Ассистентка. Женить ректора
Шрифт:
— Что это и как это есть? — тихо спросила, готовясь к пыткам.
Разочарованный Фердинанд не спешил пытать меня едой.
Сначала объяснил приборы, показывал, как их правильно держать, как класть и даже как разделывать нечто, похожее на пережаренную перепелку.
— Если вы сделаете всё правильно, я прикажу стражам принести несколько порций жареного крамла с ярмарки, — вздохнул мой инструктор.
Ну да. Сколько ни лепи с меня леди, а пюрешка с сосиской всегда будут выигрывать у устриц в каком-то там соусе.
Нормально
Крамл — это огромная ящерица, которая обитает в местной пустыне. Такая себе местная дичь-деликатес. Жареных ящериц я не ела, но, учитывая, что все адепты бегали за этим лакомством на ярмарку — рискну попробовать.
— И батат в глазури, — уточнила заказ, и принц согласно кивнул.
Осознание, что еда близко, придало сил.
Уже через час покои ректора наполнил аромат не изысканных блюд, а обычного жареного мяса и картошки с хрустящей корочкой.
— Ммм… Фердинанд, даю вам слово: если вы будете так кормить адептов за сдачу итоговой практики – успеваемость повысится в разы, — тихо постанывала я, уплетая мясо.
Принц же всё это время мерил комнату шагами, косился на меня, неприлично поглощающую лакомства простолюдинов, и явно давился слюной.
Кто ж ему виноват, что по статусу не положено? Пусть голодает.
Как он только вымахал в такую двухметровую махину мышц с таким питанием?
Очередной кусочек картошки хрустнул, вызывая всплеск вкуса и сладковатого сока, и я снова тихо застонала.
Угрюмый зануда снова замер и жадно проследил за моими губами, а потом всё-таки подошёл к столу.
— Хотите? — я протянула ему кусочек жареного сочного мяса, и ректор медленно наклонился.
Обхватив мою руку своей, он медленно обхватил губами мясо, а потом ещё и облизал мои пальцы. И при этом смотрел в глаза ТАК, что стонать захотелось уже совсем не от вкусового оргазма.
Издевается, гад? Или соблазняет?
— Пожалуй, вы правы, Юлианна. Кажется, у меня действительно… необычный вкус, — почти прошептал он и такой взгляд бросил на мои губы…
Голодный. Хищный. Почти угрожающий.
Внизу всё заныло от воспоминания о том, что именно этот мужчина творил со мной своими поцелуями, и я отвела взгляд.
— Иногда полезно быть ближе к народу, Ваше Высочество. Знать их вкусы, привычки и повадки. Тем более тут учатся не только богатые, — попыталась играть в невозмутимость, всё ещё глядя на свои облизанные пальцы.
В голове, тем временем, звенел вопрос:
Показательно вытереть?
Или продолжить игру и предложить ему еще кусочек батата?..
— Предлагаете прогуляться на ярмарку и отравиться? Вряд ли это сделает меня ближе, — прозвучал снова холодный голос ректора.
Кормить его с рук резко расхотелось.
— В смысле – отравиться? — переспросила я, округлив глаза и посмотрев на еду.
Я съела почти всю картошку, что принесли. Только мяса успела
Фердинанд проследил за моим взглядом.
— Вы хоть раз видели, как готовятся эти заманчиво пахнущие угощения? — переспросил он и оскалился. — Многочисленными специями и излишней прожаркой, торговцы просто маскируют привкус грязи, пота и испорченного мяса, — заявил тоном строгого родителя.
Ну да, ну да. Меня в детстве тоже так пугали: чипсы — зло, газировка — яд, сухарики — отрава.
Ничего. Выросла.
Улыбнувшись, я демонстративно сунула в рот ещё один кусок мяса и подавила желание показать принцу язык.
Он просто зануда и пытается это оправдать. А у меня всегда был крепкий желудок.
Фердинанд склонил голову, взгляд скользнул к моим губам — и снова вернулся к глазам. Ни слова. Только молчаливое предупреждение во взгляде.
Занудное чудище осуждающе наблюдало, как я ем, и, назло ему, аппетит вспыхнул с новой силой…
Глава 17. Коварный принц
К середине ужина я поняла, что желудок Юлианны — это не мой. А Фердинанд в очередной раз решил преподать жестокий урок.
Нет, в начале вечера всё было гладко.
Я восседала на том же месте — рядом с Мишель и напротив принца — и даже идеально отыгрывала свою роль культурной леди.
Приборы держала безупречно, резала аккуратно, жевала тщательно.
Даже Рамон удивлённо посматривал на меня, а потом косился на ректора. Но у нашего жениха лицо было как обычно — скука, тоска, вселенская усталость.
Лишь изредка он дарил улыбки Мишель и одобрительно кивал, глядя на меня, явно радуясь плодам своих трудов.
Я уже почти поверила, что вечер обойдется без сюрпризов. И в очередной раз ошиблась.
Весело стало, когда подали десерт.
Ничего особенного — просто мороженое, которое внезапно вызвало приступ тошноты.
— Леди Юлианна, вы в порядке? Вы побледнели, — шепотом спросила Мишель, сжимая мою руку.
Я была не в порядке.
По телу прокатилась волна жара, а желудок будто пронзили ножом. Я знала, что это. Хоть и редко, но случалось подцепить кишечный вирус, и эти признаки я не спутаю ни с чем.
Чудище оказался прав — я всё-таки отравилась вкусняшками с ярмарки. Однако признавать свою глупость не стала.
— Десерт был лишним. Прошу прощения, мне нужно пройтись. Спасибо за чудесный ужин, — отложила приборы и слишком быстро покинула зал.
Недостаточно быстро — до лестницы дойти не успела.
Первой мыслью было добраться до комнаты Моники. Ведьма лучше любого целителя поймет, что со мной делать.
Не смогла.
Приступ резкой боли заставил коридор покачнуться, и я направилась в роскошную уборную.