Аллигат
Шрифт:
— Стэнли, что случилось? — встревожено спросила она и не узнала своего голоса — глухого и настолько тихого, что усомнилась в том, что произнесла вопрос вслух. Она качнулась назад и упёрлась бедром в столешницу секретера.
Виконт шумно втянул воздух и небрежно отстранил её в сторону.
— Я найду сам, — уверенно сказал он, и Ольга услышала, как в его руке зашуршал сминаемый лист бумаги.
Письма? Он хочет найти какие-то письма? Пусть ищет! В поисках дневника Шэйлы она обыскала спальню вдоль и поперёк. Ничьих посторонних писем, записок, пригласительных или визиток
Потирала ладони, пытаясь унять дрожь рук, и смотрела, что творит Стэнли. Ничего, пусть спустит пар, — успокаивала она себя. Он ничего не найдёт, утихомирится и тогда она расспросит его, что случилось.
А он искал — настойчиво, сосредоточенно, яростно. Стучали дверцы секретера. С шумом вылетали ящички. Их содержимое рассыпалось, шуршало, звенело, летело, скатывалось на пол, смешивалось. Особое внимание было уделено письмам Веноны, клочкам записок с памятными датами и бумагам, мало-мальски похожим на переписку.
Вот он замер. В его руке Ольга заметила голубой прямоугольник визитки. Почему она не сожгла карточку со словами благодарности от Мартина, не знала. Машинально положила её в секретер и благополучно о ней забыла.
Стэнли вскинул голову и глянул на жену, будто выстрелил в упор.
— Это от твоего отца, — опередила она его. — Было приложено к цветам, фруктам и сладостям. В знак благодарности за помощь с докладом. Надеюсь, его почерк тебе знаком.
Как ей удалось произнести это спокойно, она не поняла. Против высокого, сильного и разъярённого мужчины, она казалась себе совершенно беззащитной. Возможно, стоит подойти к камину и на всякий случай присмотреть что-нибудь из каминных принадлежностей? Например, кочергу.
— Будешь упорствовать? — ноздри «мужа» раздулись, и он слегка приподнял подбородок.
— Если ты объяснишь, в чём дело, я готова сотрудничать с тобой, — погасила Ольга в себе последнюю искру страха — он не сможет ударить беззащитную женщину.
Стэнли неверяще ухмыльнулся и демонстративно потряс в воздухе зажатым в кулаке листом. Бросил его на колени Ольге и продолжил поиск.
«Виконтесса» разгладила лист. В письме, написанном ровным и округлым почерком, анонимный доброжелатель предупреждал уважаемого и благородного лорда Хардинга, что его супруга леди Хардинг имеет тайную связь с молодым мужчиной и их неоднократно видели вместе. Его имени он не называет, но уверяет, что подтверждение любовной связи можно найти в виде писем, которые леди свято хранит в укромном месте своего будуара.
Ольга укоризненно глянула на «мужа». Тот тяжело дышал, но лихорадка азарта от поиска доказательств неверности жены заметно спала.
— Дурак, — вырвалось у неё по-русски.
Стэнли нахмурился и молча перешёл к комоду. Кажется, он не понял посыл Ольги. На пол полетело содержимое ящиков.
«Виконтесса» откинулась на спинку софы. Желание закрыть глаза и заткнуть уши стало настолько сильным, что она на миг поддалась ему, смежив веки.
— Жаль, что твой отец уехал. Пусть бы посмотрел, чем ты занимаешься, — с горечью сказала она, наблюдая за вылетающими из шкафа платьями и пикирующими вниз шляпными коробками. — Прекрати, Стэнли. У меня нет любовника. И никогда не было. Сядь, — похлопала она ладонью рядом с собой. — Давай обсудим создавшуюся ситуацию спокойно. Кто-то хочет помешать нашему счастью.
Мужчина стоял посреди комнаты и обшаривал взглядом поверхность мебели.
В два шага он преодолел расстояние от кровати до камина и дёрнул на себя лоток под каминными часами. Они качнулись и сдвинулись с места. Лоток бесшумно выскочил и вывернулся в руках «мужа». «Виконтесса» открыла рот, чтобы предупредить Стэнли быть аккуратнее, но не успела. Яркое пятно чего-то небольшого полетело в её направлении и приземлилось у ног.
Виконт оказался проворнее.
Ольга изумлённо смотрела на его руки. Из книжки-малышки в розовом мраморном переплёте выглядывал сложенный вчетверо лист бумаги.
Мужчина отбросил книгу и развернул его, вчитываясь.
Она видела, как меняется его лицо по мере чтения. Как оно покрылось мертвенной бледностью. Как дрогнула рука.
— Шэйла, — тихо произнёс Стэнли и сузил глаза. В них не было ни былой злости, ни ярости. Только боль и непонимание только что произошедшего, — ты посмела…
«Виконтесса» вздрогнула от захлопнувшейся за ним двери. Пустым взглядом скользила по разбросанным вещам и предметам. Невыносимая тоска сжала сердце; спазм перекрыл дыхание. Она, сложив руки на животе, согнулась. Глаза упёрлись в раскрытую книгу под ногами.
Ольга различила строки стихотворения лорда Байрона на французском языке. Вот он — роковой шестой том. Вот она — та самая страница.
— …Пусть старость мне кровь беспощадно остудит,
Ты, память былого, мне сердце чаруй!
И лучшим сокровищем памяти будет —
Он — первый стыдливый любви поцелуй! — прочитала она шёпотом и вскочила с места.
Ольга догнала виконта на первом этаже и увязалась за ним.
— Стэнли, подожди, — просила она, едва поспевая за размашистым шагом рослого мужчины. — Постой. Давай поговорим. Что ты нашёл? Покажи мне.
Рванув на себя дверь в библиотеку, он развернулся к жене:
— Шэйла, уйди!
С силой захлопнувшаяся перед «виконтессой» дверь едва её не ударила.
— Стэнли… — беспомощно прошептала Ольга, гипнотизируя дверное полотно.
Возможно, закрытая перед носом дверь и грозный повелительный голос «мужа» могли остановить Шэйлу, но не Ольгу. Раздумывать было некогда. Она выдохнула и вошла в библиотеку.
Виконт сидел за своим столом и перечитывал послание.
Женщина решительно подошла к столу.
— Я сказал — уйди.
Глаза «мужа», которые она помнила буквально вчера горящими голодным желанием и нежностью, сейчас походили на куски острого льда, кромсающие в кровь её душу.