Завещание
Шрифт:
Потом я написала Уильяму, ограничиваясь деловыми вопросами и заканчивая словами: «Не могу дождаться выступления на конференции. Передавай привет Шону, Мейрид и КАТРИНЕ».
Я надеялась, что Уильям заподозрит неладное, увидев имя Катрины, написанное заглавными буквами. Около часа ночи, когда я уже засыпала, вдруг зазвонил телефон. Звонила Катрина.
– Нам нужно встретиться во Флоренции перед конференцией.
– Хорошо.
– В каком-нибудь тихом месте. Напиши, когда и где.
С этими словами она отключилась.
В ответ я послала сообщение: «Послезавтра?
Следующим утром я проснулась от звонка Шона.
– Изабель, – сказал он после формального приветствия. – Я звоню из-за Катрины. Никто не видел ее уже несколько дней. Берти понятия не имеет, где она. Хуже всего то, что… ее бумажник, телефон и все остальное лежат у нее дома.
– Нет…
– Я не сказал полиции о твоем сообщении. Я подумал, что мы должны…
В следующее мгновение у меня сел аккумулятор.
Глава пятнадцатая
Через час я проверила телефон, который успел зарядиться. От Катрины не было сообщений, зато было несколько от Шона, который спрашивал, все ли у меня в порядке. Я написала ответ, в котором объяснила, что у меня села батарея телефона, и предложила созвониться позже. Шон ответил, что завтра поздно вечером он вылетает во Флоренцию и хочет увидеться со мной на конференции. Но в случае чего я могу звонить ему в любое время.
Я открыла ноутбук и отправила еще одно письмо на последний адрес электронной почты.
«Я закончила просматривать все документы из списка Розы. Много писем Федерико находится в Отделе рукописей Национальной библиотеки в Париже. Кроме того, в Национальном архиве Франции хранится единственная существующая инвентаризационная опись домашнего имущества Федерико. Как только конференция закончится, я отправлюсь в Париж, пусть запрос на получение гранта на поездку все еще не рассмотрен. Как вы видите, я неуклонно продвигаюсь вперед».
Я хотела закончить доклад, но прежде договорилась встретиться с Эндикоттом и выпить по чашке кофе. Он и раньше бывал во Флоренции и потому предложил встретиться в баре на площади Санто-Спирито.
Я заказала капучино и, оглядевшись, поняла, что Эндикотт уже ждет за столиком в глубине зала, перед ним на столе покоилась стопка бумаг. Когда я устроилась рядом, Эндикотт положил бумаги на стул и сказал:
– Доброе утро, Изабель. Надеюсь, у тебя все хорошо.
– Спасибо, все хорошо, профессор Эндикотт. Надеюсь, ваш полет прошел без происшествий.
– Должен сообщить тебе, что в Сент-Стивенсе произошло нечто серьезное.
– Катрина?
Он поправил очки, съехавшие к кончику носа.
– Хочешь сказать, что уже знала?
– Шон позвонил мне сегодня утром. Дайте угадаю, вы считаете, что не стоит это обсуждать.
Он подался вперед и прищурился, глядя на меня поверх пустой чашки:
– Нет. Мы еще ничего не знаем.
Мне стало интересно, сможет ли полиция узнать, что она звонила мне.
– Она звонила мне недавно, – сообщила я. – Мы предварительно договорились встретиться здесь, во Флоренции.
– Ну, это не кажется чем-то необычным. Вы коллеги, хотя
– Да. И исследования идут хорошо. Я обнаружила серию зашифрованных писем и ключ для расшифровки здесь, во Флоренции.
– Уильям упоминал об этом вчера, – проговорил Эндикотт, разглаживая рукой одну из страниц. Значит, Уильям получил мое сообщение. – Отличная работа, Изабель. Хотя я должен тебя предупредить, чтобы ты не отвлекалась от своей темы. Ты нашла полезный материал в Генуе?
– Бухгалтерских книг больше нет, – вздохнула я. – Но много полезных документов. Брачные контракты, покупка земли, записи крещений и так далее. Я нашла два письма от двух разных пап и других знатных людей. Переписка с другими семьями, с которыми Фальконе пытались заключить союзы в Генуе после разрыва с Дориа.
– Все эти материалы в семейном архиве? Интересно, что было украдено?
– Что-то не сходится в этой истории. Возможно, кражу совершил… кто-то свой.
– Я когда-нибудь говорил тебе о первом правиле Найджела Эндикотта? Это всегда работа своих.
Я улыбнулась.
– Я соединила информацию, собранную ранее, с тем, что удалось найти в Генуе и Флоренции. Хотя Генуя стала вассальным государством Испании, половина семьи Фальконе осталась верна Франции, начиная с Джованбаттисты. Деньги, которые Екатерина Медичи дала для финансирования путешествий Федерико в Америку, были предоставлены в виде займов. Федерико не возместил расходы короне.
– В этом нет ничего необычного. Получила ли монархия что-нибудь в обмен на свою помощь? Достаточно ли ты просмотрела материала, чтобы сделать выводы? Из твоего запроса на поездку я увидел, что у тебя в планах посетить Париж. Возможно, ты найдешь документы, которые дополнят картину. О чем будет твой доклад на конференции?
– Мое выступление посвящено Федерико. Он был в близких, но тем не менее деловых отношениях с Екатериной Медичи. Федерико использовал Екатерину, и она в свою очередь использовала его. Отвечая на ваш вопрос, я не совсем уверена, что Екатерина получила взамен. В письмах Федерико, написанных для нее, постоянно проскальзывают заверения в верности. Мне удалось расшифровать одно из писем здесь, в архиве, свидетельствовавшее о том, что Федерико также пытался получить деньги у ее кузена, герцога Козимо, чтобы финансировать путешествия в Америку.
– Ты хорошо поработала, Изабель. Какие именно отношения связывали Федерико и Екатерину, станет ясно после того, как ты изучишь больше документов. Все, что мы можем сделать как историки, – это выдвигать предположения на основе источников. – Он внимательно посмотрел на меня. – И приправить их щепоткой скепсиса.
– И как же нам оценить характер исторической личности, если мы можем полагаться только на предположения, основанные на написанных им письмах? Или же о том, как писали о нем другие? Как мы вообще можем узнать правду о человеке, который жил так давно? Или надеяться разобраться в спорном событии?