Жажда
Шрифт:
Непутевым Николая считал не только мой дедушка. Мужчина любил выпить и под воздействием спиртного становился буйным: жена Рая часто ходила в синяках, сыновья ночевали у родственников. Алкоголизм — бич любого небольшого поселка. Это не удивляло, а скорее вызывало сочувствие к семьям, которые были вынуждены жить в вечном страхе. Утверждали так же, что баба Шура тоже очень уважала самогон, и что эту милую привычку именно от нее унаследовал единственный сын. Я скептически отнеслась к этой информации, так как за все годы ни разу не видела
Так же я узнала, что первый муж Раисы (отец Славы) жил в областном центре, слыл богачом, имея по слухам два магазина и автомастерскую. С сыном общался и помогал, несмотря на то, что в новой семье подрастало три дочери.
Выведав все это — прокручивала информацию в голове несколько дней. Если верить мнению о том, что человек, о котором вспоминают, икает в такие моменты, то Вячеслав, должно быть, замучился пить воду, что бы восстановить неспецифическое нарушение функции внешнего дыхания.
Несколько недель кряду пребывала в девичьих мечтах. Фантазия рисовала приятные картины случайной встречи и т. д. и т. п. Но ничего такого не происходило. Я нигде и ни с кем «случайно» не встретилась, никто не приезжал больше к соседке и не выслеживал меня, чтобы познакомиться. Обида и разочарование к несправедливости в жизни, с каждым днем все больше и больше вытесняли юношеские мечты из головы. Неприятное осознание того, что я, на самом деле ничем не заинтересовала парня — заставляло больно сжиматься сердце.
В конце концов, мне пришлось смириться с реальностью. Мимолетная встреча — далеко не повод надеяться на что-то. А так хотелось! Так хотелось, чтобы на меня обратили внимание! Так хотелось того взрослого, хоть немножко! Встречаться, влюбиться… ведь я уже не ребенок!
Как водится — все дело случая. Через три недели у наших родственников случился похорон. Меня попросили помочь. Я, и еще одна незнакомая мне девушка шли впереди похоронной процессии и бросали цветы. Мы познакомились. Ее звали Оксаной. Поболтали и забыли. Я не рассчитывала на дружбу или что-то в этом роде, и поэтому, распрощавшись, вечером отправилась к себе домой.
Будучи на полпути к дому — увидела двух парней на мотоциклах. Один из них был… правильно, Славик. На негнущихся ногах продолжила свой путь, так как обойти не было возможности. Прошла метров в пятнадцати от них, чувствуя на себе взгляды. Благо, никто ничего в спину не сказал. Домой вернулась в дурном настроении. Никто не стал со мной знакомиться или заигрывать. Размечталась! Толстая уродина! Пупс на ножках! Было ужасно обидно… Я отгоняла от себя мысли об этом парне, все больше и больше расстраиваясь. В итоге, через пару дней, случайную встречу вспоминала с неприязнью и раздражением — таким образом, включился некий защитный механизм.
Не помню, сколько времени прошло. Может неделя, может две. В тот день я пошла в магазин за хлебом. На улице было очень жарко. Проделав довольно большой путь, в магазин
— Три буханки черного и два белого. — Так как дом дедушки находился на окраине, каждый день мы в магазин не ходили, и хлеба надо было брать много. Я протянула деньги, и стала укладывать в сумку хлеб, ожидая сдачу. В этот момент к магазину на велосипеде подъехала моя новая знакомая Оксана. Она вошла в магазин и, поздоровавшись с продавцом, весело кивнула мне:
— О! Привет!
— Привет. — Улыбнулась в ответ.
Оксана тоже купила хлеб, сказав мне:
— Подожди.
Когда мы вместе вышли из магазина, она спросила:
— Ты куда сейчас? Домой?
— В библиотеку хочу еще зайти, а потом домой. — Я исправно читала всю внеклассную рекомендуемую литературу, что задавали «на лето» в школе. Нет, не из-за того, что такая правильная, просто всегда любила читать. Чтение было спасением для меня. Все свободное время я проводила с книгой в руках, спасаясь, таким образом, от тяжелых и скучных будней, переживая вместе с героями произведений их тягости и радости, страсти и авантюры.
— Идем вместе. — Предложила она, пристраивая авоську с хлебом на руль велосипеда.
— Идем. — Мне было приятно, что она это предложила.
— Как дела?
— Да нормально, вроде. А у тебя?
— Тоже. — Она заулыбалась: — У меня кошка вчера четверых котят привела!
— Ух, ты! А какие они?
— Один полностью серый, а остальные серо-белые! Тебе, кстати не надо?
— Нет. Я бы взяла, но у меня кот есть. Еще обижать будет.
— Слушай… ты говорила, что у тебя черные георгины есть.
— Да. Есть.
— Можешь поделиться?
— Запросто. Я без проблем откопаю, только их же по весне сажают. По уму — надо до осени ждать.
— Оно-то так, только ж ты уедешь, а деда твоего просить мне неловко.
— М-да. — Задумавшись, предложила: — Если хочешь — идем сейчас. Там делов-то на десять минут.
— Сейчас не могу. Мне через полчаса дома уже надо быть, а к тебе идти далеко. Хотя… — она покосилась на меня, а потом на раму своего велосипеда, прикидывая что-то в уме.
Представив себе в красках, как это будет выглядеть со стороны, я тут же отрицательно замотала головой.
— Не-не! И не думай! Я на него не сяду!
— Ладно. Не переживай. — Легко согласилась она. — А если я вечером заскочу? Не помешаю?
— Да пожалуйста. Как тебе удобно. Мешать нечему.
Мы перешли дорогу, и зашли во двор библиотеки. Местный клуб и библиотека располагались в разных зданиях стоящих впритык друг к другу. Со стороны дороги двор окружали деревья. Тут было хорошо: тихо и уютно.