Жди меня
Шрифт:
Всё это я узнала, от бабушки предчувствуя свой уход, ей нужно было покается, снять с души этот камень ведь в маминой не удачно сложившейся судьбе она чувствовала и свою вину тоже. Она рассказывала мне эту историю, с текущими по щекам слезами облегчения открывая душу каясь, что не смогла, ничего изменить противостоять деду она не могла, всё зависело, от него он был глава семьи, и никто из детей не мог его ослушаться. Как жестокий диктатор он был непреклонен и не верил ни словам, ни слезам всегда считая, что только он может быть прав во всём. Когда мама была влюблена, и мечтала, выйти замуж её родители воспротивились, и не позволили ей уехать из дома, поломав ей всю жизнь.
Такая невероятно красивая любовь я думала, бывает только в книгах, или кино так жаль, что она окончилась трагично по глупым религиозным принципам. Венчание в церкви было главнее, простого ничего не значащего для них штампа из загса. Ясин мамин любимый был мусульманин родом из солнечного Азербайджана, а это было недопустимо в семье православных староверов, сейчас кажется, такая мелочь, но тогда и речи не могло быть о замужестве. Они вместе учились в институте, мечтали по
Бабушка передала мне самодельную яркую шкатулку, сшитую из старых открыток полную маминых писем от её любимого, и на самом дне фотографии Ясина. Шесть лет маминой жизни её любви, и надежд были в моих руках. Бабушка их сохранила, предварительно украв и спрятав от мамы, чтоб не бередили ей зря душу, хорошо, что ещё не сожгли как варвары. Наивно думая, что можно запретить, спрятать или полностью уничтожить любовь. Сотни раз я перечитывала эти письма, мечтая о такой же искренней и чистой любви. «Свет моей души моя драгоценная радость все мои мысли и желания о тебе любимая моя здравствуй …» и это просто первая строка начало все его письма были переполнены трепетной нежностью. Только настоящее письмо, написанное, от руки может так точно передать, чувства в каждом слове даже по почерку, в нём есть часть души, живая энергия. Я уже помнила слова писем наизусть, но все, же время от времени доставала их и перечитывала как молитву этой любви наверно, надеясь на чудо оживить, эти чувства. Хотя пока бьются их сердца, эта любовь будет жить в них вечно, может болезненными шрамами, а может частью счастья в памяти, она жива. Даже в моём сердце, эта любовь невольно оставила неизгладимое впечатление, случайно прикоснувшись к ней, я тоже чувствовала себя причастной к этому красивому роману.
Я вглядывалась в фотографии Ясина в его полные глубины ума глаза, у него такое благородное мужественное лицо мне так хотелось, быть его дочерью казалось, он был бы хорошим отцом, и мама с ним жила бы счастливо. Мне нравилось, мечтая представлять себе красивую молодую маму, идущую под руку с Ясином и себя бегущую им на встречу, такая несбыточная иллюзия настоящей счастливой семьи. Тогда я уже знала, что если полюблю, то только так по-настоящему, я подхватила вирус этой любви и заразилась романтикой навсегда, это уже в сердце. Почему мама просто не сбежала, из дому оставив своим родителям записку, я бы точно сбежала, но тогда были другие нравы. Она не смогла выбирать между любовью к мужчине, и любовью к родителям слишком сильно она любила маму, и боялась потерять эту крепкую связь с ней. Бедная мама от безысходности пожертвовала своим счастьем ради спокойствия родителей, воспитанная по вере в Бога она не могла поступить иначе. Может она и пыталась найти снова счастье, выйдя замуж за папу, но видно не судьба и они тихо без скандалов спокойно разошлись, не отравляя жизнь друг, другу. Так что жила я с мамой, она постоянно была, занята на работе, на выходные она тоже была занята по дому уборка, стирка, готовка и так всегда. Может где-то на стороне у нее, и были романы с мужчинами, но в наш тесный мир, где были, только мы вдвоём она никого не впускала. Так и жили мы с ней вдвоем в любви и нежности, она никогда на меня не повышала голос и всегда старалась дать мне по жизни как можно больше. Я тогда мечтала поступить в институт, учится на юридическом факультете и уехать подальше как все, я представляла себе, как я стану серьёзным крутым адвокатом. Я мечтала, как я буду ходить всегда на шпильках в безумно дорогих нарядах такая деловая вечно занятая и востребованная в своей профессии. Но в мою жизнь без стука ворвалась любовь и перетасовала все карты, нет, это