Аркхимир
Шрифт:
Упомянутый Нефариусом лесок показался на горизонте когда уже начало темнеть. Так что нам не пришлось ждать и мы, оставив усталых лошадей пастись на лесной опушке, сразу отправились к замку.
Распогодилось. Яркий лунный свет щедро освещал наш путь, позволяя обходиться без факела. По дороге не обошлось без наставительной лекции Мелиора, которая - если вкратце - призывала всех вознести молитвы Светлым Богам, дабы они даровали нам необходимые силы и мудрость. Я никогда особо не почитал "светлых", а потому, уже привыкнув к этой особенности мага, слушал вполуха.
После затянувшейся проповеди - благодаря почтительному вниманию Беневалентии наш маг сегодня особо разошелся - я дал спутникам некоторые инструкции и кое-какие указания, настраивая их на предстоящую битву. К Оригону мы подходили уже молча: сосредоточенные, очистив мысли от всего лишнего и готовые к бою.
В ночной тишине, на фоне окончательно прояснившегося темного, усеянного драгоценным ковром звезд неба, вид замка, который помимо луны освещался еще и светом собственных огней буквально завораживал.
Нефариус ждал нас в условленном месте.
Как и мы, он был закутан в черный дорожный плащ и в этот раз имел при себе оружие: на поясе отступника в роскошных ножнах висел короткий меч. Эфес клинка поигрывал в мерном сиянии ночного светила инкрустированными драгоценными камнями. В правой руке некромант крепко сжимал магический, тускло мерцающий зловещим зеленоватым светом посох. Его венчал самый настоящий человеческий череп, с темени которого, слегка развеваясь на ветру, свисали пучки туго сплетенных волос.
– Вижу, что вы готовы, - тихо проскрипел колдун, и я утвердительно кивнул в ответ.
– Тогда следуйте за мной.
Я опасался, что нам придется карабкаться вверх и, честно говоря, переживал за Мелиора, но отступник, подойдя к скале, приложил к ней свой посох и что-то тихо пробормотал. Череп на миг ярко вспыхнул циановым огнем, после чего довольно большой кусок камня немного дрогнул и с тихим скрежетом ушел вниз. Нефариус, не оборачиваясь, быстро скрылся в образовавшемся проходе.
Я подал знак полной боевой готовности и, последовав за колдуном, оказался в небольшой пещерке. В дальнем ее конце зияла чернота прохода, из которого тянуло сыростью и плесенью. Пока остальные заходили, некромант взял один из висевших на стене факелов и зажег его. Когда же все оказались внутри, Нефариус дернул за спрятавшийся в углу рычаг и потайная дверь снова закрылась.
После этого, знаком показывая следовать за ним, отступник направился в проход. Как оказалось, он вел в узкий извилистый туннель, довольно круто поднимающийся в гору. Воздух здесь был очень влажным и спертым. Потолок, стены и пол поблескивали в свете факела зеленоватым цветом. Последний оказался очень скользким и, если бы какому-то доброму человеку не пришло в голову выщербить его мелкими ступенями, идти было бы совсем невозможно. Эхо разносило и усиливало звук капающей
Мы довольно долго вихляли из стороны в сторону. Несколько раз тоннель разветвлялся, но некромант без колебаний шел вперед, сворачивая то влево, то вправо. В очередной раз повернув, дорога неожиданно закончилась глухим тупиком. Неужели колдун заблудился?!
Однако Нефариус, ничуть не удивившись, слегка стукнул по стене два раза, сделав между ударами небольшую паузу, и через несколько секунд стена, под действием скрытого механизма, с тихим потрескиванием шестеренок ушла в пол.
Мы вошли в большую темную комнату. Здесь было сухо, а в воздухе висел запах старых книг, фолиантов и пыли: так могло пахнуть лишь в библиотеке. Неровный свет факела освещал несколько ближайших высоченных книжных стеллажей.
Свой человек, о котором говорил Нефариус, оказался невысоким горбуном, чье лицо скрывалось в черноте глубокого капюшона. Дождавшись, когда вся наша компания выйдет из туннеля, он задвинул одну из стоящих на соседнем стеллаже книг, и тайная дверь опять поднялась: с этой стороны она выглядела как обычные, уставленные книгами полки. Мелиор заинтересованно подошел к ним и даже взял одну из книг в руки.
– Где Морум, Путредо?
– приглушенный голос Нефариуса нарушил тишину.
– У себя в покояххх, мой госссподин, - прошипел горбун, и из черноты под капюшоном повеяло гниющей плотью.
– Он один?
– Да, я сделал все, как вы мне приказали и подлил яд в вино охранников: они должны умереть с минуты на минуту, если уже не мертвы, - за этими словами последовало мерзкое хихиканье.
– Тогда веди нас - нельзя больше терять времени!
– быстро проговорил Нефариус и мы двинулись за резво засеменившим Путредо.
В замке было тихо.
Даже как-то слишком тихо. Видимо почуяв то, что и я, Мелиор знаком сообщил о своей настороженности. Пройдя несколько длинных коридоров, мы вошли в огромную полутемную залу, которая, когда мы дошли до ее середины, внезапно озарилась ярким светом нескольких сотен факелов.
Все мы, включая Нефариуса, остановились как вкопанные, но горбун как ни в чем не бывало продолжал семенить вперед.
– Путредо, продажная тварь!
– воскликнул Нефариус и, прошипев заклинание, направил в спину удаляющегося предателя посох.
Полыхнув зеленым пламенем, из ощеренного черепа вылетела магическая стрела, что в следующее мгновение насквозь пронзила тело горбуна. Дико вскрикнув, он мешком повалился на пол и замер. Повисла мертвая тишина, которая через секунду точно взорвалась от неожиданно зазвучавшего истерического хохота.
То смеялся Путредо. Медленно и как-то неестественно, его тело начало подниматься с пола. При этом весь его облик, а одновременно и голос, начали кардинально меняться. Через несколько секунд на месте отвратительного горбуна перед нами предстал совсем другой человек, облаченный в рифленые вороненые доспехи. Высокое латное ожерелье закрывало скулы и затылок незащищенной шлемом головы.