Башня Рассвета

Маас Сара

Сартак плавно спешился с Кадары и протянул руку, чтобы помочь Несрин.

Это была всего лишь рука, которую он поднял, но она заметила около дюжины собравшихся, — смотревших на неё. Но Борте была ближе всех.

Еще один проницательный, взвешивающий взгляд. Посмотрела на кожу, но ни одна из особенностей не выдавала в ней чужака.

Раньше она занималась осмотром незнакомцев — это не было чем-то новым. Даже если теперь стояла в позолоченных залах Алтуна, среди ракинов.

Игнорируя предлагаемую руку Сартака,

Несрин заставила ее жесткое тело плавно скользнуть одной ногой по седлу и спешиться. Ее колени подвернулись, но ей удалось легко приземлиться, и она не позволяла себе прикоснуться к волосам, хотя была уверена, что они были, как крысиное гнездо, несмотря на ее короткую косу.

Слабый блеск одобрения появился в темных глазах Борте незадолго до того, как девушка дернула подбородком в сторону Несрин.

— Балрухская женщина в броне для полёта на ракинах. Теперь вижу.

Сартак не ответил. Он только взглянул в направлении Несрин. Приглашение. И вызов.

Поэтому Несрин сунула руки в карманы своих плотно облегающих штанов и подошла к принцу.

— Будет ли лучше, если я скажу вам, что сегодня утром я поймала Сартака, полирующего свои ногти?

Борте посмотрела на Несрин, моргнув.

Затем она запрокинула голову и засмеялась.

Сартак бросил одобрительный, но негодующий взгляд на Несрин, прежде чем сказать:

— Познакомься с моей названной сестрой, Борте. Внучка и наследница моей мамы, Хоулун. — он потянулся между ними, чтобы дёрнуть одну из косичек Борте. Она отбросила его руку. — Борте, познакомься — капитан Несрин Фалюк. — он сделал паузу и добавил:

— Из королевской гвардии Адарлана.

Тишина. Темные брови Борте поднялись.

Старый мужчина в броне вышел вперед.

— Даже не знаю, что необычнее: то, что балрухская женщина — их капитан, или что капитан Адарлана оказалась так далеко?

Борте махнула рукой.

— Ты всегда задаёшь вопросы и начинаешь бестолковый разговор, — поругала она его. И к удивлению Несрин, человек вздрогнул и закрыл рот. — Настоящий вопрос… — хитрая улыбка девушки предназначалась Сартаку. — Она шпион или невеста?

Все попытки вести себя спокойно провалились, когда Несрин взглянула на девушку. Сартак только рявкнул:

— Борте.

Борте зло ухмыльнулась.

— Сартак никогда не приводил таких прекрасных дам домой — из Адарлана или Антики. Будьте осторожны, идя по краю скалы, капитан Фалюк, или некоторые из девушек здесь могут вас толкнуть.

— Ты будешь одной из них? — голос Несрин оставался невозмутимым, хотя ее лицо покраснело.

Борте нахмурилась.

— Не думаю.

Некоторые из толпы снова засмеялись.

— Как мою названную сестру, — объяснил Сартак, ведя Несрин к скоплению низких стульев возле края огненной ямы, — я считаю Борте родственницей по крови.

Дьявольская усмешка Борте исчезла, когда она встала вместе с Сартаком.

— Как

поживает твоя семья?

Лицо Сартака было нечитаемым, за исключением слабого мерцания в темных глазах.

— Позже, — сказал он. Небезопасно.

Но Борте кивнула, как будто хорошо знала о его настроении и мыслях, и молчала, пока Сартак провожал Несрин к резному деревянному стулу. Жар от пылающего огня был восхитителен, и она почти застонала, когда протянула к нему замороженные ноги.

Борте прошипела:

— Ты не мог дать своей возлюбленной надлежащую пару сапог, Сартак?

Сартак зарычал, предупреждая, но Несрин нахмурилась на ее эластичные кожаные сапоги. Они были дороже, чем любые, которые она когда-либо осмеливалась купить для себя, но Дориан Хавильярд настоял. Часть формы, сказал он ей, подмигивая.

Она задавалась вопросом, сейчас улыбался ли он так же свободно, или дарил улыбки так же щедро, где бы он ни был.

Но она взглянула на Борте, сапоги которой были кожаными, но толще, — на вид это была овчина. Определенно, они подходили лучше для горных вершин.

— Я уверен, что ты где-нибудь откопаешь пару, — сказал Сартак своей сестре, а Несрин свернулась в кресле, пока двое из них ушли туда, где ожидала Кадара.

Люди собрались вокруг Сартака достаточно тесно, чтобы Несрин не услышала. Но принц говорил, слабо улыбаясь, пока он выгружал мешки, отдавая их тому, кто был ближе всего, а затем расседлал Кадару.

Он ударил золотого ракина по шее, а затем сильнее по боку — и тогда Кадара ушла, хлопая крыльями в воздухе под открытым небом.

Несрин собиралась предложить помочь с мешками, которые теперь вытаскивали через прихожую, но тепло, окутывающее ее тело, расслабило ноги.

Появились Сартак и Борте, остальные разошлись, как раз когда Несрин заметила человека, сидящего возле огня через зал. На маленьком деревянном столе рядом со стулом стояла чашка, из которой шел пар, и хотя на его коленях, казалось, был открытый свиток, его глаза были направленны на нее.

Она не знала, что сказать: хотя его кожа и была загорелой, было ясно, что он родом не с южного континента; его короткие коричневые волосы были далеки от длинных шелковистых косичек наездников ракинов; а его одежда была больше похожа на куртку и брюки Адарлана.

На его боку висел только кинжал, и, хотя он был широкоплечим и стройным, у него не было самоуверенного бахвальства, безжалостной уверенности воина. Возможно, ему было лет сорок, бледные белые линии, появившиеся на его глазах, когда он щурился на солнце или на ветру.

Борте провела Сартака вокруг огненной ямы, мимо различных столбов, прямо к человеку, который поднялся и поклонился. Он был ростом примерно с Сартака, и даже из-за зала, с потрескивающим огнем и стонущим ветром, Несрин смогла узнать халху, хоть и говорила на нем ужасно: