Зовущий из тени
Шрифт:
Но ведь сейчас день. И вот Лигайр Завоеватель - он же не струсил бы, даже когда маленьким был. Он против волчьей стаи с одним ножом выходил и коней диких укрощал. Нет, он бы ни за что не испугался.
И Навагарн не бросил бы Ласваха.
И до заката еще часа два. Орри успеет быстро сбегать на Нижний луг и вернуться в город. А кое-кто получит в лоб, потому что нечего болтаться неизвестно где в одиночку.
На лугу никого не было - ни Роуна, ни буттака. И ни следов, ни фонаря. Как будто Орри все приснилось. Только вот идти по высокой пожелтевшей траве,
– М-мя-ау!
Показалось. Здесь нет кошки. Все кошки в городе. А если дикие, хищные... то они не орут так тонко, так пронзительно, так...
– Мя-а...
Кошачий вопль перешел в визг, нестерпимо высокий, даже уши заложило. Или это сама Орри так...
Она опомнилась уже на бегу, когда во весь дух мчалась к городу. Споткнулась, упала на пропитанную влагой землю, захлебнулась воздухом: на миг почудилось, что чьи-то цепкие пальцы обхватили лодыжку. Вскочила, рванулась дальше - по тошнотворно хлюпающей грязи, по опутывающей ноги траве... потом по дороге... по улице...
Лай собак. Лай! И закатное солнце. И люди, удивленно смотрящие на чумазую запыхавшуюся девчонку.
– Что случи...
– Ничего, все в порядке. Я просто... Просто поскользнулась.
Идти домой почему-то не хотелось, и Орри свернула было к храму, но остановилась. Что она скажет жрицам? Что они с Роуном тайком от родителей отправились среди ночи вызывать буттака при помощи кое-как переведенного с древнего языка заклинания? Глупо же!
Этот дуралей Роун засел небось где-нибудь на чердаке или в сарае и лепит свои глиняные фигурки. А ты ищи его...
Орри поморщилась. Поискать бы, конечно, стоило, но при одной мысли обойти все их тайные убежища ее почему-то затрясло.
Вот если Роун завтра не вернется, тогда можно будет пойти в храм. К Лирсли. Или даже к самой тавхоэни Эрисее. Они-то наверняка знают, что делать в таких случаях.
А если он и впрямь не вернется?
Орри растерянно потопталась на месте.
Если бы правда случилось что-то плохое, взрослые уже подняли бы тревогу. Может, Роун давно дома. Но лучше это проверить завтра.
На город медленно наползал тусклый осенний вечер. Орри нахохлилась и поплелась домой, но постепенно ускорила шаг, с трудом удерживаясь, чтобы не перейти на бег. Ей нестерпимо хотелось как можно скорее оказаться под крышей. У огня. И среди людей.
* * *
Она проснулась от яркого света, заливающего комнату, обжигающего глаза даже сквозь сомкнутые веки. Утро... Нет, уже день. Давно.
Орри вскочила, не понимая, почему ее до сих пор никто не разбудил. И замерла, ошеломленная. Комната была не ее. То есть, не то, чтобы совсем не ее. Кровать, сундук в углу, стулья выглядели вполне привычно. Но занавески на окне - не голубые, как раньше, а цвета болотной грязи и все в каких-то разводах. И на полу посреди комнаты - фонарь. Тот самый, потерянный на Нижнем лугу. А еще откуда-то взялось кресло. Массивное,
Девочка тихонько взяла одежду и скользнула к двери. Но той не оказалось на месте. Глухая стена. Орри завертела головой, но выход исчез. Даже окно стало узким, словно бойница в крепости, и продолжало уменьшаться. Только свет оставался таким же слепящим. Казалось, он проходил сквозь стены.
– Привет!
Орри вздрогнула и обернулась. Кресло внезапно оказалось совсем рядом и развернутым к ней. И в нем сидел Роун.
– Знаешь, что случилось с Ласвахом, Орри?
– Т-ты откуда здесь?
– Я тут живу, - беззаботно улыбнулся приятель.
– Но это же не твой...
– начала было девочка, но передумала спорить.
– Я искала тебя, - буркнула она, сделав на всякий случай пару шагов назад.
– И отец твой искал. Где ты был?
– Здесь, - Роун встал, деловито пошарил в кресле, нащупал венок из цветов ирсинии и нахлобучил на голову.
– Сними, дурак!
– возмутилась Орри.
– Это же свадебный убор для невесты. Тебе три года теперь удачи не будет!
– Он для тебя, - мальчик снял венок и с улыбкой протянул ей. Нежно-розовые лепестки дождем посыпались на пол, засыхая и чернея в полете.
– Я возвращаюсь домой.
– Давно пора, - фыркнула Орри, как бы невзначай отходя в сторону.
Так, словно дверь все-таки была у нее за спиной.
– Надень, - попросил Роун.
– Ты остаешься. Мы поменяемся.
– Чем поменяемся?
– нахмурилась девочка.
– Я иду домой вместо тебя, - терпеливо объяснил приятель.
– Ты остаешься. Надень венок.
– Еще чего!
Тень Роуна внезапно удлинилась, заскользила по деревянному полу, по скукожившимся сухим лепесткам к ногам Орри.
Девочка взвизгнула - и проснулась.
За окном было темно.
Она села на кровати, с колотящимся сердцем вглядываясь в сумрак. Нашарила на столе огниво, с четвертого раза сумела зажечь свечу.
Ничего подозрительного. Ни фонаря, ни кресла. Дверь на месте, занавески привычные. Уф-ф, и приснится же такая пакость!
– Орри!
Голос донесся с улицы. Девочка узнала его и вздрогнула, вспомнив недавний кошмар. Но это же был просто сон!
Она поколебалась немного, но все же выглянула в окно.
– Чего тебе?
– она демонстративно зевнула, изо всех сил стараясь унять дрожь.
– То болтаешься целый день неизвестно где, то среди ночи будишь.
– Вылезай давай, - поторопил ее Роун.
Он стоял под уличным фонарем и выглядел вполне обычно. Над его головой желтоватым облачком кружились ночные бабочки.
– Зачем это?
– Идем, чего покажу!
– Утром покажешь.
– Не, утром поздно будет.
– Ну, и стирх с ним! Я спать хочу.
Но оказалось, что она уже сидит на подоконнике, свесив ноги наружу. Не собиралась же, когда успе...
Прыжок. Мокрая трава под ногами. Почему? Дождя ведь не было.
– Бежим!