Засранец Бэдд

Уайлдер Джасинда

Поездка до аэропорта прошла в полном молчании.

Он проводил меня до контрольно-пропускного пункта, а затем передал мне мою ручную кладь.

— Ну что ж. — Он отхлебнул кофе, его темно-карие глаза стали непроницаемыми и нечитаемыми для меня. — Вот и все.

Я кивнула, ненавидя внезапную неловкость между нами, приносящую боль.

— Полагаю, что да.

Один напряженный момент, потом другой. Уже было без десяти девять утра, и мне все еще нужно было пройти через охрану и найти свой выход на посадку. Но как я могла уйти, не сказав и слова

на прощание? Это не было прощанием, это было неловкое, напряженное, неприятное расставание.

— Зейн, я…

Он поцеловал меня. Жестко, сильно, одна рука сжалась на моем затылке, его огромное твердое тело прижалось к моему. Его язык скользил по моим губам снова и снова, и я погрузилась в поцелуй, утонула в нем, упивалась им, надеялась, надеялась, надеялась, что это значило, что он…

Он отстранился, отступив на шаг назад.

— Прощай, Мара.

Я тяжело моргнула.

— Увидимся, Зейн.

Чертовски странно. Чертовски больно. Чертовски глупо.

Я прошла через охрану, остановилась на другой стороне и обернулась. Зейн все еще стоял там, где мы попрощались, одна рука лежала на затылке, брови были сдвинуты, плечи тяжело поднимались и опускались, желваки ходили. Он наиграно улыбнулся, когда я обернулась, помахал мне рукой, а затем резко развернулся на каблуках и покинул аэропорт, почти яростно вышагивая.

Я не плакала весь перелет домой.

Нет, нет, нет.

ГЛАВА 12

Зейн

Прошло почти два месяца с тех пор, как Мара уехала, а я все еще адски скучал по ней. Я был полным ублюдком в отношении своих братьев и ослом для клиентов до такой степени, что когда Баст и Дрю вернулись из своего медового месяца, то Баст сказал мне прекратить это дерьмо или найти новую работу. Так что я закопал свои чувства, и притворился, что все, мать твою, в ажуре.

Но это было не так.

Я не должен был просто так отпустить ее, я чувствовал это своим сердцем. Но как я мог сказать ей об этом? Как бы она поступила, если бы я попросил ее остаться? Нельзя рисковать своим будущим ради человека, которого ты знаешь всего неделю, и связывать себя отношениями с ним. Это глупо. Может, я ни черта не смыслю в отношениях, но знаю, что из такого ничего хорошего не выходит.

Так не бывает.

Что еще хуже, после первого месяца страданий, я, наконец, сломался и в три часа ночи пьяный написал Маре. Потратил чертов час, сочиняя сообщение, удаляя и начиная заново, читая и перечитывая тысячу раз, подправляя его, пока оно не стало таким как надо.

Я: Я скучаю по тебе. Что если бы тогда я сказал тебе, что не хочу чтобы ты уезжала?

После того, как я, наконец-таки, нажал на кнопку, чтобы отправить сообщение, оно переместилось вверх и оказалось в нашей переписке в голубом облаке. Доставлено.

Двадцать долбанных минут я пялился в экран, но "прочитано" под сообщением так и не появилось. Я отрубился и, когда проснулся, сообщение все еще было непрочитанным.

Спустя

два дня все еще не прочитано.

Неделя, две, а она все еще не прочла мое чертово сообщение.

Я звонил ей, ровно через два месяца после отправки сообщения. Но в ответ услышал только гудки…

— Привет, это Мара. Оставьте сообщение и я перезвоню.

Я громко выдохнул в тот момент, как прозвучал гудок записи сообщения.

— Привет. Эмм, это Зейн. Я… Просто перезвони мне, ладно? Пожалуйста!

Я швырнул телефон так сильно, что тот, пролетев через всю гостиную, разбился о стену. Баст, который в это время наливал кофе в кружку, зыркнул на меня.

— Что, твою мать, с тобой не так, Зейн? Ты в последнее время стал совсем отбитым! Что случилось?

— Она ушла, и я позволил ей уйти. И теперь она не отвечает на сообщения и не берет трубку.

— Значит все кончено. Прости. — Он зашел в гостиную и протянул мне кружку. — Даже не знаю что сказать, чтобы тебе стало легче. В море много рыбы, время лечит, и все тому подобное. Отболит и отпустит.

— Нахрен другую рыбу, я хочу ее, — прорычал я.

— Ну, тогда вперед. Найди ее.

— Как? Я не знаю, где она живет, не знаю адрес, да она даже на звонок не отвечает!

Баст, выдохнув, засмеялся.

— Ты что, забыл о своем младшем брате? Тот пацан, которого пригласили в ЦРУ.

— Ох, и правда. — Я поднялся и постучал в комнату Ксавьера. Он открыл дверь и сонно уставился на меня. — Ксавьер, мне нужно чтобы ты…

Не произнеся ни слова, он развернулся, пробежался взглядом по лежавшим на его столе бумагам и затем протянул мне распечатку, на которой было полное имя Мары, Амаранта Люсиль Куинн, и ее адрес в Сан Франциско.

— Наконец-то, ссыкло. — Проворчал Ксавьер, кинув в меня распечаткой. — Я узнал его еще две с половиной недели назад.

Затем он захлопнул дверь перед моим носом.

Баст ухмылялся в свою кружку.

— Может, спит он мало, но когда спит — лучше его не тревожить.

— Действительно. — Сказал я, перечитывая строчки в распечатке снова и снова, будто если я постараюсь, Мара переместиться сюда, как по волшебству, прямо сейчас.

— Есть идеи? — Спросил Баст.

— Что?

Он указал на окно, подразумевая пристань, откуда доносились кашляющие звуки винтов аэропланов.

— Поговори с Броком. Он направляется в Сиэтл, чтобы увидеться со своей девчонкой. Возможно, если ты хорошо попросишь, он подбросит тебя до Сан-Франциско.

Выскочив буквально в одних спортивных штанах, даже не надев обуви, я выбежал из дома, попав под холодный осенний дождь. Брок с наушниками на голове был за сиденьем пилота в одномоторном гидроплане, переключал рычаги и смотрел на приборы.

Брат, даже не посмотрев на меня, сразу спросил.

— Тебе до Сан-Франциско?

Я кивнул.

— Могу подкинуть на бензин.

Он потянул за очередной рычажок.

— Может, для начала оденешься? — Он ухмыльнулся. — Обещаю, что не улечу без тебя.