Землянка для наемников

Солнечная Тина

Я не пыталась есть слишком быстро, но даже не заметила, как опустела тарелка. Пока я доедала последние кусочки, один из мужчин отставил свою посуду и откинулся назад, сложив руки на груди.

— Как тебя зовут?

Я подняла взгляд.

Он выглядел иначе.

Пятеро мужчин были похожи — сильные, высокие, со странной пластикой движений, но если присмотреться, разница всё же была.

Этот, например, имел другой цвет глаз — насыщенно-стальной, почти серебристый. И между бровями залегли глубокие заломы, будто

он всегда хмурился.

Я сглотнула и убрала тарелку, чтобы не показывать, что немного нервничаю.

— Виола, — представилась я.

Он чуть кивнул, будто запоминая.

— Как ты оказалась похищенной?

Я моргнула.

— В смысле?

— Очевидно, что охотились за теми блондинками. Ты не похожа на одну из них, — он чуть повёл подбородком в сторону, словно напоминая, о ком речь.

Я вздохнула.

— Я была в том же месте, где и они. Когда поняла, что их похищают, попыталась вмешаться…

Он приподнял бровь, но не прервал, так что я продолжила.

— Думала, что кто-то заметит, поможет, что если не дам их увезти, они не смогут ничего сделать. Но они просто схватили меня за компанию и закинули в фургон.

Он молча выслушал.

А потом фыркнул, покачав головой.

— Женщины не должны так себя вести.

Я нахмурилась.

— В смысле?

Он посмотрел на меня так, словно я сказала что-то до смешного глупое.

— Вмешиваться в опасные вещи, лезть туда, где тебя просто убьют или заберут. Ты не была их целью. Но стала их добычей.

Я почувствовала, как внутри вскипает злость.

— Ну, извините, что я не люблю смотреть, как людей похищают, — пробормотала я, втыкая вилку в остатки соуса на тарелке.

Он снова покачал головой, на этот раз медленнее, с каким-то усталым пониманием.

— Ты не понимаешь, — сказал он. — В этом мире не так уж много тех, кто заботится о чужих. Ты просто подарила им себя.

Он поднялся, давая понять, что разговор окончен.

А я сидела, чувствуя, как что-то тяжёлым комом оседает в животе.

Мужчины закончили есть, один за другим отставляя посуду. Я ещё раз почувствовала себя чужой, будто оказалась не за своим столом.

— Можешь передвигаться по кораблю, — вдруг произнёс тот, что говорил со мной раньше с желтыми глазами.

Я подняла на него взгляд.

— В смысле?

Он фыркнул, словно вопрос был лишним.

— В смысле, можешь ходить, где хочешь.

Я нахмурилась.

— А если я попытаюсь сбежать?

Теперь уже фыркнул кто-то из остальных, и за столом раздалось короткое, негромкое «ха», как если бы я сказала что-то до смешного нелепое. Потом до меня дошло в чем дело. Я же на ракете? Корабле? Что это такое? Но сбежать с этого… Куда? Никуда.

— Ты для нас не опасна, — отозвался он, — едва способна позаботиться о себе.

Он задержался на секунду, задумчиво окинул меня взглядом и добавил:

— Хотя

нет. Не способна.

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Но в этот раз не стала отвечать.

Вместо этого просто встала из-за стола и ушла обратно в каюту.

Неизвестно, сколько времени спустя…

Я сидела на кровати, прислонившись к стене, и глядела перед собой. Без часов или окна время потеряло смысл.

Как долго я тут? Час? Несколько?

Желудок уже не сжимался от страха, но внутри всё ещё было пусто. Как будто меня выбросили из моей старой жизни в ничто, и теперь я просто зависла между тем, что было, и тем, что ещё не определено.

Но сидеть вечно в этой маленькой каюте я не могла.

Я глубоко вдохнула, встала, направилась к двери и вышла в коридор.

Теперь, когда я не шла под конвоем, а просто двигалась сама, можно было наконец разглядеть детали.

Судно было огромным, но не казалось безликим. Широкие коридоры, гладкие металлические стены, кое-где покрытые следами царапин и вмятин, словно за плечами у корабля было немало боёв. Тусклое освещение, едва подсвечивающее поверхность, никаких ярких ламп или декоративных панелей — всё строго, минималистично.

Я прошла дальше, ступая мягко, вслушиваясь в глухое эхо шагов.

Через открытые переборки я видела технические помещения, какие-то панели с мерцающими символами, ряды оружейных стоек. В воздухе пахло металлом и чем-то маслянистым, но не было затхлости — судно поддерживали в идеальном состоянии.

Я свернула за угол… и чуть не врезалась в кого-то.

Он стоял, прислонившись к переборке, скрестив руки на груди, и смотрел на меня так, словно ждал, когда я сюда выйду.

Другой.

Не тот, с кем я разговаривала за ужином и не тот с желтыми глазами. Он был за столом, но я пока их плохо различала.

Этот был выше, плечи массивнее, руки покрыты чем-то похожим на едва заметный узор шрамов. Волосы тёмные, но с серебристым отливом, длиннее, чем у остальных, собраны в грубый хвост.

Но главные детали я увидела, когда он чуть склонил голову, рассматривая меня.

Глаза.

Они были разные.

Один — тёмный, почти чёрный.

Другой — бледно-голубой, с тонкой вертикальной щелью вместо зрачка.

Меня передёрнуло.

— Заблудилась? — его голос был ниже, чем у остальных, чуть хрипловатый.

Я не знала, что ответить.

Я сглотнула, ощущая, как внутри нарастает странное напряжение.

Этот Ранкар отличался от остальных. В нём было что-то хищное, но не агрессивное. Просто он смотрел не так, говорил не так.

Я почувствовала, как мои пальцы непроизвольно сжались в кулак. Было неловко. Разговаривать с ним казалось чем-то… странным. Как будто я вторгалась в пространство, куда мне не следовало соваться.