Земля
Шрифт:
Не было больше ни океана, ни леса. Унылые белые коридоры Корабля тянулись в разные стороны, унылый свет зажигался, когда она входила в очередной отсек, и гас за ее спиной.
Аолла опустилась на теплый, похожий на пластик, пол. У нее не было сил идти, не было сил думать, ничего больше не было впереди.
– Нигль-И! – слабо позвала она, уже теряя сознание. – Нигль-И!
Креил приподнял тяжелую голову. Его ужасно тошнило, каждую клеточку
– Скоро будет полегче. Это мы вошли в окрестности Солнечной системы. – Нигль-И ввел ему очередной препарат. – Мы вышли в реальность через две недели после нашего последнего контакта с Землей.
– Хорошо. – Креил ответил просто, чтобы что-то сказать. Ему было так худо, что думать ни о чем другом он не мог.
– Я связался с Землей, передал, что нам будет нужно. Они обещают подготовить к нашему прибытию необходимое для вас помещение. И Советник, мне нужна ваша помощь.
– Моя? – Креил удивился, хотя это скорее было возмущением, что его заставляют сейчас думать о чем-либо другом, кроме той боли, которая его так безжалостно терзала.
– У Аоллы психотравма.
Креил собрал все свои силы и сел.
– Они виделись еще раз? – не столько спрашивая, сколько утверждая, сказал он. – Где она?
– В соседнем зале.
«Господи, дай мне силы выдержать все это!» – подумал он, увидев беспомощное тело Аоллы на операционном столе.
– Ну вот, хорошо, девочка, – родной голос Креила ворвался в мозг и сразу вернулся свет.
Аолла открыла глаза и увидела пси-экран над головой.
– Что случилось?
Креил переглянулся с Нигль-И.
– А мы не знаем. Нашли тебя в коридоре. Наверное психотравма.
– Креил, зачем ты врешь? Психотравмы не бывают ни от чего. Я – могу не помнить, но ты-то должен знать, что произошло!
– Понятия не имею. Правда.
– Что-то настолько плохое, что ты мне не хочешь рассказать? – спросила Аолла и тихо добавила: – Так нечестно. Нигль-И?
– Да мы и правда не знаем. Корабль вышел в Трехмерность, была небольшая свистопляска с мерностями, вот, Советника Креила еле в чувство привел.
– Вы думаете, это перепад мерностей? – Аолла пыталась понять, говорит ли инопланетянин правду, но она была еще слишком слаба, чтобы отличить правду ото лжи. Приходилось верить.
– Она ничего не помнит, и, может быть, это к лучшему, Нигль-И, – сказал Креил, когда Аолла уснула.
– Да, но может вспомнить в любой момент.
– Для этого нужно, чтобы что-то натолкнуло ее мозг на «вспоминание». А какие такие ассоциативные воспоминая у нее могут быть с Роном на Земле?
– Пожалуй, вы правы. Но тогда вам тоже придется скрывать, что
– Не будет. Слишком большой риск. А когда касается Аоллы, он не любит рисковать.
– Хорошо. Через пару недель мы пересядем в посадочную капсулу. Мне не провести Корабль до Земли. Слишком большие гравитационные возмущения он вызывает. Так что – еще недели три у вас есть на то, чтобы прийти в себя. Да и для Аоллы это неплохо.
– Запроси материалы с Земли. Пора начинать работать.
– Правда? – Нигль-И улыбнулся. – Честно говоря, когда вы очнулись, я подумал, что вы вообще не сможете работать.
– Так был плох? Уже очухался. Хорошие препараты. Поживем еще. Я верю Рону. Раз он сказал, что у меня есть шанс, это так и есть.
Экран посадочной капсулы не был таким огромным, как в Корабле Нигль-И, но и на нем зрелище планет Солнечной системы было впечатляющим.
Прошло почти три недели полета, пока на экране возникла и стала час за часом увеличиваться Земля. Из-за Креила воспользоваться для перемещения Гиперпространственым окном было невозможно.
– Так, Советник Креил – вы готовы к посадке? – спросил Нигль-И, собираясь совершить гиперпространственный прыжок на поверхность планеты. – Сейчас мерности поплывут.
Нигль-И попросил Корабль создать канал связи с Землей. Планета исчезла с экрана, и появилось озабоченное лицо Лингана.
– У нас все готово к прыжку, – отчитался Нигль-И.
– Мы готовы вас принять, – Линган продиктовал координаты космодрома в системе Многомерного исчисления.
За несколько секунд до прыжка Земля приблизилась и заняла почти пол-экрана. Аолла вглядывалась в такое знакомое изображение голубой планеты и вдруг поняла, что панически боится возвращаться домой. У нее еще было несколько мгновений, чтобы понять причину этого, но потом пришла тошнота, сопровождающая прыжок, и страх отступил на второй план.
Глава 8
Только Линган и Строггорн находились в непосредственной близости от места посадки. Охрана из военных расположилась на значительном удалении.
Линган вглядывался в поверхность космодрома, где с минуту на минуту должна была возникнуть капсула с Креилом. Он нервничал. Нигль-И не стал скрывать, что жить Креилу оставалось считанные месяцы и шансов, что он успеет закончить разработку теории генетических изменений почти не было.
Над космодромом собиралась гроза. Часть неба стала темно – лиловой, но ветра, предвестника дождя, еще не было. Линган надеялся, что Нигль-И успеет с посадкой до дождя.