Жажда
Шрифт:
— Ты словно чистый лист бумаги. Жизнь еще успеет все испачкать… не спеши.
Сейчас я понимаю каждое сказанное им слово. Тогда не поняла ничего.
Мы встречались практически каждый день. Счастью моему не было предела. КАК же сильно я влюбилась!!! Все, что происходило со мной, было впервые. Я узнала, что такое первый поцелуй, какие сильные и смелые могут быть мужские руки, какими требовательными и ласковыми могут быть мужские губы. Я познала, как от любви сходят с ума, как чувство может натягивать внутри болезненную струну, и что такое «синусоида
А тогда, мне казалось, что нет большего горя, чем расставание с любимым. Каникулы неизбежно подходили к концу. Как жестока жизнь, когда у тебя нет выбора!
Я, давясь слезами, вернулась в город. Школа… кому она нужна?! Зачем мне это все?! Сердце разрывалось на куски.
Приехав домой не выдержала — поделилась с подружкой-одноклассницей и тут же пожалела об этом, так как по ее реакции было сразу понятно — не верит. Ну и не надо! У меня было мое всепоглощающее чувство. У меня были пусть и короткие, но телефонные разговоры по субботам. У меня было ожидание встречи. У меня были мои мечты.
Одноклассница «по секрету» рассказала другим девочкам из нашего класса и на меня посыпались вопросы со всех сторон. Любопытство и зависть правили балом. По глупости и наивности я рассказывала, после чего услышала малоприятный разговор о себе. Были те, кто доказывал окружающим, что я все выдумала. Желчь лилась со всех сторон.
До сих пор вспоминаю об этом с неприятным осадком на душе. Зато получив такой урок, в дальнейшем я раз и навсегда зареклась посвящать в свою жизнь окружающих.
Так у нас складывалось, что каждые каникулы — будь то даже десять дней, моя мама отправляла меня и брата в село. Помогать дедушке — это святое. Да и ей было легче одной. Теперь-то понимаю, что в «лихие девяностые» мы выжили благодаря огородам и прочему хозяйству, которое обхаживал мой дед. И если вначале я ездила в село на добровольно-принудительных началах, то потом, как уже понятно, с нетерпением и ожиданием.
Помню нашу первую встречу, после расставания. Надо ли рассказывать, как я радовалась и ликовала накануне поездки? Влад приехал вечером в первый же день. Едва услышав гул мотоцикла — выбежала за двор. Он обнял и не отпускал минут десять: дышал мне в волосы, тихо целовал виски, грел пальцы дыханием. Какое оказывается счастье — слышать стук сердца любимого человека! Голова кружилась от переполняющих чувств.
Сейчас, вспоминая те дни, понимаю, что они, пожалуй, были самыми счастливыми в моей жизни. Не открою секрет, если скажу, что юные девицы склонны к фантазированию и приукрашиванию происходящих с ними событий, после чего неизменно наступает разочарование, как следствие разбитых о быт иллюзий. Так вот представьте себе — я не испытывала подобного! Все было настолько нереально хорошо, что напоминало сказку.
В тот вечер мы долго гуляли. Влад расспрашивал об учебе, о планах на будущее, намекал о варианте
— Ты замерзла?
— Есть немного. Что у тебя с руками? — сбитые костяшки и опухшие фаланги не заметить было сложно. Он с пренебрежением скривился и нехотя ответил:
— Ерунда, не обращай внимание. — Поцеловал еще раз и заглянул в глаза. — Поедем ко мне?
Что означал подобный вопрос — объяснений не требовалось. После таких радужных перспектив и разговоров я согласна была на все, но так же понимала, что еще не готова. Страхи победили, а потому, несмотря на внутренний трепет, нашла в себе мужество признаться:
— Влад… я соврала тебе… прости.
— Ты о чем? — он внимательно и с тем же напряженно всматривался, словно ответ должен был уже красоваться на моем лбу.
— Это для меня рано, понимаешь? Я… мне… помнишь, ты спросил, сколько мне лет?
— Помню.
— Пятнадцать мне будет весной. — Выдавив из себя признание, не знала, куда деть глаза. Влад усмехнулся:
— Я в курсе.
— Да?! Откуда?! — непроизвольно посмотрев на него прямо, тут же отвела взгляд в сторону.
Он взял меня за подбородок:
— Посмотри на меня. — И, наклонившись, стал целовать, после чего, выдохнув, сказал: — Идем. Тебе надо согреться. Завтра в клубе фильм будет. Пойдем?
— Конечно. — Бодро зашагав рядом, непроизвольно заулыбалась.
Глава 5
Но нашим планам, к сожалению, не суждено было сбыться. На следующий день Влад не приехал. Теряясь в догадках, я не могла объяснить, но была уверена, что случилось что-то плохое. Предчувствие нехорошего противной свинцовой тучей витало в воздухе. Не выдержав, решила пойти в клуб сама. Несмотря на кромешную темень, вооружившись фонариком, вышла со двора и, превозмогая страх пошла по тропинке в сторону дороги.
Преодолев примерно половину пути, решила сделать небольшой крюк, но с тем, что бы идти по освещенной фонарями местности и замерла, услышав рев мотоцикла. Прислушавшись, поняла, что это не Влад. Звук работы мотора отличался. Может это кому-то покажется странным, но я точно узнавала его всегда.
Через несколько минут рядом со мной притормозил парень по имени Захар. Он стянул шлем и хмыкнул:
— Привет. А Славик оказался прав.
— Привет. Ты о чем?
— Ты это… только не нервничай. Загребли его.
— Что?! — сердце сжалось и упало куда-то вниз.
— Менты загребли. Я только с участка.
— За что?!
— Отчима избил. За мать заступился. Просил передать, что с ним все в порядке, и чтобы ты не вздумала к нему приезжать.
— О, боже! — мне казалось, что я попала в дурной сон. — И что теперь?
— Пока не ясно. Буду держать в курсе, как что-то узнаю. Садись. — Он протянул мне запасной шлем.
— Захар, что ему за это грозит?
— Пока не знаю. В статье расплывчато: от двух до трех. Может отделаться исправительными работами.