершенно неуместный и болезненный вопрос, но она всё равно спросила:
— Будешь ли ты когда-нибудь там — или в священной земле степей с остальной семьёй?
Сартак поднял взгляд обратно на скалу.
— Этот выбор остаётся за мной. Две части моего сердца, вероятно, долго будут воевать.
Она, конечно же, поняла это — то, как он любит два этих места.
Крики и звук металла, рассекающего воздух, привлекли её внимание от манящей, вечной тишины Арундина к истинной цели пространства над Рокхалом — тренировке.
Мужчины и женщины в броне для полётов стояли на разных отделениях. Некоторые стреляли в мишени с впечатляющей точностью, другие бросали копья, третьи упражнялись в битве на мечах. Старшие всадники командовали полётом и исправляли осанку, бродя среди воинов.
Несколько человек посмотрели на Сартака, когда он и Несрин подошли к тренировочному отделению в самом дальнем конце горы. Стрельба из лука.
С ветром и холодом… Несрин заметила, что вычисляет эти факторы. Ей бы хотелось полюбоваться умением лучников. И девушка почему-то не удивилась, увидев Борте среди лучников, целившихся в чучела, её косы развивались на ветру.
— Ты здесь, чтобы твоя задница легко проиграла мне, брат? — ухмылка Борте была полна злого восторга.
Сартак вновь рассмеялся, своим богатым, приятным смехом, и взял длинный лук и колчан.
Он легко оттолкнул сестру бедром, сбив её с цели. Он прицелился, выстрелил, и Несрин улыбнулась, когда стрела нашла свою цель — прямо в шею чучела.
— Впечатляюще, как для принца, — протянула Борте. Она повернулась к Несрин, подняв тёмные брови:
— А ты?
Проглотив улыбку, Несрин пожала плечами, кивнула Борте и подошла к стойке луков и стрел. Горный ветер беспокоил её, но девушка заблокировала шёпот Рокхала, когда провела пальцами по резному дереву. Тис, ясень… она ощупывала один из тисовых луков, проверяя его вес, гибкость и сопротивление. Твёрдое, смертельное оружие.
Но знакомое. Словно старый друг. Она не брала в руки до смерти матери, и в первые годы, полные печали, физическая подготовка, концентрация и сила, были святилищем.
Она задавалась вопросом, выжил ли кто-нибудь из её старых учителей после нападения в Рафтхоле. Сбила ли какая-то стрела дракона. Или замедлила его, чтобы спасти жизни.
Несрин позволила мыслям успокоиться, когда подошла к колчанам, вытаскивая стрелы. Металлические наконечники были тяжелее, чем те, которые она использовала в Адарлане, и немного толще. Предназначены для прорезания жестоких ветров при езде. Возможно, если повезёт, смогут убить дракона.
Она выбрала стрелы из разных колчанов, положив в свой, прежде чем набросила его на спину и подошла к линии, где молча наблюдали Борте, Сартак и парочка чужаков.