Аврора. Заря сгорает дотла

Андерсенн Кейт

— Чтобы свалиться в тот водопад? Сдурел?! Нет, Чак, даже не предлагай!

— Канат висит как раз над рекой, и я тебя поймаю, Ро. Буду держать одной рукой, а второй…

— И одной рукой ты словишь канат? Даже не говори…

Ей жутко хотелось расплакаться. Ну почему, почему?.. Вот вернутся, и она засядет в доме с пилястрами и сдастся Фарру в рабство… Нет, не сдашься, Ро, и ты отлично это знаешь. Но… как-то ведь решить это иначе можно, правда?..

— Пойми, Ро, это — единственный наш шанс. Река не вздулась, значит, камнепад моего предка только засыпал

проход…

В тот же момент ладони Ро коснулась ледяная вода. Она взвизгнула от ужаса, отдергивая руку, и попыталась было подскочить, но ударилась головой и больным плечом о низкий свод. Ловушка… Все же ловушка. И плечо все же онемело и не слушается.

Чак тоже безуспешно попытался подняться, а затем неловко попятился ползком назад. Ро заметалась в каменном плену, что сделался чуть шире. Но река… очень медленно наступала, и вот ее живот мокрый не только от соприкосновения с промокшим костюмом Чака… Поспешно Аврора поползла вслед за эрлом, пытаясь сглотнуть ком паники — паника еще никому не помогала, сейчас для нее не время — и уткнулась задом в камень.

— Ч-чак? — несмело позвала она вникуда.

— Ро, сюда, — раздался его голос сверху.

Щелкали какие-то камни, река бубнила угрожающе, тапочки промокли насквозь.

Ро наощупь вскарабкалась наверх по камням. Выше, выше. Пока не наткнулась на по-прежнему мокрого Кастеллета. Но на сей раз она была ему рада. Он крепко схватил ее за локти и втянул повыше. Аврора уперлась головой в потолок и вынужденно приникла к его боку, слепо шаря руками по пустоте.

— Это… все?.. — дрожащим голосом спросила она.

Чак ответил донельзя мрачно и сердито:

— Похоже на то.

— П-прости…

Теперь, когда угроза смерти была реальной и не вот-прям-щас, но сто процентов неизбежна, остается сидеть и ждать ее… Это было кошмаром. Но раз сделать ничего нельзя… Что уж теперь.

Аврора обхватила себя за плечи.

— За что, Ро? Я сам мечтал попасть сюда… Жаль, что никто теперь не узнает про маяк на краю света… — Чак хмыкнул.

— Наверное… те гребцы чувствовали себя точно так же… — дрожа, объявила Ро. — К-когда у н-них н-не было в-выхода. Т-тольк-ко сраз-зиться и ум-мереть.

Кастеллет воскликнул в гневе:

— Ро! Да не я это плыл с ними на «Аузонии»! И не Шарк!

— Ой, п-перед л-лицом смерт-ти хоть н-не втирай, Чак-к…

— Это проклятый Эйдан! Он, он один плыл на «Аузонии», захватив всех с собой! Говорил, что если воспользоваться одновременно зельем морской силы, далекозором и компасом, то можно уйти в другое пространство с «солнечным ветром». Он всегда был повернут на экспериментах, но я же не представлял, что настолько!

— Так… не было на борту никакого Странника? — осторожно уточнила Ро, забывая про дрожь и страх.

— Не было. Эйдан лишь согласился доставить беглецов в безопасное место, это было главным для нас. Шарк взялся перекодировать гребцов на всякий случай, но это… Шарк. Он давно живет в Буканбурге, они там рабов за людей не держат, понимаешь.

— В Буканбурге? Твой брат?!

— Он женился на дочери Хью Блэквинга девятнадцать

лет назад, незадолго до восстания… э, ладно. Нашего отца.

— Я так и знала! — победно подняла кулачки Ро.

— Поэтому его не могли сослать. Когда вспыхнула чума, он пробрался тоннелем на рудник и вытащил меня. И еще парочку счастливчиков. Мы остались в Тополе, тут было проще затеряться… А позже, когда ситуация повторилась… Схватили нашего старого учителя… Ну, ты понимаешь, мы больше не могли сидеть сложа руки. Зачем я тебе все это рассказываю… — хмыкнул Кастеллет и коснулся пальцев Ро.

Она не отняла руки. Какой смысл? К тому же, прикосновения Чака — не Чарльза — не были ей неприятны.

— Наверное, потому, что тебе было не с кем поговорить об этом? А я уже так много знаю. Ну и… и мы как бы умираем.

— Что с тобой не так, Ро? Ты так спокойно говоришь об этом?!.

Аврора пожала плечами. И с грустью отметила, что тем, раненым, пожать уже не может. Дико больно. Она даже пальцами в руке Кастеллета двигать не особо могла.

— Я много раз готовилась к смерти… Значит, эксперимент осуществил Барристер Эйдан?

— Если ему удалось…

— Удалось. Потому что я — оттуда. Из другого пространства.

— Что?!.

— Ну, как-то так вышло. Я плыла на корабле с тем же названием — «Аузония». На борту был человек, похожий на Йоргена как две капли воды. Я была в его одежде. Наверно… это имеет какое-то значение.

Голос Чака зазвучал восторженно, словно они, и правда, не сидели тут в ожидании смерти:

— Он говорил об этом! Что должна быть схожая искра… Связь пространств: лицо, эмоция, предмет… Невероятно. Так это правда. И их все же не съели сирены…

Аврора неожиданно рассмеялась, правда, несколько горько.

— Забавный у нас получился антракт.

— Хотя этот момент прекрасен, Ро, мне жаль, что мы умрем. Мы столько всего не открыли.

— Да… и никто не узнает про маяк на краю света, про то, что королевства когда-то были единым целым…

— Ну, это ты загнула!

— Посуди сам: да, были Тополь и Торговцы. Приплыли пираты. У которых девиз родового артефакта идентичный тому, что у торговцев, и материал — с того же самого острова, со Свальбарда. Значит, дал им его один и тот же человек или они выгравировали это когда-то одновременно. И надпись — друидские письмена, а друиды — в Тополе… Вестланд — выходцы из Тополя, да что там, ведь ты сам, Чак — вестландец, пусть тебя и обидели крепко… Но ведь… если сломать эти границы, сплотить вас всех… Тогда такого и не повторится?

— Этого хотели Бассы! А мой отец… — голос Чака сорвался. — Мы тоже имеем право бороться за желание нашего отца!

Аврора вздохнула. И почувствовала в тапках воду. Река поднялась до их стоп.

— Поэтому я и говорю, Чак… Это просто месть, а не благородная революция во имя справедливости. Обманывать себя и других подобным образом… Ну, ты можешь, конечно, но твое сердце станет черным, как сажа, и его уже не вернуть. Ты правда этого хочешь?

Чак хмыкнул в темноте и плеснул ногой по воде.