Западня
Шрифт:
– Вот видишь, так всегда, – назидательно произнес Керон, – с виду ангел, а поступает так, что никаким чертям и не снилось. Запомни малый, никогда не попадайся на их уловки, а то и не заметишь, как твоя жизнь превратиться в настоящее пекло.
Высказывание очевидно касалось только женщин, которых сейчас достойно представляла работавшая сейчас программа, мастерски составленная со знанием дела.
Покончив с лекцией, он уже совершенно другим тоном, в котором сквозили металлические нотки униженного мужского честолюбия, прешел к делу:
– Мы никуда не собираемся отсюда уходить. Это теперь наша собственность, а ты, глупая, должна знать
– Почему вы считаете, что обладаете такими правами? – Неуверенно спросила бездушная машина. – Приведите свои аргументы. У вас на это есть две минуты, по истечении которых, я объявлю вас вне закона и буду вынуждена снять с вас гарантии безопасности.
У Роберта промелькнула в голове отчаянная мысль, что если они поторопятся, то может даже и успеют уложиться в эти две минуты, чтобы покинуть рейдер. Керон, напротив, всем своим видом выражал спокойствие и уверенность в себе.
– Нам не понадобиться на это две твои минуты, – с достоинством произнес он. – Согласно сайского соглашения о «Потерпевших бедствие кораблях», любой, кто нашел такое судно, на борту которого не осталось никого в живых из экипажа или пассажиров, считается его собственником.
– Как это не осталось живых?! – Запротестовал подъехавший робот. – А я что не в счет?
Роберт навел на железяку плазмомет.
– Все правильно, все правильно, – завопил умный пылесос, – я уже мертвый, нет, я уже очень давно мертвый, да я никогда живым и не был. Вы довольны?
Выдержка из знаменитого закона, почитаемого таковым в огромном угловом секторе освоенной Вселенной, произвела магическое действие. Роберт ожидал начала газовой атаки, против которой могли помочь только скафандры, да и то не на долго, но случившееся дальше так его поразило, что он чуть не упал в низ в ножки своего кресла.
– Добро пожаловать на борт «Вечерней зари». Законы собственности – священные законы. Поздравляю вас господа со вступлением в законные плава. Как в процентном соотношении будут выглядеть ваши доли? Пятьдесят на пятьдесят или в каком нибудь другом соотношении?
Все это было произнесено сладчайшим тоном, от недавней холодности не осталось и следа. Даже на экране, выражение крайней неприступности и даже злости, мгновенно сменилось елейной приветливостью.
– Ну я же тебе говорил, что их интересуют только наши деньги, – получив подтверждение своим взглядам, опять начал выступать Керон. – Не успел измениться наш имущественный статус, как тут же поменялось ее отношение.
– Чего ты горячишься? Это же всего навсего программа. – Видишь, даже на программном уровне это отображено, а что же тогда в жизни?! – Не унимался Керон.
– Так что, господа, какими долями корабля каждый из вас владеть, – не обращая внимания на неудовольствие Керона переспросила электронная стерва, чудесным образом опять превратившаяся в удивительную милашку.
– Равными, – рявкнул в ответ Керон. – А теперь расскажи нам о том, когда и как случилось крушение, и о грузе, который был при этом на борту.
– Двести четырнадцать стандартный лет назад, «Вечерняя заря» вошла в реальное пространство в двухстах пятидесяти тысячах километров от Отстойника К3/09. Экипаж состоял из восьми каритов. Так же на борту находились два робота-погрузчика, три механических робота-механика. Последние находились в нерабочем состоянии, их монтаж предполагался уже на самой планете. Через полтора часа, когда корабль уже находился в атмосфере, а пилот выходил
В сложившихся критических условиях, экипаж решился на подпространственное смещение прямо в атмосфере планеты, прыжок происходил в непосредственной близости от материального объекта – до поверхности планеты было 934 метра. На это потребовалось еще пятнадцать секунд, во время которых рейдер получил еще три пробоины в по левому борту, в районе жилых отсеков.
Девушка на экране рассказывала страшные вещи, а с ее лица не сходила обольстительная улыбка. У Керона перед глазами реалистично разворачивалась картина, запечатленная его сознанием казалось навсегда. На черном, покрытом илом остеклении кабины, ярко вспыхнули близкие звезды, но соперничая с ними по красоте и яркости, в чернильно-черной пустоте, разноцветными вспышками, в полной тишине, расцветали диковинные цветы аннигилирующих кораблей. Экран радара был забит засветками от располагавшихся поблизости кораблей. Вначале он даже подумал, что прибор просто испортился.
Ощущение опасности усиливалось еще и от того, что визуально ничего заметить было нельзя, пространство вокруг его челнока было пустым и безжизненным. Керон уже было подумал, что наблюдаемые им близкие вспышки, это какое-то незнакомое ему явление природы, но два попадания, полученные одно за одним в его челнок показали, что природа не имеет к этому никакого отношения. Это была война. Настоящая война, ведущаяся с размахом и приличествующей этому хитрому делу фантазией.
Как ему удалось выбраться, он и сам толком сказать бы не смог. Повезло наверное. Хотя слово «повезло» никак не клеилось с тем, что последовало сразу за чудесным спасением…
Керон усилием воли прогнал призраки воспоминаний и опять уставился на экран.
– …"Вечерняя заря» вошла в реальное пространство, южнее на три тысячи восемьсот километров. Перемещение прошло успешно, но рейдер материализовался в пространстве с превышающим критическое значение, при такой загрузке, креном на правый борт, готовый в любой момент сорваться в штопор. До поверхности было около пятисот метров, тогда пилот попытался в ручную выровнять корабль, но во время маневра, в грузовом отсеке корабля, сорвалась со своих креплений часть контейнеров. Нарушилась балансировка корабля и мощности двигателей не хватило, чтобы избежать трагедии.
– Чем был загружен рейдер? – Поинтересовался Роберт на правах совладельца.
– На борту было бурильное оборудование, – охотно поменяло тему устройство, – для добычи нефти из верхних горизонтов; автоматический нефтеперегонный комплекс; три секции по производству гранулированных полуфабрикатов пластических масс. Все новое, с гарантией изготовителя. Четыре робота, которые должны были смонтировать оборудование и начать добычу нефти. Еще было двенадцать контейнеров с пищей, которых должно было хватить экипажу не меньше, чем на десять лет.