Записки актера и партизана
Шрифт:
Твердая почва дала возможность расширить туннель, сделать в боковых стенах ниши без боязни оползня или обвала. Работали все желающие. Но в основном группа состояла из постоянных рабочих, так как люди, непривычные к физическому труду, да еще в таких сложных условиях, более двух-трех дней не выдерживали.
Копать приходилось сидя на корточках или стоя на коленях. Работали быстро, стараясь изо всех сил поскорее загрузить вагонетку. А сердце от недостатка воздуха начинало биться учащенно. В висках стучало, голова кружилась. Липкий пот каплями падал
Вот вагонетка наполнена, и ее толкают к выходу. Пока разгружают, можно немного посидеть и отдышаться. Затем пустую катят назад. Когда люди падают от усталости, на смену им спускаются в туннель новые. Для того чтобы спуститься второй раз, нужно хорошо отдохнуть.
Как оборудовать вентиляцию? Вопрос этот не раз обсуждался, никто не мог предложить ничего приемлемого. Пробитые дыры в потолке могли заметить. Кроме того, через эти отверстия доносился бы шум от вагонеток, проникал бы свет от электролампочек.
Когда же люди не смогли больше работать из-за нехватки воздуха, кто-то предложил пропустить в потолке наружу водопроводные трубы. Пропустили. Воздух понемногу стал поступать в туннель. Трубы были такой длины, что они не возвышались над поверхностью и не вызывали ни у кого подозрений.
Для того чтобы туннель шел по намеченной линии, время от времени в потолок через трубы просовывали железные прутья. Они были видны над поверхностью из окон второго этажа, где сидел человек, корректирующий направление. Если отклонений нет, прут выдергивался и работа продолжалась.
Прокладку туннеля начали в середине мая 1943 года, а в первых числах июня, по подсчетам, он должен был пройти под оба проволочных заграждения и деревянную стену. Надо же копать дальше, через поле, до небольшой рощи, чтобы выйти за пределы освещаемой прожекторами территории.
В конце мая столяра Дворецкого, наладившего дело по подземным работам, и одного портного, тоже члена туннельного комитета, неожиданно вызвали в гебитскомиссариат для какой-то срочной работы. Оттуда они не вернулись. Как потом выяснилось, их отправили в лагерь смерти Колдычево, где они и погибли.
Одновременно с прокладкой туннеля внимательно следили за поведением полицейских, охранявших гетто. С этой целью назначили специальных дежурных, которые наблюдали за ними, но все было тихо. Постовые аккуратно ходили вокруг всей стены.
Вдруг 12 июня рано утром председатель юденрата разбудил всех и приказал никуда не выходить из помещений. Все перепугались. Решили, что немцы узнали о туннеле и многим грозит смерть.
Вскоре пришел начальник полиции и объявил, что ночью вся охрана ушла в партизаны и с вечера гетто никто не сторожил. После ухода начальника полиции дежуривших в эту ночь чуть не избили. Ночь была темная, шел проливной дождь и дежурные посчитали, что в такую погоду никто не отправится в дальний путь. Преспокойно улеглись спать и прозевали возможность без всякого риска всем выйти на свободу. Теперь единственной надеждой на спасение стал туннель.
Минул
1 июля собрались все и тянули порядковые номера для прохода через туннель, чтобы не было суматохи. В первую очередь решили пропустить рабочих, которые пророют выход на поверхность. За ними - вооруженную охрану, которая станет у выхода, пока из туннеля не выйдут все. Дальше пойдут остальные по порядку номеров. У каждого должна быть булка хлеба и сумочка с самыми необходимыми вещами. У входа в туннель тоже станут вооруженные люди, готовые к любым неожиданностям.
Без номеров оказалось 10 человек вооруженной охраны, 10 рабочих, прокапывающих выход, и 6 человек комитета, следящих за общим порядком.
Когда все вопросы обсудили и билеты - 234 номера - роздали, выход назначили на следующую ночь.
На следующий день время тянулось как никогда медленно. Все нервничали, хотя внешне все выглядело спокойно. Подошла ночь. Было светло как днем и так тихо, что отчетливо слышались шаги часовых, прохаживавшихся у деревянной стены. Пришлось отложить выход еще на день. А назавтра узнали, что началась блокада Налибокской пущи и все дороги перекрыты. Решили переждать блокаду.
Работа в туннеле продолжалась с целью удлинить его насколько возможно и этим облегчить выход. Вдруг пошли дожди, где-то образовалась течь, и в туннеле появилась вода. Работы прекратились. Настроение у всех упало.
Переизбрали туннельный комитет. Из старых членов в него вошли Борис и Пинчук, остальные были новые, очень энергичные люди. Работы возобновились.
В начале августа узнали, что из Вильнюса, где не было полтора года погромов, вывезено несколько тысяч евреев, а 17 числа угнаны все евреи из Лиды. Становилось ясно, что начинается ликвидация всех гетто.
23 сентября прошел слух об убийстве в Минске гауляйтера Кубе. Это послужило последним толчком к выходу. Туннель к этому времени достиг длины 170 метров.
Выход назначили в ночь на 26 сентября. Поздним вечером собрались все во втором флигеле, где был вход в туннель. Все получили порядковые номера, а боевая группа - оружие. По приблизительным расчетам, для выхода всех из туннеля понадобится не менее 48 минут, а потому приказали соблюдать абсолютную тишину, чтобы шумом не привлечь внимания охраны. Погода на этот раз благоприятствовала: было очень темно, шел проливной дождь.
Первыми в туннель отправились 10 рабочих. Им предстояло прокопать в потолке наклонный выход и поставить приготовленную лестницу. За ними пошли 5 вооруженных винтовками человек из охраны и 2 из комитета. У входа тоже стояли 5 человек с винтовками и остальные члены комитета.
По сигналу из туннеля начался выход. Перед спуском всех выстроили по номерам, по очереди пропускали в туннель. Те быстро продвигались к выходу. Чтобы в туннеле не возникло пробки, впускали по одному с промежутками.