Жрец Лейлы

Зимина Светлана Сергеевна

— Очень невежливо прерывать молитву, молодой человек. Вам об этом не говорили?

Я наклонил голову, припоминания. Действительно…

— Говорили, — с сожалением кивнул я. — Только это был человек, чье мнение меня мало интересовало.

— Ты действительно очень юн. — Он покачал головой, разглядывая меня с любопытством, которое я видел в глазах главы магических наук в Академии Мирейи. Казалось, я для него всего лишь какой-то неодушевленный объект с весьма интересными свойствами. — Юношеский максимализм… Это освежает. —

И Растин улыбнулся.

Я бы не назвал в этот момент его улыбку приятной.

— Рад, что привожу вас своим присутствием в такой восторг. — Я надел маску принца Лилиана, наконец поняв, что этот разговор в принципе бесполезен и до омерзения напоминает мне светские беседы на балах, где на меня смотрели вот с таким же неприятным любопытством и намеренно пытались вывести из себя. Однако жрец Роя был намного опаснее, чем придворные расфуфыренные лизоблюды все, вместе взятые.

Он вскинул левую бровь, удивленный сменой интонаций.

— Ты знаешь, что раньше она брала в жрецы лишь тех смертных, кто достиг пятидесяти лет, даруя им молодость и долгую жизнь? В пятьдесят они становились послушниками, и только через десять лет им можно было претендовать на титул жреца.

— Вы хорошо осведомлены о прежней системе, — уважительно кивнул я.

— Она сильно изменила своим принципам, не так ли? — Он прищурился. — Однако в одном осталась верной себе. Ты выглядишь любовником, дерешься как убийца, владеешь Синем Пламенем… Как ты стал Верховным жрецом ночной богини, мальчик?

Я заметил, что он предпочитает не называть Лейлу по имени. Неужели настолько сильна ненависть, что даже имя мой госпожи жжет ему язык?

— Бессонными ночами и тренировками, — ответил я на его вопрос.

— Где же она нашла тебя?

Я мягко улыбнулся:

— Лорд Растин, это похоже на некий светский допрос… а ведь я пришел не разговаривать. Мне нужен Кэртис, и только он. Тем более он, кажется, уже заждался, и я сомневаюсь, что он будет доволен тем, что я так долго продержал его на этом холодном камне. Вы же знаете, как кошки не любят холод.

Но золотоволосый, казалось, не слышал меня:

— Твоя речь правильная, выстроенная так, словно тебя специально обучали с малых лет… Богиня ночи обожала своих жрецов, она одаривала их долголетием. И еще, она предпочитала благородную кровь, выбирая элиту. Например, принцев. — Он сделал шаг мне навстречу. — Неужели и в этом она осталась себе верна?

Я вздохнул и взглянул на Габриэля:

— Простите, но это старость и опытность любит неторопливые беседы и игры в разгадки, юности присуща нетерпеливость.

Жрец одарил меня равнодушным, непроницаемым взглядом.

Я поднял руку и коснулся рукояти Синего Пламени за моим плечом.

Когда у Лилиана внезапно изменилась интонация и выражение лица, словно он надел какую-то привычную маску, Растин

был заинтригован. В этом юноше угадывалось много загадочного и интересного. Прожив более восьмисот лет, жрец Роя умел ценить загадки. Но мальчик действительно был нетерпелив и самонадеян. Растин улыбнулся: что ж, видимо, настала пора взглянуть, на что действительно способен новый Верховный жрец Лейлы.

И когда тот коснулся своего меча, пальцы левой руки жреца бога крови шевельнулись, отдавая невидимый приказ. Он сам не собирался пока принимать участия в предстоящем представлении.

Воины бога крови и мрака выступили из теней, которые их скрывали до сих пор.

Жрец Лейлы оглянулся и улыбнулся странной холодной улыбкой.

Растин внезапно припомнил диалог у костра.

— Что-то беспокоит, Лиани?

— Да, — честный ответ. — Забери у него утку. Я дико голоден. И прекрати этот фарс с наложником. Пока я кого-нибудь не убил.

— А я все думал, ты сначала предупредишь или сразу начнешь убивать.

— Я не настолько неуравновешен. — Оскорбленный тон.

— Со стороны виднее. — Насмешливый ответ.

— Любишь убивать, Верховный жрец ночи? — почти ласково поинтересовался жрец Роя.

Сапфировые глаза поднялись, чтобы ожечь вспышкой безумия.

— Очень, — последовало легкое признание. — Смерть на вкус такая сладкая. Тебе не жалко душ своих воинов, Растин?

— Ты хотел сказать жизней? — насмешливо уточнил тот.

— О нет. Я сказал все правильно. У моей богини давно в чертогах не появлялось воинов Роя. Она будет визжать от восторга, как девчонка.

— Если ты сможешь убить хотя бы одного, — пальцы рук сами сжались в кулаки, — самоуверенный мальчик.

За пятьдесят лет триумфа он позволил себе забыть о маленькой особенности богини ночи и охоты. Охотницей ее прозвали не просто так. Лейла охотилась за душами живых.

Грань охоты — убийцы-воины. Грань ночи — любовники, и лишь сирены — морские убийцы — были способны на такую же страсть, как эти жрецы. И наконец элита: страстные убийцы, страстные любовники… Все павшие от рук ее воинов и жрецов теряли шанс на перерождение в человеческом облике. Она собирает души и перерождает их в животных или ночные создания. Если отпускает из своих чертогов.

Лезвие меча юного жреца окутало легкое сияние. Он уже обуздал силу своего клинка? Удивительный мальчик, становилось все яснее, почему Рой был расстроен тем, что упустил его. Этот Лилиан мог бы стать отличным пополнением рядов жрецов Роя. В нем было все необходимое. Но он совершил опасную ошибку — он пришел один.