Завет Локи
Шрифт:
Мег помахала мне:
– Привет, Попрыгунья!
Я с улыбкой подошел к ней, хотя то, что она называла меня Попрыгуньей, было как-то не совсем правильно. Разумеется, Маргарет никак не могла бы назвать меня моим настоящим именем – и это была одна из тех мыслей, которые с определенных пор вызывали во мне некое странное ощущение, которому я пока не мог дать должное определение. Черт бы побрал все эти человеческие чувства и ощущения! Да для того, чтобы каждое из них описать, потребовалась бы целая библиотека! Почему бы, собственно, не относиться к этому проще? В этом мире достаточно удовольствий, чтобы заполнить
Итак, мы заказали торт с вишнями и стали рассказывать друг другу, как провели день и какие книги читали в последнее время, касаясь и таких сложных тем, как британская история, военное искусство и жизнь во всей ее абсурдности. Я был забавен, Попрыгунья казалась абсолютно искренней (догадываюсь, что человеку только и остается быть искренним, если он не умеет хотя бы казаться забавным), и нам, честно говоря, удалось совместными силами весьма успешно «атаковать» Мег. Она, разумеется, понятия не имела, что мы собой представляем, но, как я уже говорил, отличалась проницательным умом, а ее золотистые глаза были способны видеть удивительно глубоко.
– Ты такая странная, – сказала она наконец. Мы к этому времени уже покончили с тортом. – Словно одновременно и старая, и молодая. Весело смеешься, а через минуту уже грустишь.
– Я грущу? – удивился я. – Да никоим образом я не грущу! А сегодня, пожалуй, у меня и вовсе самый счастливый день за последние пятьсот лет!
Мег рассмеялась.
– Вот видишь! Именно это я и имела в виду. И потом, я никогда не могу быть до конца уверена, шутишь ты или нет.
– Ну, это действительно была шутка, – поспешила заверить ее Попрыгунья, довольно больно под скатертью ущипнув меня – или себя? – за ляжку.
Мег снова рассмеялась.
– Приятно слышать, иначе столь значительная разница в возрасте могла бы составить для нас определенную проблему. – И сразу же, заметив, что после ее слов Попрыгунья стала буквально сама не своя, прибавила: – Нет, я, конечно же, сразу догадалась, что это была шутка. Ты вообще, как я поняла, пошутить любишь.
И она протянула мне руку, а я ее пожал, хоть и почувствовал легкое сопротивление Попрыгуньи. Но и моя хозяйка в итоге поддалась обаянию Мег; она, пожалуй, даже вздохнула с облегчением, словно в ее душе наконец-то распахнулась некая дверца, с давних пор запертая на замок. «Вот и хорошо, – подумал я. – Пусть хоть немного расслабится».
И тут Мег, заметив мои забинтованные руки, с ужасом спросила:
– Что случилось?
Черт побери! А ведь мы с Попрыгуньей специально выбрали одежду с длинными рукавами, чтобы скрыть бинты на запястье. Но Мег все-таки сумела их заметить. Я уже собрался ответить, но Попрыгунья меня опередила.
– Да, я иногда делаю всякие такие вещи, – с заносчивым видом сообщила она, – и все пытаюсь от этой скверной привычки избавиться!
«За каким чертом тебе понадобилось говорить об этом?» – разозлился я. В ответ Попрыгунья, как бы пожав плечами, снисходительно пояснила: «Именно потому, что она такая милая. И потому что врать я не люблю».
«Ну извини. – Я поспешил пойти на попятный. – Хотя меня вообще-то считают прародителем всех лжецов, и я с полным основанием могу тебя заверить: честность в мире явно переоценивают, а в нашем положении она
Но Попрыгунья не дала мне закончить.
– Послушай, Мег, – тихо сказала она. – Ты мне действительно очень нравишься. Правда-правда. Но я не уверена, что прямо сейчас завязать с кем-то новые отношения – это хорошая идея. Нет, только не сейчас!
– Это еще почему? – Мег в полном изумлении подняла брови, но смотрела на Попрыгунью по-прежнему ласково.
– Потому что я… это не совсем я, – сказала Попрыгунья.
Я попытался вмешаться: «Какого?..» Но она опять помешала мне.
– Там, в «Пламени», я была совсем другим человеком. Поверь, такой я бываю далеко не всегда. Но и притворяться перед тобой не хочу.
– Я поняла, – кивнула Мег. – В этих делах ты новичок.
Попрыгунья молча посмотрела на нее и кивнула.
– Ну и ничего страшного, – сказала Мег. – Пойми, я знаю, о чем говорю. И нам совсем не обязательно что-то такое делать, можно ведь просто разговаривать. Или танцевать. Или есть торт. Все это уже очень хорошо. И пусть все развивается так неспешно, как лучше тебе.
Я издал внутренний вопль. «О боги! Я просто поверить не могу, что ты на это решилась! А я-то считал тебя просто своим «носителем», просто телом, в котором я временно обитаю. А ты похожа на самый большой в мире куст крыжовника: полезешь за ягодкой и угодишь в ловушку. Теперь в ситуации «menage a trois» [48] мне, похоже, отведена роль третьего, которому и смотреть-то на остальных двоих не хочется».
48
Французское выражение, означающее жизнь втроем – супругов и любовника (любовницы) одного из них.
А Мег, помолчав, спросила:
– Ну что, такой вариант тебя устраивает?
Несколько мгновений Попрыгунья колебалась, я это чувствовал. Мег явно ей нравилась. Мало того, ее к ней тянуло – причем не менее сильно, чем меня самого. В этой девушке и впрямь было нечто притягательное. Нечто на редкость теплое, доброе, милое. Я попытался определить для себя, в чем же тут дело. Ведь Мег отнюдь не принадлежала к тому типу женщин, который меня обычно привлекает. Никакой косметики, никаких украшений. Только скромненькие деревянные бусы да пышные волосы, завивающиеся мелкими спиральками и облаком окутывающие ее лицо. Нет, она, конечно, была очень даже ничего, но я встречал и куда более красивых женщин. Причем немало. Но именно эта почему-то действовала на меня гораздо сильнее. И совсем по-другому. А потому затмевала всех прочих красавиц, вместе взятых.
Наконец Попрыгунья решилась. Вздохнула, тихонько сказала: «Да, устраивает», и Мег ободряюще ей улыбнулась.
– Вот и хорошо. А знаешь, что я тебе скажу: хоть вчера вечером ты мне и показалась симпатичной, но сейчас ты мне нравишься гораздо больше.
– Правда? – Попрыгунья была явно поражена этим признанием.
«Что-что?» – попытался снова влезть я, но Мег уже продолжала:
– Понимаешь, вчера ты словно чью-то чужую роль играла. И я это сразу почувствовала. Это было забавно, но не больше. А мне бы хотелось узнать, какая ты настоящая.