Зима

Роуз Френки

— Я тоже люблю тебя, Эвери, — вздыхает он. — Но есть еще одна вещь. Еще одна вещь, которую ты должна знать.

— Что? О чем ты? — Что бы там ни было, я справлюсь с этим. Я смогу. После всего того, что я уже знаю, я точно переживу это.

— Твой папа, — говорит он с грустной улыбкой, — не имеет отношения к убийству девочек. И мужчин на складе. Но все-таки он имеет отношение к убийству одного человека, Эвери.

Я знаю, что он скажет до того, как слова срываются с его губ.

— Твой отец убил моего отца. И за это я люблю его.

Эпилог

Три

недели спустя

Пока я была без сознания, многое изменилось. Люк больше не работает в полиции. Ну ладно, работает, но он взял годичный отпуск за свой счет, чтобы вместе со своей группой записать в Лос-Анджелесе альбом. Он все еще не уверен в правильности этого решения, но уже ничего не вернешь. Он упаковал свои вещи, и я переехала в его квартиру. Поскольку Лесли в настоящее время отбывает восемнадцать месяцев тюремного заключения за распространение наркотиков, я осталась без соседки. И не хотела бы снова жить, не пойми с кем, присланным Колумбийским, так что Люк попросил меня присмотреть за квартирой в его отсутствие. Это идеальное решение: никакой арендной платы, зато квартиру не ограбят, приняв за нежилую.

Люк хватает меня сзади, обнимая за талию, пока я смотрю как его коллега по группе и по совместительству лучший друг, Коул, садится в крутой гастрольный автобус, предоставленный их звукозаписывающей компанией.

— Ты уверена, что не хочешь пожить какое-то время в автобусе, в котором полно не слишком чистоплотных парней? — шепчет он в мои волосы.

— Эмм, спасибо, нет?

— О, ну давай же. Это будет весело. К тому времени как мы прибудем в ЛА, ты научишься разбираться в классике рока. Плюс будешь знать все приемы пикапа, изобретенные человечеством. Коул же должен на ком-то практиковаться.

Коул, кстати, все слышит. Он бросает спальный мешок в заднюю часть автобуса, и, указывая пальцем на Люка, заявляет:

— Это не моя вина, что ты подцепил горячую цыпочку, Рид. И я не смогу ничего с собой поделать, если буду видеть ее время от времени.

Вообще-то рядом со мной Коул ведет себя как истинный джентльмен, что ему не свойственно. Люк усмехается. В последнее время за ним это часто водится — улыбки, смех, ухмылки. Да и за мной тоже, честно говоря. Похоже, мы оба приходим в себя. Я вышла из тени самой себя, когда отца признали невиновным. И вернула себе имя Айрис — в конце концов, именно папа дал мне это имя. Когда я родилась, Аманда вообще не парилась, как меня называть, ведь я все время спала. А папа сходи с ума, пытаясь придумать, как будет меня называть всю оставшуюся жизнь. Мне всегда было немного неловко и стыдно называться новым именем, как будто этим я выказывала свое неуважение к его памяти. Так что теперь я снова Айрис, и это ощущается… правильным, что ли. Я та, кем должна быть.

Люк все еще Люк, но он немного изменился. После того как я узнала про ужасные события, через которые он прошел, когда был еще совсем ребенком, казалось, больше его ничто не сдерживает. Он снова живет и дышит полной грудью, и я беру с него пример. Мы учимся наслаждаться жизнью вместе.

Имеет ли какое-то значение, что мой отец все-таки лишил кого-то жизни? Не знаю. Когда Люк оглушил меня этой новостью, я довольно долго была в шоке. Дни проходили в раздумьях, стоит ли мне считать его плохим человеком или нет. Но Клайв Рид был пьяницей, который подвергал двоих детей сексуальному насилию. И когда потерянный мальчик посвятил

папу во все грязные подробности, он сделал то, что навсегда избавило парнишку от опасности, которую представлял для него его чокнутый родитель. Потому что иначе это могло бы повториться. Клайв был именно из такой породы людей.

— Ты готова к новому старту в Колумбийском? — спрашивает Люк.

Я киваю, прижимаясь спиной к его груди, и чувствую себя в полной безопасности. Администрация колледжа решила, что из-за смягчающих обстоятельств они закроют глаза на мое отсутствие на занятиях, и я могу постараться нагнать упущенное. Мне бы не хотелось заново начинать целый год… или терять место в журналистской программе. Профессор Лэнг рекомендовал меня для трудоустройства. Сказал, что ему интересно, какое пламя я могу разжечь.

— Но ты же приедешь на каникулах? — Люк прижимается лицом к моей шее, слегка прикусывая кожу зубами. Я чувствую непреодолимую потребность затащить его обратно в квартиру, но его товарищи и так уже злятся, что из-за его травмы потеряли кучу времени. Если мы снова сбежим, чтобы заняться умопомрачительным сексом, они устроят бунт на корабле.

— Я забронировала билеты и все остальное, — говорю я.

Люк сжимает меня крепче в своих объятиях.

— И не бери много одежды. Вряд ли она понадобиться, я собираюсь большую часть времени держать тебя обнаженной.

Не сомневаюсь. И не возражаю, кстати.

Им уже пора ехать. На душе скребут кошки, когда Люк целует меня на прощание и залезает в автобус.

— Я позвоню тебе позже, — обещает он. — Не влюбись тут в кого-нибудь, пока меня не будет.

— Договорились.

— Клянешься на мизинчиках? — Он протягивает мне мизинец, по-дурацки ухмыляясь. Я обхватываю его своим и крепко сжимаю.

— Клянусь на мизинчиках.

Коул перекрикивает двигатель автобуса и кричит нам с места водителя:

— Эй, придурок! Пора устроить шоу на дороге!

Люк целует меня в последний раз. Его волосы так отросли. Они длиннее, чем он носил обычно, когда был копом. В сочетании с его глазами и шикарными татуировками это дает ошеломительный эффект, он выглядит как сексуальная рок-звезда.

— Я люблю тебя, — произносит он одними губами, когда дверь между нами захлопывается.

— Я тоже тебя люблю, — шепчу я в ответ.

И автобус несет D.M.F в тур, медленно начиная движение вдоль по улице. Я стою на обочине, глядя как он удаляется, разбивая мне сердце. Но, несмотря на то, как чертовски отвратительно нам быть порознь, я знаю, это то, что Люк должен делать. Я чувствую это сердцем. Так же, как всем сердцем чувствую, что лето не за горами.

Заметки

[

<-1

]

в переводе с шотландского «праздник»

[

<-2

]

общий термин для обозначения традиционных групповых танцев в Ирландии и Шотландии, а также в более широком смысле — музыки для этих танцев и вечеринок, на которых танцуются эти танцы. Название происходит от шотландского «ceilidh» — праздник.

[

<-3

]

Ограничение — до 18 лет требуется сопровождение родителя или взрослого опекуна (возраст может меняться в некоторых регионах). Данный рейтинг показывает, что оценочная комиссия заключила, что некоторый материал оцененного фильма предназначается для взрослых. Родители должны больше узнать о фильме прежде, чем взять на его просмотр детей. Рейтинг R также может быть назначен из-за используемого в фильме языка, темы, насилия, секса или изображения употребления наркотиков.