не судьба у меня ведь было тогда право выбора. Только слабые духом оправдывают свою глупость, мол, судьба во всём виновата, боясь даже себе признаваться в своих ошибках, а я сильная пусть и дурра. С раннего детства, читая, на сказках, мы по-своему учимся жизни, и там главный герой на перепутье трех дорог всегда выбирает самую сложную, не боясь искать смерть, он всегда находит счастье. Пожертвовав, тогда своей мечтой я не потеряла, а намного больше приобрела, а со временем и мечты появляются новые. Школу я бросила, из-за беременности, и одиннадцатый класс я заканчивала годом позже в вечерней школе, да никто от меня такого не ожидал. Это даже для меня было, сопоставимым с концом света все мои мечты сразу накрылись медным тазом, а я ведь была, отличница до сих пор не знаю, откуда у меня появилась, смелость решится перечеркнуть всё то, что было, дорого и начать с нуля. Хотя может, и нужно было получить от жизни сильного пинка под зад, я ведь не упала, а наоборот разбежалась то ли от боли то, ли от злости, но, я не падаю, а всё ещё бегу. В то время, когда мои подружки суетились, записываясь, на полгода вперёд к парикмахеру на причёски и выбирали, себе платья готовясь на выпускной бал, я готовилась в роддом, рыдала ночами и мучилась от токсикоза. Так всё тогда сразу нелепо получилось, узнав, что Егор мой парень мне изменяет, я по глупости решила отомстить, но, как и следовало, ожидать получилось, наоборот сама себе я яму вырыла и в неё сама, же и упала. Спасибо добрым людям, которым их жизнь кажется серой и скучной, и они начинают, влезать со сплетнями и советами в чужую радуясь, когда она с их помощью полностью развалится тогда-то и они ликуют, чувствуя свою значимость. Сейчас я их представляю спрятавшимися за кулисами театра во время репетиции, тайно подглядывая в щель, новый спектакль, тихонько хихикая от удовольствия, и не смея хлопать в ладоши, боясь себя обнаружить. Жаль в то время я этого не понимала и безоглядно верила всем хотевшим поплясать на чужом разбитом счастье и ещё все эти детские принципы, ну почему. Почему то, что сейчас кажется, совсем несущественным тогда было так всё серьёзно, и эта гордость, зачем она тогда мне была нужна, хотя именно тогда это была не гордость, а скорее всего глупость.
Егор был
– Юль скажи ты будешь моей девушкой. Егор это сказал так словно приказал иначе значит и не могло быть. – После такого поцелуя куда я от тебя денусь. Пошутила, но зная, что это правда ужаснулась своим сильным чувствам к нему я. Так и началась наша любовь со сказочной новогодней ночи, нам постоянно все завидовали вы такая красивая пара, мы, смеясь, просто пожимали плечами с чего они мы же, как все. Только все сходились, расходились, меняли партнеров, а мы постоянно были вместе, неразлучны как единое целое. Егора я нежно между нами называла ёжиком, он всегда коротко стригся, под платформу у него очень сильно торчали волосы, и, если потрогать их, они кололись. Сказать, что он красавец я не могу у него, были, грубые мужские черты к тому же сломанный когда-то нос был, немного скошен в сторону, но я этого не замечала. Я видела его кристально чистые синие глаза, великолепно сложенное тело, пластику движений, уверенную мужскую походку он выглядел немного брутально, как Брюс Уиллис такой настоящий крепкий орешек. Всё в нём, мне очень нравилось, он обладал, неповторимым мужским обаянием, и конечно я не устояла, отдалась ему и душой и телом. Егор всё свободное время занимался спортом, бокс и плаванье, каждый день тренировки постоянные поездки на соревнования, зато он вёл трезвый, здоровый образ жизни без вредных привычек. После тренировок вечером он приходил ко мне оставлял спортивную сумку, и мы шли гулять, по выходным ходили в кино или на дискотеки с ним, я везде чувствовала себя уверенно как за каменной стеной. Случайная травма колена выбила немного Егора из колеи, о профессиональной карьере в спорте нужно было забыть, но он не расстраивался никогда, он ведь стопроцентный оптимист. Профессию он тоже выбрал для себя настоящую мужскую решив учится в медицинском институте на врача хирурга там нужна железная дисциплина и выдержка так же, как в спорте. Рядом мы были, счастливы вместе, никогда не заглядывая, вперёд думая так будет всегда. Егор, часто заглядывая прямо мне в глаза без преград глубоко в душу словно убеждаясь в том, что я его навсегда спрашивал меня.
