Земля

Андерсен Лора

Креил почувствовал, что от объяснений инопланетянина ему становится не по себе.

– Так кто же он? Нигль-И? Насколько я знаю, только Странница обладает подобной степенью могущества, или не так?

– Не совсем так. Но вы правы, подобных существ, да еще имеющих для всего этого достаточно энергии и подходящие Корабли, можно сказать, в нашей Вселенной почти не осталось.

– А когда-то было больше?

– Очень давно. Цивилизации умирают. Цивилизация Рона – одна из самых древнейших в нашем обозримом прошлом, а, возможно, и в нашей Вселенной. Точно

знает только Странница. Но могущества этих существ достаточно, чтобы не бояться вмешиваться в прошлое, не изменяя при этом будущего. Кроме того, есть много сложностей при просачивании в будущее. Все не просто.

– Не сомневаюсь в этом. – Креил замолчал, подумав о том, какой большой путь еще предстояло пройти земной цивилизации, чтобы достигнуть чего-нибудь подобного. – Как ты думаешь, Нигль-И, мне следует извиниться?

– Это вам решать. Я понимаю, что вас разозлило. Но это не повод. Никто не хотел плохого для Аоллы.

– Ты знал?

– Знал.

– Почему ты не переговорил со мной?

– О чем? Что какое-то существо, но я не имею права рассказать, какое именно, хочет провести с ней время? И потом, я прекрасно знал, если она не захочет, ничего не будет. С другой стороны, помощь такого существа как Рон, может понадобиться в любой момент. У землян мало друзей, Советник. И если кто-то решил стать вашим другом, вы не поможете упускать такую возможность.

– Аолла не думала о подобных вещах.

– Ей не нужно думать. Женщины подобные вещи понимают без раздумий. Но я надеюсь, Рон ей понравился.

– Лучше бы это было не так, хотя ты прав. Она очень страдала, когда он улетел. Но я не представляю, чтобы из этого могло получиться хоть что-то хорошее для нее. Ее опыт с инопланетянами говорит об обратном. Возможность регрессии в другое тело никак не облегчает понимание. Хотя создает иллюзию такого понимания. Сколько она из-за этого выстрадала! Ты же знаешь, Аолла – больной человек.

– Знаю. Но от жизни с Советником Строггорном ей не прибавится здоровья.

– Что ты имеешь в виду? – Креил нахмурился. – Это единственный человек в ее жизни, которого она любила.

– Не верю в это.

– Во что? Я не понимаю тебя, Нигль-И!

– Я не верю в то, что Аолла любит Советника Строггорна. Точнее, я вообще не понимаю, как такого человека можно любить.

– Ты не знаешь земных женщин. Довольно странные создания. И иногда любят тогда, когда кажется это совсем невозможно.

– Вам виднее, Советник. Мне не хочется с вами спорить.

– Скажи честно, – Креил задумался на секунду, как это лучше спросить. – Ты считаешь, Рон не будет пытаться увезти Аоллу с собой?

– Это исключено, – Нигль-И улыбнулся. – А вы этого так испугались? Зря. У них не те отношения. Во всяком случае пока.

– Ты знаешь что-то еще, почему это не может быть таким простым?

– У существ, проживших тысячелетия, это никогда не бывает простым.

– Тогда зачем он это сделал? Я не понимаю, какой во всем этом был смысл? Если он понимал, что ничего между ними быть не может? Потом, в земном облике,

вряд ли это могло доставить ему удовольствие. Или я не прав?

– Правы.

– Но тогда зачем?

– Вы не хотите спросить об этом его самого?

– Ты не хочешь отвечать или не знаешь?

– Я не знаю и не желаю знать, – жестко ответил Нигль-И. – Если бы Странница по каким-то своим причинам решила провести ночь с земным мужчиной, стали ли бы вы задавать ей вопрос, зачем она это делает? И вам и ей было бы ясно – продолжения быть не может, но…

– Не припомню, чтобы она делала подобные вещи…

– И поэтому на Земле растет ее ребенок от земного мужчины? Зачем ей это было нужно? Я уверен, в ее жизни одним землянином не обошлось.

– Никогда не спрашивал ее об этом.

– Тогда вы должны понимать, почему меня это не интересует. И Аолла и Рон – вполне взрослые люди, чтобы решать подобные вопросы самим. Мы можем что-то посоветовать, но заставлять принимать их то или иное решение, согласитесь, не наше дело.

– Ты прав. Но ты плохо знаешь Строггорна.

– На мое счастье. Я бы предпочел его вообще не знать. Как он отнесся к тому, что произошло с Лейлой?

– Был очень зол.

– Мне, наверное, лучше с ним не встречаться.

– Мне тоже. Только это невозможно.

– А вам почему?

– Потому что он потребует объяснений по поводу Аоллы и Рона. И что я ему должен рассказать?

– Ничего. Ничего не знали.

– Они – муж и жена, – медленно сказал Креил. – Это значит, до первого Слияния он будет догадываться, а после этого – все знать абсолютно точно.

– Не все, только то, что знает Аолла. А что, Советник любит ковыряться в голове партнера во время Слияния? Мне бы это не пришло в голову. Зачем портить себе удовольствие и рисковать расположением партнера?

– Он еще любит читать сквозь блоки.

– Да? Это плохо. У Аоллы не очень хорошая защита.

– Об этом и речь. У меня и так полно проблем, чтобы еще вникать сейчас в их отношения.

– Теперь я понял, почему вы так разозлились.

– А ты думал – ревную? Может и ревную, конечно, – Креил вздохнул. – Она могла бы быть моей женой.

– Я слышал, вы три года жили с ней. Это не одно и то же на Земле?

– Не совсем. Потом, мы были как друзья. Аолла очень болела, и я занимался ее лечением. Странные были годы, счастливые и печальные. Я так долго был одинок. А потом, приходить домой и знать, что кто-то тебя ждет. Жаль, что все так быстро закончилось.

– Иногда, мне так сложно понять землян, Советник.

– И при этом ты не отказываешься от Лейлы? – Креил рассмеялся.

– Если она меня не забыла.

– Не думаю, чтобы она тебя забыла. Она очень странная, и ей никогда не нравились земные мужчины.

– А я ужасно боялся, что она только и делала, что их меняла.

– Претендентов было сколько угодно, а она все чего-то ждала. И дождалась, как в один прекрасный день инопланетянин превратит ее в старуху.

– Вы шутите, Советник. Вы-то на меня не сердитесь?