Знахарь VII
Шрифт:
Вторая капля. Свечение не погасло, а осталось, тусклое, ровное, идущее из глубины раствора, как свет из-под толщи воды. Цвет варева менялся — из мутного жёлто-коричневого через тёмный янтарь к рубиновому.
Третья капля. Поверхность раствора застыла на мгновение, как стекло, и по ней пробежала серебристая рябь, исходящая из центра, где упала капля. Потом всё успокоилось. Жидкость стала прозрачной, глубокого рубинового цвета с серебристыми проблесками, которые медленно кружились в толще, как снежинки в стеклянном
Я процедил настой через угольную колонну. Жидкость лилась медленно, тягучая, с тем характерным блеском, который отличает высший класс от среднего.
НАСТОЙ КОРНЕВОЙ КРОВИ (ранг C-): ГОТОВ.
Качество: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ.
Эффективность: 91%.
Токсичность: 0.3%.
Прогноз: при приёме субъектом 2-го Круга:
— Активация спящих каналов позвоночного контура: 60–80% в течение 72 часов.
— Вероятность прорыва к 3-му Кругу: 45%.
Побочные эффекты: жар, ломота в костях, кратковременная потеря сознания (15–40 мин).
ПРИМЕЧАНИЕ: Данный рецепт невоспроизводим за пределами зоны Симбиотической Варки. В стандартных условиях итоговый ранг не превысит D+.
Я перелил настой в чистую склянку. Рубиновая жидкость с серебристыми искрами казалась живой, она слегка покачивалась внутри стекла, хотя моя рука была неподвижна.
— Горт. Полные данные по варке. Время каждого этапа, температуры, момент каждой коррекции побегом. Это будет отдельный черепок, подробный. Если что-то случится со мной, ты должен уметь повторить.
Горт кивнул. Его рука дрожала от быстрого письма, и мелкие крошки угля осыпались на колени.
Лис молчал. Его глаза следили за склянкой в моих руках, и в зрачках мальчика отражались рубиновые проблески.
— Это для Варгана? — спросил он.
— Да.
— Оно сделает его сильнее?
— Оно откроет ему дверь. Войти он должен сам.
Лис посмотрел на свою ногу, на проступившую жилку на голени.
— Я чувствовал, как побег помогал, когда вы варили — снизу шло тепло, и оно попадало ровно в котёл. Как будто он знает, что вы делаете.
Я промолчал, потому что мальчик прав.
…
Варган пришёл после заката.
Он стоял в дверях мастерской, заполняя собой проём, и свет от кристалла на подоконнике ложился на его лицо, подчёркивая тяжёлые скулы и шрам на брови, который он получил пятнадцать лет назад от Клыкастой Тени. Копьё он оставил у входа, прислонив к косяку. Вошёл без оружия.
— Садись, — сказал я.
Он сел на знакомую скамью у стены. Положил руки на колени, широкие ладони вниз.
Я поставил перед ним чашку. Рубиновая жидкость в глиняной посуде светилась изнутри, серебристые проблески медленно вращались в толще, и их отражения скользили по стенам мастерской, как блики от воды.
— Толчок к третьему Кругу, — сказал я. — Шанс на прорыв около сорока пяти процентов. Лучшее, что
Варган смотрел на чашку. Рубиновый свет ложился на его лицо, придавая коже медный оттенок.
— Сорок пять, — повторил он. — Значит, может и не сработать.
— Может, но каналы всё равно раскроются — не на третий Круг, так на промежуточную стадию. Ты станешь сильнее в любом случае.
Он поднял на меня глаза — в них не было сомнения.
— Опасно?
— Для тебя нет. Твои каналы открыты Эликсиром Пробуждения, они выдержат. Для кого-то без этой подготовки смертельно. Концентрация субстанции слишком высока.
Варган кивнул. Взял чашку обеими руками, поднёс к губам, и его ноздри дрогнули от запаха.
Он выпил одним глотком. Поставил пустую чашку на скамью, откинулся назад и закрыл глаза. Его дыхание было ровным четыре секунды.
На пятой секунде его тело выгнулось.
Я стоял рядом с активированным Витальным Зрением и видел всё.
Настой ударил по кровотоку волной. Субстанция из рубиновой жидкости впиталась через стенки желудка за считанные секунды и влилась в кровь, горячая, агрессивная, в четыре раза концентрированнее, чем что-либо, что Варган принимал раньше. Кровеносная система вспыхнула, и каналы, все открытые Эликсиром Пробуждения, загорелись оранжевым разом, от ступней до макушки.
Глубинные каналы начали вибрировать. Я видел их на фоне общей картины как восемь тонких серебристых нитей, едва заметных среди ярких оранжевых магистралей.
Субстанция ударила в первую дверь.
Варган застонал. Его пальцы вцепились в край скамьи, и дерево заскрипело. Мышцы на предплечьях вздулись, сосуды на висках проступили.
Первая створка поддалась. Я увидел, как канал вдоль шейного отдела позвоночника раскрылся, и субстанция хлынула в него, заполняя на всю длину. Оранжевое свечение вспыхнуло и стало бордовым, глубоким, густым.
Вторая. Правая рёберная дуга. Стенки канала содрогнулись, трещина побежала по замку, и субстанция проломила её, как поток проламывает тонкую перемычку плотины. Бордовый свет разлился по грудной клетке.
Третья. Левый поясничный. Мягче, чем предыдущие, как будто этот канал ждал дольше и сопротивлялся меньше. Он раскрылся с тихим внутренним щелчком, который я почувствовал через ладонь, прижатую к спине Варгана.
Четвёртый, пятый, шестой, седьмой, восьмой оставались закрытыми. Субстанция ударяла в них, но створки держали.
Варган дышал тяжело, с хрипом. Его лицо блестело от пота, и капли скатывались по вискам на скамью. Спина под моей ладонью была горячей, как кожа человека с температурой сорок.