Алиби-клуб
Шрифт:
Джеймс достал из кармана пальто одну из своих визиток и ручку и подал ей. Светлана положила карточку на капот машины и, что-то нацарапав поперек нее, протянула обратно.
Лэндри, прищурившись, прочитал записку.
– Этому адресу лучше быть настоящим.
– Клянусь. Это большой секрет. Вряд ли кто-нибудь знает. Даже копы или федералы.
– Это его телефонный номер?
– Нет, – ответила Светлана, глядя не него и придвигаясь ближе. – Мой. Позвони мне, и я покажу, как надо веселиться.
Лэндри
Глава 16
– Что ты делаешь в моем доме? – спросила я, размышляя, как добраться до чего-нибудь, что можно использовать в качестве оружия. Неплохо бы приложить Кулака по голове каменной мыльницей, но он заметит, если я к ней потянусь.
– Ты знаешь Ирину, – сказал он.
– И что с того?
Он выглядел то ли психически ненормальным, то ли больным. Хотя я не могла знать, убил ли он Ирину.
– Ты ей нравилась, – заметил он.
Я ничего не ответила. На секунду он отвел от меня блуждающий взгляд, и я осторожно переместилась на пару сантиметров вправо.
– А ты знал Ирину? – спросила я.
Он снова посмотрел на меня.
– Я ее любил.
Тем не менее, шансы, что он задушил ее, пятьдесят на пятьдесят. Может, чуть выше.
Ничто так не заставляло людей пересекать грань и совершать насилие, как любовь. Он ее любил, она его нет. Он ее любил, она ему изменяла. Он был от нее без ума и не хотел отпускать. Десятки сценариев.
– В России ты ее тоже знал? – спросила я, перенося вес с одной ноги на другую и продвигаясь вперед на четверть шага.
– Они с моей младшей сестрой Сашей были лучшими подругами.
Имя прозвенело колокольчиком. Саша Кулак. Подруга Ирины, покончившая жизнь самоубийством из-за Томаса Ван Зандта. Дилера, на которого Ирина напала на ферме.
Кулак. Алексей Кулак. Русские…
– Ирина очень тепло о ней отзывалась, – заметила я, скользнув пальцами в ящик туалетного столика за своей спиной. Алексей Кулак, казалось, ничего не заметил.
– Обо мне она говорила? – спросил он. Полы его пиджака разошлись, и я увидела рукоятку пистолета.
– Ирина была очень закрытым человеком. Она мало рассказывала о своей личной жизни.
Его глаза наполнились слезами, и весь его вид говорил, как сильно он страдает.
– В жизни, которую она вела, я был призраком. Ирина меня к себе не подпускала.
С точки зрения мотива это звучало не очень хорошо. Мои пальцы наткнулись на что-то в ящике, и я сжала ладонь – маникюрные ножницы.
Кулак повернулся к дверному проему и прислонился к раме,
– Чего ты хочешь от меня?
Он утер слезы широкой ладонью, на тыльной стороне которой виднелись татуировки. Тюремные?
Когда я работала в отделе по борьбе с наркотиками, русские отхватили солидный кусок от торговли героином в Южной Флориде. Поговаривали, они снюхались с колумбийцами, чтобы выйти на рынок сбыта кокаина. С метамфитамином они не связывались, так как тот был и оставался оплотом белой швали.
Алексей Кулак. Русская мафия? Не это ли было второй работой Ирины, позволявшей ей вращаться среди богатых и знаменитых?
– Она мертва, – проговорил он. – Убита.
Кулак поборол свои эмоции и спрятал их где-то глубоко в себе. Я наблюдала, как он меняется, становится спокойным и сосредоточенным.
– Да, – ответила я.
– Она рассказала мне, как ты помогла той маленькой девочке. – Год назад двенадцатилетняя Молли Сибрайт, ошибочно считая меня частным сыщиком, обратилась ко мне за помощью в поисках своей пропавшей сестры.
– Ты знаешь людей, с которыми она путалась, – заявил он. – Этих сукиных детей, американских плейбоев.
– Нет, – солгала я. – Не знаю.
Русский пронзил меня взглядом, заставив почувствовать себя приколотым к планшетке насекомым. Исходящая от него энергия теперь была целенаправленной и интенсивной.
– Ты знаешь их.
Я промолчала.
– Я хочу знать, кто из них убил Ирину.
– Я не частный сыщик, мистер Кулак.
Он шагнул в ванную комнату, внезапно разозлившись и желая запугать меня.
– Мне плевать, как ты, мать твою, себя называешь. Я хочу знать, кто убил Ирину.
– Это дело полиции, – ответила я. Мне некуда было отступать, позади меня стоял туалетный столик. Кулак протянул руку и сжал мою нижнюю челюсть. Я украдкой вытащила ножницы, пырнула его в живот и почувствовала, как задела ребро. Он взвыл от боли и отшатнулся, изумленно глядя на меня, его рубашка пропитывалась кровью. Сжав кулаки, я замахнулась и нанесла ему мощный удар в скулу и висок. Он попятился, споткнулся и упал.
Я хотела перепрыгнуть через него, но он схватил меня за лодыжку, и я упала, сильно прикусив нижнюю губу. Вкус крови наполнил рот. Желая высвободиться, я пнула Кулака. Наши руки и ноги сплелись, я пыталась протолкнуться вперед, подобрав под себя ноги и встав на колени.
Когда я снова попыталась вырваться, Кулак схватил меня сзади за шею и отшвырнул к стене, припечатав сверху своим телом.
– Сука! Ты пырнула меня!
– Ага, и, надеюсь, ты от этого сдохнешь.
Он захихикал, потом засмеялся сильнее и, наконец, расхохотался в полную силу.