Заступник
Шрифт:
Арлен рассматривал два отряда. Те и другие воины одеты в черное. В руках у них простые копья без всяких украшений.
— Как ты определяешь разницу между ними? — спросил Арлен.
Аббан пожал плечами.
— Все очень просто, — ответил он.
Вдруг один дамэ что-то крикнул другому, и они начали о чем-то спорить.
— О чем они спорят? — спросил Арлен.
— Всегда об одном и том же, — объяснил Аббан. — Дамэ клана Каджи верит в то, что демоны песка обитают в третьем круге Ада, а демоны ветра —
— Но какая, в сущности, разница? — недоумевал Арлен.
— Те, кто находится на нижнем уровне, наиболее удалены от взора Эверама, — сказал Аббан, — и погибают первыми.
Теперь дамэ уже кричали, а дель’Шарум обоих отрядов гневно потрясали копьями, выступая на защиту своих вожаков.
— Они будут биться друг с другом из-за того, каких демонов нужно убивать первыми? — спросил Арлен.
Аббан плюнул в пыль.
— Каджи дерутся, с Маджи и по более пустяковым поводам, Пар’чин.
— Но ведь с заходом солнца появятся настоящие враги! — протестовал Арлен.
Аббан кивнул.
— И тогда Каджи и Маджи будут сражаться бок о бок. Наша мудрость гласит: «Ночью мой враг становится моим братом». Однако до заката еще далеко.
Один из воинов Каджи ударил воина Маджи толстым концом копья и сбил его с ног. Через мгновение все воины обеих сторон вступили в бой.
Дамэ стояли в стороне, не участвуя в потасовке, и продолжали кричать друг на друга.
— Почему власти терпят это? — спросил Арлен. — Разве Андра не может запретить такие побоища?
Аббан покачал головой.
— Андра должен принадлежать ко всем кланам и в то же время быть вне их союзов, только на деле он всегда поддерживает клан, воспитавший его. Но в любом случае не в его силах покончить с междоусобной враждой в Красии. Нельзя запретить мужчинам проявлять свои мужские качества.
— Скорее они ведут себя как дети, — заметил Арлен.
— Воины дель’Шарум умеют лишь владеть копьями, а дамэ знают одну только священную книгу Эвиджа, — с грустью в голосе согласился торговец.
Мужчины пока не кололи друг друга наконечниками копий, однако бой явно разгорался. Если кто-то не вмешается в событие, скоро появятся первые жертвы.
— Даже не думай об этом, — велел Арлену Аббан, хватая его за руку, когда тот рванулся вперед.
Арлен хотел что-то возразить, а Аббан, взглянув через плечо друга, широко открыл рот и упал на одно колено. Потом потянул вниз Арлена.
— Стань на колено, если хочешь спасти свою задницу, — прошептал он.
Арлен осмотрелся и увидел источник страха Аббана. По улице шла женщина, закутанная в белые одежды.
— Дамэ’тинг, — пробормотал он. Таинственная Травница Красии нечасто появлялась на людях.
Арлен
— Ты храбр или безумен, Пар’чин? — спросил Аббан, когда женщина скрылась из виду.
— С каких это пор у вас мужчины преклоняют колени перед женщинами? — недоумевал Арлен.
— Воины не становятся на колени перед дамэ’тинг, но каффиты и шины, если они не полные болваны, должны это делать, — объяснил Аббан. — Даже дамэ и дель’Шарум боятся ее. Говорят, она может предсказывать будущее и знает, кто из мужчин переживет ночь, а кто погибнет от когтей демонов.
Арлен пожал плечами.
— Ну и что? — сомневался он. Дамэ’тинг предсказывала его судьбу в первую же ночь, когда он вошел в Лабиринт, только он не почувствовал, что она на самом деле видит будущее.
— Оскорбляя дамэ’тинг, ты бросаешь вызов судьбе, — заключил Аббан, глядя на Арлена как на круглого дурака.
Арлен покачал головой.
— Мы сами хозяева наших судеб, — заявил он, — даже если дамэ’тинг кидает кости и видит то, что случится с нами.
— Что ж, я не завидую тебе, если ты обидишь эту женщину, — промолвил Аббан.
Они продолжили путь и вскоре подошли к дворцу Андры, огромному куполообразному строению из белого камня, такому же древнему, как сам город. Охранные знаки здесь покрыты позолотой и сверкают в ярких лучах солнца, падающих на величественные шпили.
Не успели они ступить на дворцовое крыльцо, как к ним стремительно бросился дамэ.
— Убирайся прочь, каффит! — закричал он.
— Прошу прощения, — извинился Аббан, опустил глаза долу и попятился назад.
Арлен не сдвинулся с места.
— Я Арлен, сын Джефа, Вестник с севера, известный так же, как Пар’чин, — представился он на красианском языке. А потом опустил на землю копье, которое даже в завернутом виде говорило само за себя. — Я принес письма и дары Андре и его министрам, — продолжал Арлен, поднимая вверх свою суму.
— У тебя плохие друзья, Северянин, — сказал дамэ, бросая хмурый взгляд на Аббана, лежащего в пыли.
Арлен хотел дать суровый ответ, однако сдержал себя.
— Пар’чину нужен сопровождающий, — заговорил Аббан. — Я хотел проводить его…
— Я не просил тебя говорить, каффит, — прервал его дамэ и пнул торговца в бок.
Мускулы Арлена напряглись, и лишь предостерегающий взгляд друга удержал его на месте.
Дамэ как ни в чем не бывало повернулся к нему.
— Я передам твои послания, — проговори он.