Заступник
Шрифт:
— Мы и сами можем их делать, — холодно улыбнулся Жардир. В свете луны блеснули его зубы. — Ты не можешь быть нашим Спасителем. Ты всего лишь шин.
— Я не собираюсь биться с вами, — заявил Арлен.
— И не надо, мой друг, — спокойно проговорил Жардир. — Отдай мне копье, возьми свою лошадь и на заре отправляйся в путь. И никогда не возвращайся сюда.
Арлен колебался. Он не сомневался, что красианские Караульные смогут воспроизвести чудесное копье не хуже его. И тогда в Священной войне красианцев с демонами наступит
Но нет — на карту поставлена не только честь. Копье — дар не одним лишь красианцам, а всем людям. Поделятся ли красианцы своим достоянием с другими? Если они начинают таким образом, то вряд ли.
— Нет, — промолвил Арлен. — Пусть оно еще некоторое время побудет у меня. Я сделаю еще одно копье для вас, а потом уеду. Вы никогда меня больше не увидите и получите то, что желаете.
Жардир щелкнул пальцами, и воины плотнее сомкнулись вокруг Арлена.
— Прошу вас! — умолял юноша. — Я не хочу никому причинять вреда.
Лучшие воины Жардира ответили ему смехом. Все они посвятили жизнь владению копьями.
Кровь ударила Арлену в голову.
— Корелинги ваши враги! — вскричал он, когда они кинулись на него. — А не я!
С этими словами он закружился, отбив своим оружием два копья и вонзив свое в ребра одного из воинов. Тот с грохотом упал на товарища. Арлен тотчас бросился через толпу, отчаянно вращая копьем, но никого при этом не раня.
Тупым концом ударил одного воина по лицу и услышал, как треснула челюсть, потом пригнулся и словно дубинкой трахнул еще одного по коленям. Прямо над его головой пролетело копье, а воин с криком упал на землю.
Но вдруг оружие, с такой легкостью разившее корелингов, стало тяжелым в руках Арлена, а энергия, которая вела его по Лабиринту, исчезла. Копье лишалось своих волшебных свойств, когда его применяли против людей. Арлен вонзил его в землю, высоко подпрыгнул и ногой пнул еще одного воина в горло. Потом ударил кого-то древком, согнув его пополам. Наконечник вонзился в бедро третьего. Тот бросил оружие и схватился за рану. Арлен отступал, приближаясь к яме, так, чтобы дель’Шарум не смогли окружить его.
— Я вновь недооцениваю тебя, хотя и обещал более этого не делать, — проговорил Жардир.
Он махнул рукой, подзывая подкрепление.
Арлен отчаянно сражался, однако итог битвы был предрешен. Его ударили по голове древком, он упал, и воины разом набросились на Вестника, нанося удар за ударом, пока он не отпустил копье и не закрыл голову руками.
Побои тотчас прекратились. Арлена поставили на ноги. Сзади его держали за руки два мускулистых воина. Жардир нагнулся и поднял с земли копье. Первый воин крепко сжал волшебное оружие в руках и посмотрел в глаза Арлену.
— Я искренне сожалею, мой друг, — сказал он. — Но другого выхода нет.
Арлен плюнул ему
— Эверам видит твое предательство! — заорал он.
Жардир лишь улыбнулся, вытирая слюну с лица.
— Не смей говорить об Эвераме, шин. Я его Шарум Ка, а не ты. Без меня Красия падет. Кому ты нужен, Пар’чин? Никто не прольет и слезинки после твоей кончины.
Он взглянул на воинов, держащих юношу.
— Бросьте его в яму.
Арлен еще не пришел в себя от падения, когда перед ним в землю впилось копье Жардира. Взглянув вверх стены западни высотой в двадцать футов, он увидел Первого воина.
— Ты жил честно, Пар’чин, — говорил Жардир, — так и умри достойно. Если погибнешь в сражении, то попадешь прямо в рай.
Арлен вскрикнул от досады. Демон на другом краю ямы встал на четвереньки. Из его пасти текла слюна, и в ней виднелись острые как бритва зубы.
Арлен поднялся на ноги, игнорируя боль в мышцах. Он взял в руку копье, не отводя взгляда от демона. Арлен не угрожал и не боялся нечистого, чем сбивал его с толку — демон неуверенно топтался туда-сюда на четырех лапах.
Демона песка можно убить обычным копьем. Его небольшие, лишенные бровей глаза, обычно защищенные костяными буграми лба, широко открываются, когда он внезапно бросается в атаку. Точное попадание копья в это уязвимое место, при условии, что оно проникает глубоко в мозг, может сразу же убить тварь. Однако демоны передвигаются с большой скоростью, и неточный бросок или такой, при котором копье не проникает глубоко, лишь еще больше разозлит его. Без щита, при блеклом свете луны и масляной лампы наверху задача практически невыполнима.
Пока демон сбит с толку поведением Арлена, юноша начинает чертить острием копья обереги на земле перед собой. Тварь быстро найдет обходной путь, однако он, возможно, выиграет время. Штрих за штрихом он рисует символы.
Демон песка отступает к стенам ямы, где ложатся самые длинные тени от света масляной лампы. Коричневая чешуя сливается с глиной, делая его практически невидимым. Светятся лишь большие черные глаза.
Арлен предугадал момент нападения. Рубчатые мускулы нечистого собрались в пучок и задергались, когда он встал на задние лапы. Юноша укрылся за готовыми охранными знаками и отвел взгляд, как бы уступая корелингу.
С ревом демон бросился вперед. Более ста фунтов когтей, клыков и покрытых панцирем мышц. Арлен ждал, пока тот наткнется на обереги, и как только они вспыхнули, ударил копьем в отчетливо видимые глаза.
Наблюдающие за поединком сверху красианцы разразились одобрительными возгласами.
Удар достиг цели. Демона отбросило назад, и он завизжал от боли. И тут Арлен увидел, что конец копья сломался. Он сверкал в глазу демона, который стал царапать когтями морду и, наконец, высвободил обломок. Кровотечение тут же прекратилось.