Зверь
Шрифт:
***
Я ввалилась в свою квартиру около десяти часов вечера. Поставила напичканную родительской едой сумку на пол и плюхнулась на пуфик.
Темнота и тишина удручали. Зажгла свет на кухне, разобрала сумку, только потом скинула куртку и поплелась в комнату, чтобы переодеться.
Прежде чем я успела нащупать выключатель, в нос ударил запах тлеющей сигареты. Что-то черное шевельнулось во мраке, а потом двинулось на меня. Я инстинктивно рванула к двери и тут же закричала, схваченная кем-то за руку. Кто-то толкнул меня к стене и прижал к ней спиной, буквально придавив своим весом. А затем в лицо пахнуло
— Ну разве можно исчезать без предупреждения?
— Фил… — почти выплюнула я, все еще не имея сил унять колотящееся сердце.
Кажется, даже обрадовалась этому голосу. Но потом сообразила, что ключей-то у Вадима нет.
— Как ты вошел?
— Я и не такое умею, — пробормотал он, и по моей спине побежали мурашки. Слишком многозначительно прозвучало.
— Включи свет.
— Не стоит. Так даже лучше, — отчеканил Филатов, и от того, как он впился в мои губы, я ударилась затылком о стену.
Ловкие пальцы Вадима проворно расстегивали пуговицы моей рубашки. А я пока не знала, что делать и как реагировать. Но когда он отодвинулся и в полумраке — лишь из прихожей лился приглушенный свет — сверкнули его чернющие глаза, меня передернуло от сумасшедшего желания получить этого молодого мужчину, о котором я ни черта не знаю.
И не должна знать. Наверняка.
Футболка Вадима улетела на пол, вслед за ней — моя рубашка. В тишине, разбавленной лишь нашим сбивчивым дыханием, звякнула пуговица джинсов Фила, и он вдруг замер, глядя на меня.
Я тоже застыла, таращась на него в ответ.
— Ты готова? — спросил Филатов, изумляя своей решительностью, что прозвучала в его низком голосе.
Он дает мне шанс избежать близости. Нет.
— Да. Готова.
Вадим приблизился и медленно расстегнул ширинку моих штанов. Помог их снять. Затем стянул и белье. По моему телу пробежал холодок. Приятный холодок.
Кончиками пальцев Филатов скользнул вниз по моим предплечьям, сжал запястья и подвел к кровати. Подтолкнул к ней и уложил на спину. Сам выпрямился, полностью разделся и хотя было довольно темно, я смогла рассмотреть пятна его татуировок. Рисунков не разобрала, но до этого не было дела.
Когда его руки развели мои ноги в стороны, а сам Вадим медленно встал на колени между ними, меня обдало горячей волной неконтролируемой похоти. Я поверить не могла, что вот-вот он меня коснется, что он сейчас будет делать со мной все, что ему захочется.
Тяжелое дыхание Вадима действовало на меня дурманяще. Пока я мяла пальцами простыни, Фил зашуршал упаковкой презерватива. Разорвал ее зубами, поглядывая на меня. Я видела, я чувствовала — он смотрит.
Судорожно сглотнула, когда Вадим подвинулся ко мне и навис сверху. Он осторожно коснулся меня пальцами, проверяя, готова ли я принять его. И да, я была готова, без сомнений.
Резкий толчок и меня буквально выгнуло. Фил подхватил мое напряженное тело и, прижав к себе, вошел еще глубже, по самое основание. Дал привыкнуть к себе, припал к губам, оттягивая нижнюю зубами, и начал двигаться. До умопомрачения медленно и дразняще, словно издевался или хотел отыграться за все обиды. Так и было. Он злился на меня.
Это чувствовалось по его напору и палящей ярости, которую он вкладывал в свои действия. Запрокидывал мою голову, оттягивая ее за волосы и целовал в
Он стоял на коленях и яростно насаживал меня на себя, наплевав на самоконтроль. Признаться, на это наплевала и я, потому что мне хотелось дойти до конца. Хотелось добиться разрядки…
В голове настолько все помутилось, что Фил вполне мог сейчас крутить меня, как ему вздумается. Что он, в принципе, и делал.
Резко оттолкнул назад, так, что я упала на спину и, высоко приподняв мои бедра, задвигался еще мощнее, входя глубже. Я не смогла сдерживать стонов, а это лишь подстегивало Филатова. И когда внутри меня начало собираться то самое напряжение, что должно взорваться и разлить по венам истинное удовольствие, Вадим навалился сверху, зажав мои запястья в одной руке, а второй подхватил левую ногу, согнутую в колене, и сделал несколько отвратительно медленных поступательных движений.
Я едва не зарыдала от досады, но Фил хмыкнул, качнул головой. Уставившись мне в глаза и дыша в губы, внезапно приподнялся и, скользнув пальцами вниз по моему животу, коснулся клитора. Я широко распахнула глаза и стиснула зубы, чтобы не проорать его гребанное имя в голос. Вадим довольно ощутимо нажал на самое чувствительное место и тут же ускорился, наверняка ощутив вибрации внутри меня. Я, жадно глотая воздух, попыталась отползти назад, но Фил схватил меня свободной рукой под колено и вернул на место. Яростно колотясь в мое тело, он терпеливо сдерживался, пока я, извиваясь и постанывая, испытывала свой ужасающе острый оргазм. И лишь после того, как я окончательно обмякла, Вадим оперся на руки и, входя в меня резко и грубо, кончил сам. Он еще несколько секунд подрагивал, и я ощущала эту дрожь всем своим телом.
Ошеломленные темной, злобной похотью, что свела нас сегодня вместе, мы растянулись на кровати и молча уставились в потолок. Да, пожалуй, это лучше, чем объясняться. Да и вообще, зачем говорить, когда можно просто дышать в темноте…
Комментарий к Глава пятая
И снова “пасхалки” в диалогах))) это я для себя их леплю сюда)
========== Глава шестая ==========
«На экране окна сказка с несчастливым концом…»: монотонно и очень успокаивающе вещал узнаваемый тембр Цоя.
Внушительный музыкальный центр — старый, но все еще исправный, — который стоял на подоконнике кухни, выдавал хороший звук, чистый и басистый.
Это была квартира Каспера. Да, я познакомилась с ним. Жутко странно, однако ожидала увидеть толстого, воняющего пивом, татуированного байкера, а на деле оказалось совсем не то. Каспер, он же Максим, выглядел потрясающе, даже слишком для того, кто скрывает в своей квартире наркоманов. Хотя чего уж там, по мне тоже никто не скажет, что я тягаюсь по улицам с «укурком».
Да, на стройном и очень подтянутом теле Каспера было немало татух, а в ушах поблескивали серьги-гвоздики. Из-за высокого роста он немного сутулился. Длинные темно-русые волосы Каспера были собраны в хвост. В глазах, серых и мутноватых, читалась насмешка, как будто он в собственной голове рассказывал себе анекдоты. Вот именно такую ассоциацию и вызвал во мне взгляд Каспера, когда он встретил меня у подъезда своего дома. Поеживаясь и скрестив руки на груди, тем самым пытаясь защитить себя от промозглого осеннего ветра, Макс кивнул и повел меня в свою квартиру.