Записки летчика-наблюдателя
Шрифт:
20 июня Фокин и Шкуро сообщили всем в отряде, что товарищ Киров поручил им передать всему личному составу отряда, что Революционный Военный Совет 11-й армии представляет товарища Щекина к высшей революционной награде ордену Красного Знамени. Короткову была объявлена благодарность от имени Реввоенсовета 11-й армии и выдана, как и Щекину, большая денежная премия.
Взятые в плен английские летчики были направлены в Москву.
Новый налет английских самолетов на Астрахань был через два дня, около 11 часов. Заметив в воздухе наших истребителей, англичане поспешно сбросили бомбы на южную окраину города и, уклоняясь от воздушного боя, ушли
В следующий раз шесть английских самолетов появилось в районе города рано утром на большой высоте — около 3000 метров. Достигнув района нефтехранилищ на западном берегу Волги, самолеты образовали замкнутый круг, из которого каждый самолет последовательно бомбил цель. В строю круга летчики-наблюдатели из турельных пулеметов, а летчики из передних пулеметов могли сравнительно просто прикрывать друг друга от воздушных атак. Советским истребителям на изношенных машинах пришлось долго набирать высоту, и когда они достигли 3000 метров, англичане уже уходили на юг.
Щекин успел атаковать вторую тройку вражеских самолетов, вслед за ним ту же тройку атаковал Коротков. Лапса отстал и не успел принять участие в атаке. Повторную атаку Щекину совершить не удалось: он не мог настичь самолеты врага. Коротков благодаря большей скорости «Спада» не отставал от англичан и вел огонь короткими очередями. Противник в свою очередь ожесточенно обстреливал советского летчика из нескольких пулеметов. Некоторое время Коротков еще преследовал самолеты противника, но когда они увеличили скорость, он отстал.
Летчики Щекин (справа) и Коротков около сбитого английского самолета «ДН9-А»
Когда обсуждался этот бой, в высказываниях наших летчиков было столько страстного желания дать отпор авиации интервентов и столько досады, что нет еще у нас более совершенных самолетов… Некоторые предлагали установить ежедневные дежурства в воздухе. Фокин с этим предложением не согласился. Противник производил налеты нерегулярно, в разное время дня. А запас бензина у нас был на исходе, и его следовало беречь. Кроме того, постоянное дежурство самолетов в воздухе быстро привело бы к износу моторов. Комиссар поддержал Фокина.
На другой день из штаба 11-й армии сообщили следующее: «Согласно поступившему донесению вчера около 12 часов дня команда нашего сторожевого катера, находившегося в Каспийском море, наблюдала, как в районе дельты Волги в направлении на юг пролетели три самолета, за ними еще два, а позже далеко отставший от них один самолет. Последний самолет летел неровно, делал все более и более заметные зигзаги, потом свалился на крыло и упал в воду. При ударе самолет загорелся. Летчики утонули». Фокин и Шкуро пришли к выводу, что в воздушном бою в районе Астрахани один из английских летчиков второй тройки был, видимо, тяжело ранен. В результате он не мог управлять самолетом и свалился. Кто сбил этот английский «Де-Хавеланд» — Коротков или Щекин, сказать было трудно. Победу присудили обоим.
Итак, на счету отряда были уже два сбитых самолета «ДН9-А». В последующие дни англичане, раздосадованные неудачей, снова появились над городом, но уже на высоте примерно 4000 метров. Вести с ними борьбу становилось все труднее.
В мае и июне 1919 года самолеты английских интервентов бомбили главным образом жилые кварталы
Вместе с бомбами англичане сбрасывали и листовки контрреволюционного содержания.
В июне 1919 года белые армии генерала Деникина, хорошо одетые, обутые и вооруженные правительствами Англии, США и Франции, одновременно с наступлением на Украину двинулись на Царицын и Астрахань. В составе деникинских войск находились и части интервентов. Завязались упорные бои. Войска 11-й советской армии нанесли большие потери противнику и остановили его продвижение еще на дальних подступах к Астрахани.
Летчики нашего отряда вели непрерывную воздушную разведку и несколько раз вылетали группой для штурмовки вражеских войск на марше. В этих случаях мы сбрасывали осколочные бомбы и специальные стрелы и вели огонь из пулеметов.
Техника сбрасывания с самолета «Сопвич» бомб и особенно стрел была очень своеобразной и далеко не простой.
Прежде всего следует сказать, что на самолете не было какого-либо прицела. Бомбы сбрасывались на глазок. Летчик-наблюдатель брал очередную из лежавших у него в кабине в ногах бомб и отверткой расконтривал вертушку предохранителя взрывателя. Пальцами левой руки он старательно придерживал крылышки вертушки, чтобы они не вращались от ветра. Затем летчик-наблюдатель обеими руками поднимал бомбу, вставал в кабине самолета, ногами захватывал ножки сиденья, чтобы удержаться в случае сильной болтанки. Высунувшись за борт и свесив на руках бомбу, он внимательно следил за целью. Когда цель накрывалась передней кромкой крыла и становилась невидимой, летчик-наблюдатель считал до шести и бросал бомбу головкой вперед, чтобы при поступательном движении она не кувыркалась. В случае недолета летчик-наблюдатель при повторном заходе сбрасывал бомбу по счету «восемь» или «десять». При перелете счет уменьшался.
В холодную погоду дело осложнялось тем, что, высовываясь из кабины, надо было беречь лицо от обмораживания. Приходилось защищать полотенцем часть лица, которая находилась с наветренной стороны.
Свинцовые стрелы длиной около десяти сантиметров выбрасывались из небольшого деревянного ящика. Ящик надо было держать, стоя в кабине, затем в нужный момент перевернуть и вытрясти из него стрелы. Стрелометание не корректировалось. О том, что стрелы попали в цель, можно было судить по разбегавшимся солдатам противника. По опыту первой мировой войны было известно, что невидимое и почти неслышимое падение стрел производило большое деморализующее действие на войска.
Наш отряд пополнился еще одним летчиком: на «Сопвиче» прилетел к нам летчик Василенко. Он находился на службе в одной из авиационных частей Восточного фронта. Там он отличился, выполняя сложные задания командования. В прошлом рабочий, летчик, солдат старой армии, Василенко был членом РКП(б). Высокий, сильный, с красивым мужественным лицом, Василенко обращал на себя внимание. Он носил черные усы, которыми очень гордился. Темно-карие большие глаза летчика искрились весельем, но становились злыми, когда речь заходила о белых.