Зеленые яблоки
Шрифт:
– Где Айрис?
– прошептал он.
– Айрис, да я ее вывел...- Марч обернулся, но не увидел никого.Айрис!-крикнул он, -Айрис...
Джон вскочил.
– Айрис...
– Вот она... Ее несут...
Джон увидел, как мистер Строи с Мильфордом укладывали в автомобиль Айрис...Бросились к ним...Но мистер Строи, вскочив в авто, насмешливо раскланялся с ними, исчезая за поворотом улицы... Оба бросились бежать, спотыкаясь об обломки обрушившейся стены... На углу, увидев автомобиль, они вскочили в него и совсем
Навстречу им к тюрьме скакали конные жандармы.
Глава IV
"Very good!"
Джону пришлось скрыться в одном из бесчисленных домов на окраине, так как он не мог поместиться с Марчем, чтобы не подвести его под ответ. Скотленд-Ярд сбился с ног, разыскивая неуловимого преступника.
Джон скитался как дикий волк по улицам, тщетно желая увидеть хоть мельком Айрис или где-нибудь встретиться с Джеральдом.
Но увы! Он не мог нигде с ними встретиться. Он не знал того, что целые дни Джеральд Марч хлопотал около своего отца, ухаживая за ним и приводя его в человеческий вид.
Он не знал того, что Айрис была заперта Стромом в его особняке и целые дни томилась в одиночестве.
– Айрис... Айрис...-шептал он при виде какой-нибудь женщины, похожей на нее.
Его сердце начинало трепетно биться, и он принужден был останавливаться, чтобы прийти в себя.
Но с каждым днем образ Айрис постепенно тускнел, и другой занял его место - голод. Терпя неудачи за неудачами, в поисках работы и денег Джон переживал душевную драму, уныние перешло в отчаяние, досада в возмущение.
При долгом истощении организма рассудок обычно возбуждается до крайней степени. Так было и с Джоном. В его мозгу зарождались разнообразные мысли.
Пробовал даже писать книгу, но не мог. Мечты об Айрис мешали работать, и он наконец решил идти напролом, прямо, чтобы занять свое место рядом с ней, ведь они обвенчались в тюрьме.
Так думал измученный Джон, когда узнал, что мистер Стром снова занял свое место в фешенебельных кругах Лондона.
С большой осторожностью, избегая полисменов, он пробрался к особняку Строма.
В течение нескольких часов он пытался разузнать, находится ли Стром в доме, но все было тщетно.
Опущенные шторы на окнах не давали возможности разглядеть обитателей особняка. Там царила тишина.
Лишь раз заметил, что из дома Строма торопливо вышел Макс. Это подсказало Джону, что в доме должен быть сам Стром, и он продолжал выжидать.
Через некоторое время подъехал грузовик, с которого возчики стали снимать небольшой зеленый несгораемый шкаф. По-видимому, спустить шкаф на землю было не легко возчикам, а потому он подошел к ним и стал помогать.
Вид несгораемого шкафа, принадлежавшего его заклятому врагу, толкнул Джона на отчаянное решение.
Он решил во что бы то ни стало пробраться в
В ту же ночь Джон пробрался в дом. Вооруженный инструментами для вскрытия несгораемого шкафа, он осторожно пробирался по знакомым комнатам кабинета Строма.
– Я ограблю грабителя,- думал он,- и убегу с Айрис.
Стоя за тяжелой портьерой у окна, он направил электрический луч фонаря в комнату. Яркий луч прорезал мрак комнаты и, быстро описав круг, на секунду остановился у двери и погас.
Наступил мрак и тишина.
Бесшумно отделившись от портьеры, он осторожно ощупью направился через комнату туда, где при свете заметил несгораемый шкаф. Добравшись до него, он осветил потайным фонарем диск комбинации и приступил к вскрытию кассы.
Время от времени он прекращал работу и чутко прислушивался.
Потом снова приступал к работе. Через несколько минут все было сделано. Легкое щелкание затвора - и дверь несгораемой кассы бесшумно открылась.
Направляя свет то в одно отделение кассы, то в другое, он лихорадочно стал все просматривать.
– Я так и думал, ящик с драгоценностями, французские акции на предъявителя, как раз то, что мне нужно, а вот еще лучше - пачка тысячефранковых банкнот. Тут, должно быть, не менее ста тысяч.
Свет потайного фонаря играл на шуршащих бумагах.
Из мрака протянулась рука и легла на плечо Джона.
В тот же момент холодная сталь дула револьвера коснулась его правого виска.
– Руки вверх!..- раздался приказ.
Он поднял руки кверху и в темноте старался разглядеть своего врага.
– Держи руки кверху, иначе отправишься к своим праотцам!.. Встань и повернись лицом ко мне!..
Комната сразу осветилась. Джон осторожно повиновался приказу и обратился лицом к тому, кто приказывал.
Он узнал Строма в фрачном костюме, угрожавшего ему браунингом. В его глазах играла дьявольская улыбка, и среди громовой тишины Стром заговорил трескучим протяжным голосом:
– Рассчитывал на легкую поживу, не так ли? Мне едва удалось спрятаться за шкаф. Как тебя зовут?
Джон мрачно стиснул зубы и пристально смотрел на Строма. Потом вскрикнул:
– Стреляй же, подлец!..
Стром указательным пальцем коснулся курка, но не выстрелил и, отойдя за дубовый стол, стал у стены.
– Ты мне нравишься, Бертон,- иронически произнес он,-я не хочу убивать тебя, а...
Рука Строма что-то нащупывала на столе. Взор Джона сразу же увидел там кнопку звонка, которым Стром, по-видимому, собирался созвать слуг. Быстро сообразив, что делать, Джон незаметно и ловко опрокинул ногой стол на Строма. Тот выстрелил.
С криком ярости и боли Джон бросился вперед и навалился на Строма. Между ними началась отчаянная борьба. Стром все же как-то ухитрился выскользнуть изпод Джона и отскочил в сторону.