Бабочка из бездны
Шрифт:
– О… – пробормотала Пегги Сью. – Постойте… Я не…
Но опять фарандола увлекла ее дальше, на другой конец огромного зала.
– Меня зовут Тибо Синий Ворон, – представился новый юноша, склонившись перед Пегги. – Ваша одежда выглядит удручающе, наверное, очень пострадала во время путешествия. Наши камеристки все исправят, идите за ними, они подберут вам туалет, достойный вашей красоты.
Не успела Пегги и рта открыть, как две горничные схватили ее за запястья и потащили по облицованным мрамором коридорам. Девочка проклинала себя за то,
Камеристки открыли сундуки и разложили перед ней расшитые серебром и золотом платья, сверкающие яркими блестками. Поистине сказочные наряды.
– Какое платье вы предпочитаете, ваше высочество?
– Я… Я не знаю, – пролепетала Пегги. – Обычно я ношу майку и джинсы.
– Что? – проквакала камеристка. – Эти деревенские лохмотья? Они годятся лишь для того, чтобы отпугивать бандитов с большой дороги. Позвольте нам одеть вас соответственно вашему высокому рангу.
Камеристки крутились вокруг Пегги Сью, как обезумевшие волчки, облачая ее в драгоценные ткани, излучающие лунный свет. Из ларчика черной кожи они достали бриллиантовое колье, кольца, диадему. И, подтолкнув Пегги к зеркалу, сказали ей:
– Посмотрите! Посмотрите, какая вы красивая! Теперь все кавалеры станут состязаться в вашу честь на завтрашнем турнире.
– Турнира не будет! – простонала Пегги Сью. – Молния ударит в замок. Через несколько часов вы все умрете… Оставьте меня! Вы всего лишь призраки!
Она стала вырываться, но камеристки, не слушая ее, смеялись. Девочку заставили вернуться назад, в бальный зал. По пути она заметила голубого пса, застывшего у стола, заставленного едой, он пускал слюнки от голода, глаза у него помутились.
«Я здесь не для того, чтобы танцевать или выходить замуж, – подумала Пегги. – Мне надо что-то сделать, и это дело значительно важнее… Беда в том, что я забыла, какое именно дело!»
Молодые люди обсуждали завтрашний турнир. Они поддразнивали друг друга, расхваливали свои доспехи, копья, лошадей. И все до единого уверяли, что быстренько расправятся со своими противниками.
«Уже в Средние века мальчишки были такими же хвастунами, как сегодня!» – отметила Пегги Сью.
Инстинкт подсказывал ей, что надо подойти поближе к голубому псу. Может быть, он знает, что они оба здесь делают?
«Эй! – мысленно позвала его она. – Я немного растеряна. Зачем мы сюда пришли?»
– Зачем пришла ты, плутовка, я не знаю, – высокомерно ответил пес, – а меня только что сделали бароном. Завтра мне дадут доспехи по моему размеру, и я буду участвовать в турнире.
– Дурачок! – воскликнула Пегги, наградив его пинком под зад. – Ты – собака, а не рыцарь! Опомнись!
– Дрянная девчонка! Как ты смеешь, – прорычал пес, – так обращаться с принцем крови! Я – брат короля, на моем гербе изображены три толстые сосиски, фоном для которых служит красный бифштекс… Я прикажу слугам поколотить тебя палкой!
Это было уж слишком. На этот раз Пегги схватила
– Черт возьми! – завизжал бедный пес. – У меня, кажется, голова сейчас оторвется!
– Яйцо… – выдохнула девочка. – Надо найти яйцо. Призраки украли у нас драгоценное время. Рассвет может наступить через несколько минут. А я не представляю, сколько часов мы здесь провели.
Они боролись, чтобы проложить себе путь среди окруживших их улыбающихся призраков. Все юноши хватали Пегги за руки, прекрасные дамы наклонялись, чтобы погладить голубого пса и отвлечь его своими похвалами.
В течение минуты друзья сомневались, что им удастся когда-нибудь выбраться из бального зала. Но когда они все же попали в коридор, то бросились бежать со всех ног, чтобы ускользнуть от преследователей.
– Где искать? – спросил пес. – Ты имеешь хоть какое-то представление о месте, где спрятано яйцо?
– Это волшебное яйцо, – ответила девочка, – но оно реальное. Не знаю, заметил ли ты, но ничто, находящееся в этом замке, не обладает запахом… Кожа женщин лишена аромата, еда ничем не пахнет.
– Естественно, ведь все это призрачно.
– Да, но яйцо – реально. Оно волшебное, но подлинное. Значит, у него есть запах.
– Птичий запах?
– Наверняка.
Пес с большим рвением стал обнюхивать воздух. Тревога Пегги все возрастала.
«Если Шин крикнул, подав сигнал тревоги, я могла не услышать его, – подумала она. – Я была так увлечена посторонними вещами, что, наверное, не заметила бы, как земля разверзлась под моими ногами».
Она встала на цыпочки, чтобы разглядеть небо сквозь проем бойницы. Длится ли еще темная ночь?
– Ищи! – крикнула она голубому псу. – Но ищи быстрее.
– Пока что я не ощущаю никакого запаха, – оправдывался тот. – Как будто в этих стенах нет ничего живого.
Пегги всеми силами старалась противостоять гипнотическому влечению, которое пробуждали в ней отголоски праздника. И было очень трудно не прислушиваться к музыке, доносящейся из бального зала. Как ей хотелось танцевать! Никогда в жизни она не носила такого красивого платья. Как приятно кружиться под руку с одним из этих кавалеров, которые, кажется, все были влюблены в нее. Очень хотелось возглавить турнир, привязать шарф к копью чемпиона, чтобы он носил ее цвета! Какая, должно быть, восхитительная жизнь у принцессы!
«Возьми себя в руки! – прорычал голос разума у нее в голове. – Это ловушка!»
– Здесь! – вдруг раздался голос голубого пса. – Чувствую, воняет курятиной. Помоги мне копать! Быстрее!
Пегги нахмурила брови. Почему этот наглый пес с синей шерстью осмеливается чего-то требовать от нее? И почему позволяет себе отдавать приказания принцессе Белого Замка? Она сейчас же отведет его на псарню и велит хорошенько проучить наглеца ударами плетки, чтобы не забывался и уважал ее!
– Эй! – прорычал пес. – Проснись, черт возьми! Ты похожа на сомнамбулу.