Зодчий. Книга VIII
Шрифт:
Я внимательно следил за действиями Андрея, но молчал. Драконов выдохнул, снова утёр пот и погрузился в настройки. Жерла турелей зашевелились, меняя сектора и зажимая между друг другом идущих в атаку монстров. Сражение закипело у укреплений с охотниками. Магические удары поражали одного осквернённого за другим, но на место каждого изменённого вставал новый.
Вот только среди тех, кто пришёл так быстро, теперь попадались и третьи ранги. Один из таких прорвался сквозь укрепления, убив нескольких вольных. Клинок с порченым золотом снёс рогатую голову твари, и в тот же самый миг заработали
Огонь заревел, стирая из реальности попавших в сектор обстрела чудовищ. Свет исчез почти во всем Орхово и Комаровке. Натиск на укрепления тут же иссяк — единый организм монстров обратился к новой напасти, отчего сразу же получил удар в тыл.
Я одобрительно покивал. Андрей делал то, что я от него и просил. Робертсон отвечал за участок в районе Влодавы, если вдруг с юга или севера будет прорыв. Если всё пойдёт так, как сейчас, то Драконов спокойно справится.
Наблюдать за сражением, не имея возможности повлиять на него — было непросто. Но я верил в Андрея и Конструкт Томашовки. Да и никто кроме меня не сумеет справиться с Конструктом Богдан. Тем более что этот участок опасно нависал над моими землями, и оставлять его без внимания было бы неразумно.
Над лесами, перекрывая грохот канонады, раздался дикий, нечеловеческий крик, и атака монстров замедлилась. Головы обращённых поворачивались назад, на запад. Натиск прекратился, а затем чудовища, толкаясь, бросились наутёк. Все, как один. Падая под ударами, погибая от взрывов и магии.
— Они бегут! — воскликнула Делина. — Бегут!
Генерал Мичурин победоносно улыбнулся, выпрямился. Бой утихал по всей протяжённости границы.
— Сомневаюсь, Карина. Думаю, что это перегруппировка, — сказал Уваров.
Он мне нравился всё больше.
Глава 23
Поток информации от Черномора поступал в специальный добавленный мной интерфейс Конструктора Богдан, и несмотря на то, что в общую сеть земли Игнатьева включены не были — данные ко мне всё равно приходили исправно, да и каждый мой запрос моментально отправлялся туда, куда нужно, без каких-либо задержек. Сейчас на этих территориях я был мастером-кукловодом, держащим за невидимые ниточки.
Вот только не все из них мне подчинялись. И если Вепрь без моего вмешательства запретил преследовать отступающих монстров, то генерал Мичурин поступил ровно так, как я боялся.
— Магнус, выводи своих за ними и выбивай максимальные ранги! — проорал он. Командир Охотников, одноглазый одарённый в украшенном крыльями шлеме с открытым забралом, кивнул и махнул рукой, указывая подчинённым направление. В лесу ещё полыхал огонь от пожара и разрывались гаубичные снаряды, а Имперские ловчие уже выстраивались, готовые к атаке. Клинки охотников тускло светились гравировками.
— Не геройствуем, работаем осторожно. Мелочь не пропускаем, но двигаемся за жирными. Шило, ремень!
— Есть ремень, — глухо ответил Магнусу один из охотников.
— Есть ремень. Пить сапоги, — хмыкнул его сосед, получив свою порцию смешков от товарищей. — Что по трофеям, Магнус? Мы пустыми не уйдём отсюда.
— Рот закрой, Козодой, — осадил
— Заткните чёртовы пушки, ваше благородие!
— Батарея отбой, я сказал, — проорал Мичурин. — Всем подразделениям сгруппироваться по границе. Дистанция с «красными» сто метров! Мы должны на плечах бегущих зверей пройти как можно дальше!
Так не пойдёт.
— Дай мою проекцию у штаба, — попросил я Черномора, вывел себе на экран происходящее в Злобеке и обнаружил свою призрачную фигуру, подрагивающую во тьме. По пояс утопленную в земле. С блоком координат надо повозиться, сбоит.
— Выше!
Искин торопливо поднял проекцию, и моё лицо оказалось на уровне головы Мичурина.
— Господин генерал, это ловушка, — сказал я. Собирающийся присоединиться к своим бойцам офицер обернулся к моему изображению. Суровый взгляд генерала без слов дал понять его отношение к подобным речам. Однако он даже подошёл к моему изображению.
— Господин Зодчий, я не учу вас строить. Вы не учите меня воевать. Паритет-с, — холодно сообщил он.
Канонада стихла, но в измочаленный взрывами лес солдаты пока не вступали. Мимо постоянно таскали раненых. Проковылял придерживаемый товарищами охотник. Магнус свистнул, и его бойцы вошли в утихший лес. У некоторых трупов Имперские ловчие останавливались, торопливо отсекая части осквернённых тел и прихватывая с собой кристаллы.
— Уходя за пределы покрытых Конструктом территорий, мы теряем всё преимущество, господин генерал, — продолжил я. — В Изнанке же мы имеем все риски столкнуться с бессмертными стражами. Отведите людей, отзовите охотников, дайте нам возможность поменять жизни монстров на ресурсы, а не на человеческие души.
— И всё-таки вы меня учите… — с насмешкой покачал головой офицер. — Тогда позвольте просветить вас в ответ, господин Зодчий. Зоны действия бессмертных стражей строго определяются буферной зоной безопасности. Все известные столкновения с ними находились на расстоянии свыше километра от границы с Изнанкой. Мои люди имеют чёткий приказ не уходить дальше необходимых пределов. И кроме того…
— Зона действия бессмертных стражей никак не связана с границей, — прервал его я. — Отзовите людей, прошу вас. Это не бездумная Скверна. У неё есть разум!
— … И кроме того, — повторил Мичурин, делая вид, словно не услышал меня. — Мы вооружены лучшими современными разработками военной машины Империи! Вы же не будете отрицать, что в мире появились средства поражения, способные справиться даже с Бессмертными Стражами?
Да, мечи с порченым золотом на гравировках у его бойцов были. И все имперские охотники тоже экипированы отлично. Но…
— Вы недооцениваете Скверну, — тихо сказал я.
Мичурин брезгливо поморщился, отмахнулся, нахлобучил шлем и зашагал в сторону, где бурлила магия и слышался визг погибающих монстров. Один из адъютантов подбежал к командиру, сдёрнул со своего плеча двуручный меч и передал генералу. Тот выдернул оружие из ножен, как пушинку, и явно рисуясь, положил клинок на наплечник. Без гравировки, но с фиолетовым кристаллом. Оружие, несомненно, могучее. Но… Я тяжело вздохнул и оказался на пути желающего славы мужчины.