Зимнее солнце

Ольховская Влада

Третьякевич легко уставал от привычного и быстро начинал скучать, он постоянно нуждался в острых ощущениях. Вечеринки, бесконечные романы, экстремальные виды спорта – все это он перепробовал еще в старшей школе. Теперь вот дошел до того, что творилось в запертом коттедже Охотничьей Усадьбы. Это ему пока не надоедало. Видимо, он и сам не всегда знал, чем закончится очередная его забава.

Такому человеку обычно свойственны и иные черты психопата. Склонность к обману и мошенничеству, например, и главное – удовольствие от совершения преступлений. Однако такое по соцсетям не проверишь. Понятно,

что Третьякевич врал бесконечной веренице девушек, окружавших его. Но это не то, у лжи психопата иной масштаб…

Ну и конечно, он не писал в соцсети, что почувствовал во время нападения на женщину. Убийства. Изнасилования. Он молчал сам и заставлял молчать свою свиту, он был слишком умен для того, чтобы попасться на хвастовстве. Его верная публика и так обожала своего кумира – как часто обожают красивых, молодых и богатых, не задумываясь о том, что скрыто у них внутри.

Во время своей вылазки Таиса как раз рассчитывала выяснить побольше, если получится. И умом Матвей понимал, что это правильный план, но на душе почему-то было неспокойно. Куда эта девица вообще полезла? Она же лишняя тут, она должна была понять это и уехать, а не соваться в самое пекло…

Матвей открыл глаза. После долгого полумрака сомкнутых век снежная белизна ослепляла, но режущую боль он проигнорировал, знал, что привыкнет.

– Сколько времени прошло? – спросил он.

– Ты не спишь? – удивился Гарик.

– Я, вообще-то, сижу.

– Есть животные, которые спят сидя. Кони даже стоя.

– Сколько времени прошло? – невозмутимо повторил Матвей, зная, что только это заставит его спутника говорить по существу.

– Чуть больше часа. Нервничаешь?

– Признаю возможные риски.

– Они не так уж велики, – пожал плечами Гарик. – При том, что там собрались четыре моральных урода, контора-то вполне легальная. Если Таису перехватят, что ей грозит? Вышвырнут вон, заставят заплатить, вызовут полицию – и это еще худший вариант, который сам по себе не так уж страшен.

– Это если разбираться с ней будет администрация, а не те четверо.

– Так с чего бы им лезть? Мы же договорились: если ее перехватят, она назовется местной проституткой, которая в диком желании заработать перелезла через забор к богатым дяденькам.

– Будем надеяться, у нее получится.

Изначально они обсуждали возможность дать Таисе камеру и микрофон, но быстро отказались от этой идеи. Если ее поймают, то непременно обыщут, никто не будет церемониться с проституткой. И если у нее найдут чуть ли не шпионскую технику, доказать, что она всего лишь сельская путана, простая, как валенок, станет крайне проблематично.

Так что Таиса взяла с собой обычный смартфон – самый дешевый, какой только был, купленный этим же утром в городе вместе с курточкой и мини-юбкой. Но все они прекрасно понимали, что в случае реальной угрозы не будет времени даже набрать номер…

Они условились, что Таиса вернется через три часа. В это время как раз сгустятся сумерки, и ускользнуть ей будет проще простого. В случае, если она найдет что-нибудь интересное и захочет задержаться, она предупредит их сообщением. Кроме того, у нее был резервный час: если Матвей и Гарик не заметят в Усадьбе никаких следов паники или конфликта, они останутся

в стороне, предоставив своей спутнице дополнительную возможность все сделать самой.

И все же Матвей надеялся, что до такого не дойдет. Что там можно столько времени делать? Территория невелика, все на виду… Не станет же она клиентов обслуживать! За три часа можно поговорить там со всеми, потом откопать уснувших на зиму зверей и с ними тоже поговорить. Она должна успеть…

Но миновало два часа, три, три с половиной… Сообщения не было. Таиса так и не пришла.

* * *

Нельзя сказать, что она вообще не чувствовала страха. Куда же без него? Но Таиса слишком хорошо понимала, что страх сейчас мог все испортить, а попытка у нее, скорее всего, будет всего одна. Так что она отодвинула собственное волнение подальше, чтобы обман сработал, нужно было вести себя смело и говорить то, что сказал бы изображаемый ею человек в этой ситуации.

Поэтому она кралась и таилась только возле калитки, старалась замести собственные следы, оставленные на снегу. Оказавшись на площади перед коттеджами, Таиса выпрямилась, расправила плечи и двинулась вперед уверенно. Она в такое время прогуливалась тут не одна, многие девушки бродили без сопровождения мужчин – должно быть, дышали свежим воздухом и отдыхали перед приближающейся ночью.

Большинство вырядились почти так же, как Таиса, и она с легкостью терялась на их фоне. Были, конечно, и другие женщины – старше, ухоженней, одетые дорого и стильно. Но они держались подальше от обладательниц мини-юбок и кроваво-красных губ, смотрели осуждающе, а после попытки заговорить с ними наверняка поливались антисептиком.

Впрочем, жрицы любви комплексов из-за этого не испытывали. Одни быстро сходились друг с другом и оживленно о чем-то болтали. Другие в компании не нуждались, они старательно делали селфи на фоне заснеженного леса и винтажных лампочек, развешанных на проводах над площадью.

Если бы Таиса захотела, она могла бы без труда сойтись с этими девицами. Но это она считала потерей времени: жрицы любви прибывали в Усадьбу ненадолго и были заняты, вряд ли они имели хоть какое-то представление о том, что происходило здесь последние три месяца. Так что Таиса почти сразу начала высматривать возле домиков женщин в форме горничных.

Эти могли знать побольше. Понятно, что среди них нашлись бы те, кто смотрит на проституток с презрением. Однако были и другие, понимавшие, что порой приходится биться за каждую копейку. Вот их Таиса и искала, узнавала по взглядам, по сочувствующим улыбкам, улыбалась в ответ и заговаривала с ними первой.

– Понимаю, это странно, но я кое-кого ищу, – доверительно сообщала она, открывая фотографию на экране смартфона. – Здесь иногда бывала моя подруга… Вы ее не видели?

С экрана на них смотрела весело улыбающаяся Даша Виноградова. Если уборщицы были из местных, они знали, что она умерла, такие быстро отводили взгляд и сворачивали разговор. Но попадались и такие, которые не были с ней знакомы. Впрочем, пользы это не принесло – они разглядывали фото или с любопытством, или с презрением к очередной жрице любви, которой не хотелось нормально работать. Они не представляли, кто такая Даша…