Аврора. Заря сгорает дотла

Андерсенн Кейт

— Дай мне сумку.

Он молча встал, снял ее со стула, подал. Ро нащупала все еще невидимый корпус и с торжествующей улыбкой вытащила на свет. Глянула в окно. Пасмурно, но дождь перестал, достаточно светло, чтобы понять — раннее утро.

— Возьми, — протянула она далекозор дознавателю.

Тот с недоверчивой миной протянул руку в пустоту. И, когда оттуда его ладони коснулся прохладный металл, имперский дознаватель издал удивленное восклицание.

— Это слизь сирены. Сейчас рассвет, да? Думаю, скоро она перестанет

действовать. Я же не могла отдать им имперский артефакт — ты о чем, Фаррел! Тогда бы весь мир развалился, как можно!

Фаррел перебирал пальцами по воздуху, явно уверяясь, что перед ним искомый предмет. Аврора встала, шатаясь.

— А вот то, что ты приказал меня опоить... — она ухватилась за полог кровати, — я тебе этого не прощу.

— А я тебе не прощу, что ты собиралась воспользоваться помощью Кастеллета, — задумчиво кивнул Фаррел на сумку. — Почему берегла это письмо?

Ро охнула и метнулась к сумке, потеряла опору и свалилась на кровать, едва не потеряв по дороге свое одеяло. В сумке лежала только шаль бабушки Вив и раковина Финтэ.

— Конечно, я его экспроприировал, — прокомментировал Фаррел ее убийственный взгляд.

— Ты!.. Это же личные вещи! Как можно! Это ведь была моя единственная возможность начать новую жизнь...

Ро едва не расплакалась.

Фаррел присел рядом, не выпуская «далекозор» из правой руки. Левой же дознаватель обнял девушку за плечи.

— Я же сказал, Ро, что не позволю тебе сбежать. Зачем тебе сообщничество с Кастеллетом и работа на него, как не за тем, чтобы избавиться от меня? Ты же мой партнер, забыла?

Ро шмыгнула носом.

— Я... надеялась отвертеться... В письме ничего не сказано о сотрудничестве.

— Название лавки говорит само за себя. Думаешь, он бы так легко отпустил тебя с крючка?

— Я могла бы просить его поменять.

— Нечего тебе играть в политику, Ро. Кастеллет — мутная личность, я еще поговорю о нем с Исмеей... И к тебе его во второй раз уже точно не подпущу. Меньше всего я хотел бы, чтобы ты оказалась на руднике или плахе. Императрица Исмея — мой хороший друг. Мы поможем тебе устроиться в Объединенных Королевствах. Значит, ты хочешь заниматься торговлей?

— Не знаю... Может, историей... У вас любопытная история, много легенд, и мне кажется, есть способы объединить части империи куда более действенные, чем договор... Или еще искусством... Кастеллет говорил, в Вестланде есть опера?

— Есть. Но ни слова о Кастеллете. Подумай и реши. Познакомлю тебя с Тильдой — она наш бессменный ученый и алхимик. Гаррик — учредитель оперы, но он пьяница, там будет сложнее. И все же я не говорю «невозможно». Решим по прибытии и беседе с Исмеей. Я не знаю, кто ты, Ро. Но доверяю тебе — видишь? Прошу, доверяй и ты. Хоть немного.

— Так ты не отправишь меня на рудник или плаху?

Фаррел ответил без промедления:

— Нет, конечно.

— Тогда зачем отправил других?!.

Фаррел

было поморщился — «наша песня хороша, начинай с начала». Но вынужден был издать удивленное вослицание: далекозор в его руке вдруг начал приобретать очертания.

— Смотри!

— Поразительно, верно?..

Чудеса перечеркивают все ужасное, когда их видишь.

Фаррел рассмеялся.

— Ро Бореалис, только ты могла так надуть Мерчевиль! Я уже думал, что мне придется идти на подлог... А ты!.. У меня, кстати, для тебя подарок.

Ро оторопела, когда Фаррел вложил далекозор в ее руку и резко встал, чтобы подать странного вида сверток.

— Подарок?.. Мне?!

— Грязные рубаха и штаны — неподходящее одеяние для визита во дворец, знаешь ли.

Ро развернула бечевку и бумагу, затем — нежный на ощупь материал цвета вечерней зари.

— Платье?! — в восхищении воскликнула она, когда длинные многочисленные воздушные полы разметались по одеялу и кровати.

— Розовое, как я и обещал.

Ро порозовела и сама.

— Ты... знаешь, что означает «Аврора»?

— Заря. Тебе идет.

— Почему... ты так мил со мной?

— А ты не догадываешься? — прищурил один глаз Фаррел, засмеялся, щекоча ее по кончику носа. — Глупышка. Ро, я скучал. Это странно, неожиданно и очень не к месту, но... придется и тебе, и мне смириться с этим фактом. Я просто не позволю тебе снова исчезнуть.

В голове когда-нибудь перестанет кружиться? По такой уйме причин?..

— Ну... заря в принципе недолговечна, Фаррел... И собственникам, как ты, постоянно с ней не везет. Она приходит и уходит, знаешь ли, и в сундучок ее не спрячешь.

Фаррел рассмеялся и прижал Ро к себе.

— Я буду просто смотреть. Обещай, что это всегда будет мне доступно. И что не станешь лезть в политику, и что мы не окажемся по разные стороны, и мне не придется отправлять тебя на рудник или плаху.

— Я... ты что-то слишком сентиментален. Это подозрительно....

— Немного доверия, о моя заря. Умойся — вон там удобства — надевай платье и идем. Сегодня мы будем обедать во дворце Чудесного Источника.

Глава 10. О допросах с пристрастием, болтунье на завтрак и подземных лабиринтах

Лабиринты Буканбурга, устроенные древними в начале времен. Девятнадцатое белья года Эн, поздняя весна.

Утро, и вправду, выдалось тихим, пасмурным и холодным. Ночной шторм утих.

Аврора поднималась вслед за Фаррелом по каменным ступеням, выдолбленным прямо в скале, и вид отсюда открывался пугающий и потрясающий.

— Страшно? — спросил Фаррел, не оборачиваясь.

Ро придерживала полу розового платья как можно выше, панически боясь наступить на подол и полететь в пропасть с седой ледяной Костримой.