1356
Шрифт:
Он уверял себя, что тогда не запаниковал, сохранил спокойствие и спас человека, но все же это оставалось поражением, и ни один из его навыков не смог обратить вспять тот позор. Он боялся войны.
На следующее утро на заре они отправились на север. Роланд теперь чувствовал себя в большей безопасности, в сопровождении почти двадцати вооруженных людей в доспехах, а Женевьева молчала.
Она по-прежнему смотрела на восток в надежде, что оттуда появятся лучники на лошадях, но в лучах низкого солнца на холмах не было заметно никакого движения.
Теперь впереди ехал Филипп, используя проселочные дороги вдали от основного тракта. Они миновали еще одну деревню, разрушенную чумой. В заброшенных огородах росли подсолнечники. В полях и на виноградниках должны были работать люди, но они спрятались, как только видели мужчин в кольчугах.
— Долго еще? — спросил Роланд, когда они поили лошадей у брода рядом с высохшим полем.
— Недалеко, — ответил Филипп. Он снял шлем и вытирал лицо лоскутом ткани. — Может, пара часов езды.
Роланд жестом приказал оруженосцу увести своего коня.
— Не позволяй ему пить слишком много, — велел он, а потом снова взглянул на Филиппа. — А как только вы доберетесь до Лабруйяда, то отправитесь на север?
— Через день или два.
— И будете преследовать англичан?
Филипп пожал плечами.
— Полагаю, что да, — сказал он. — Если король до нас доедет, мы присоединимся к нему, а если нет, то станем нападать на их фуражиров, отрезать отставших и всячески их беспокоить, — он приподнял кольчугу, чтобы помочиться у дерева. — И если повезет, захватим каких-нибудь богатых пленников.
И в тот момент прилетела первая стрела.
Томас привел своих людей и усталых лошадей в маленький городок. Он понятия не имел, как тот назывался, только что его нельзя было с легкостью обойти, так что им пришлось проскакать по узким улочкам в надежде, что никто их не задержит.
Он предусмотрительно связал пленнику руки и заткнул ему рот кляпом из тряпок.
— Нам нужно купить еды, — предложил Карил.
— Только сделай это по-быстрому, — сказал Томас.
Всадники выехали на небольшую площадь в центре города, хотя называть это место городом было слишком лестно, потому что там не было ни стен, ни крепости.
Рыночные прилавки выстроились в ряд на западной стороне площади, а таверна находилась у подножия пологого холма к северу, и Томас дал Карилу несколько монет.
— Вяленая рыба, хлеб, сыр, — предложил он.
— Продавцов нет, — буркнул Карил.
Продавцы и покупатели столпились у церкви. Они с любопытством глазели на всадников, но никто не спросил, что привело их в город, хотя парочка, увидев, что всадники интересуются провизией, продающейся на прилавках, поспешила помочь.
Томас провел свою лошадь по мостовой в самую гущу толпы и увидел широкоплечего человека, читающего вслух с верхней ступени церковной лестницы.
Правая рука у него отсутствовала, вместо нее торчала деревянная
Он опустил пергамент, увидев, что Томас подошел ближе.
— Ты кто такой? — спросил он.
— Мы служим графу Берата, — солгал Томас.
— Вам следует вернуться обратно, — заявил человек.
— Почему?
Мужчина помахал пергаментом.
— Это королевский призыв вассалов к оружию, — объявил он. — Берат и все остальные лорды вызваны королем на войну. Англичане выступили.
Толпа приглушенно зашумела, а некоторые даже с тревогой посмотрели на север, как будто ожидая увидеть появление старого врага с холмов.
— Они пройдут здесь? — спросил Томас.
— Благодарение Господу, нет. Эти проклятые ублюдки далеко на севере, но кто знает? Дьявол когда угодно может привести их на юг.
Лошадь Томаса стукнула копытом по булыжнику мостовой. Томас наклонился и похлопал ее по шее.
— А король? — спросил он.
— Господь принесет ему победу, — благочестиво промолвил бородатый, что означало, что у него нет никаких сведений о передвижении короля Франции, — но до той поры, когда Господь это сделает, мой господин призывает всех воинов собраться в Бурже.
— Твой господин?
— Герцог Берри, — гордо заявил тот. Это объясняло королевские лилии на его жиппоне, потому что герцог Берри был сыном короля Иоанна и владельцем множества герцогств, графств и феодов.
— Герцог планирует и сам с ними драться? — поинтересовался Томас.
Посланник пожал плечами.
— Так приказал король. Все силы с юга Франции должны собраться в Бурже.
— Где находится Бурж?
— На севере, — сообщил посланник, — но, честно говоря, точно не знаю, кроме того, что нужно добраться до Невера, а оттуда ведет хорошая дорога.
— Где бы ни находился чертов Невер, — буркнул Томас. — Твой господин вызвал и Лабруйяда? — спросил он.
— Конечно. Этим приказом вызывается каждый лорд и каждый вассал. С Божьей помощью мы заманим ублюдков в ловушку и разгромим их.
— А эти добрые горожане? — Томас махнул рукой в сторону толпы, насчитывающей, возможно, шестьдесят или семьдесят человек, среди которых не было латников, насколько он мог понять.
— Ему нужны наши налоги! — прокричал человек в забрызганном кровью фартуке мясника.
— Налоги придется заплатить, — твердо произнес посланник. — Если нужно побить англичан, то придется заплатить армии.
— Налоги уже уплачены! — прокричал мясник, и остальные выражали свое одобрение.
Посланник, опасаясь гнева толпы, показал на юного Питу:
— Заключенный? — спросил он Томаса. — Что он натворил?
— Воровал у графа, — солгал Томас.
— Хочешь повесить его здесь? — спросил посланник с надеждой, очевидно, желая отвлечь толпу от враждебных намерений.