– Юлечка любимая, скажи, что ты моя.
–Конечно я твоя я люблю тебя, обожаю ты ведь тоже мой. После таких детских клятв мы обычно сливались в страстном поцелуе нуждаясь друг в друге также как в воздухе. Но Егор поступил, в институт и подул ветер перемен только не в ту сторону, как хотелось, он уехал учиться в столицу, и эта разлука потихоньку начала подтачивать наши отношения. Раньше мы виделись почти каждый день, вроде ничего не изменилось, Егор звонил мне на домашний каждый вечер, мы разговаривали часами, но это не то, приезжал он редко, только на выходные и каникулы. Лето нам было, счастьем мы не расставались, желая, растворится друг в друге. Если Егору получалось приехать просто на выходные, он был безумно страстным, я смеялась, перед смертью не надышишься, а он дышал. А сама радовалась, чувствуя его страсть, значит, любит, если так соскучился. Только в наши отношения с помощью доброжелателей, впервые вмешалась ревность.
Света двоюродная сестра Лорки училась с Егором в одном институте и была в курсе всех происходящих там событий, конечно, она не спешила мне ничего, рассказывать, но она проболталась Лерке. Лерка тоже долго не решалась мне всё рассказать, взвешивая всё за и против, но все, же она не выдержала. Как всегда, в пятницу вечером мы собирались с девчонками и шли гулять только своей компанией. Лерка странно себя вела обычно она, перебивая всех, смеясь, болтала, а тут молчала весь вечер и была какая- то стремная. Потом она позвала меня сходить с ней за компанию, в магазин купить сигарет, оставив, Ксюшу с Аней на стадионе мы пошли, пообещав, быстро вернутся.
– Юль как у вас с Егором, всё в порядке, как бы, между прочим, спросила она. Скажи, ты как бы поступила, если бы знала, что мой Серега изменяет мне, ты бы сказала. До меня ничего не дошло, и я как дурра начала оправдываться, успокаивая Лерку ты, что ничего о Сереге я не знаю, но если бы знала, тогда бы сказала, ведь, между нами, секретов не было с детства.
– Юлька прости, я тоже не могу больше, Егор уже давно тебе изменяет, неужели ты ни о чём не догадалась. Лерка плакала, вместе со мной, мы сидели, прямо на бордюре тротуара обнявшись, и ревели.
– Она всё виновато повторяла, прости, я совсем не хотела тебя расстраивать, но как бы, я тебе не сказала, постоянно извинялась она.
Мне казалось, что у меня в тот момент вырвали душу, и я сидела как полоумная, очумевшая просто тело без души. Я слушала Лерку и думала, не может быть, только не со мной, но к сожаленью это была правда. Лучше, лучше сладкая ложь, чем такая горькая, правда. Оказывается, у Егора параллельно со мной роман, да ещё какой. За ним под общежитие на красной машине, Ауди заезжала Элеонора, они вместе учились на одном курсе, и она сама за ним бегала. Некрасивая, но с хорошей фигурой, всегда шикарно одетая, накрашенная с модной короткой стрижкой и к тому, же очень богатая, у её отца целая сеть аптек по всей Москве. Лерка рассказывала, а я представляла себе эту Элеонору, норку, крысу богатую всю в золоте и брюликах, в дорогой одежде и себя в потёртых старых джинсах и простой маячке, с детской косой по пояс и думала не она мне, а я ей не соперница.