Западня
Шрифт:
Он показал на центральный экран пилотского пульта, забитый столбцами цифр и умными графиками. На двух боковых экранах отображалась примерно та же картина, лишь символы были поменьше. Роберт присмотрелся. Разноцветные линии графиков медленно меняли свою кривизну и выглядели на стереоэкране, как живые. Будто зависшие в воздухе перед черным как ночь, стеклом экрана столбцы цифр постоянно менялись, ни на секунду не оставаясь без изменений. В левом верхнем уголке, высвечивался выбранный Кероном в прошлый раз зрительный образ системы. Лицо ослепительной блондинки выражало смертную скуку –
– И что же все это значит?
– Как что?! – Возмутился Керон. – Это же показатели активности в реакторах. Смотри вот эта группа графиков – правый реактор синтеза, вот эта
– левый.
– Как две одинаковые картинки.
– Так и должно быть, они же работают вместе. Выполняют роль одного, так сказать, но то, что они разнесены, повышает живучесть системы в целом и к тому же, по весу получается меньше, хотя этого, если честно, я не понимаю.
– А что с другой парой?
– Я их протестировал, как сумел, и оказалось, что они почти не загружены, к тому же, у первого серьезные проблемы с контуром охлаждения. Это как раз именно тот, который сейчас затоплен водой. Он и грел воду для этих тварей. Я так понял, что их и использовали только как резервный источник энергии. Что ты хочешь, топливо для таких реакторов не всем по карману. Казалось бы примитив, примитив, а тяжелые элементы, запакованные в красивые и безопасные контейнеры, просто так не валяются.
Зато реакторы слияния ядер, вот это вещь! Ты знаешь, что они работают точно так же, как работают звезды?
– Спасибо, буду знать, – пообещал Роберт.
– Что будем делать с нашими пассажирами?
Керон расплылся в широкой улыбке.
– Там уже нечего делать, разве что пойти, поесть знатной ухи. Навар неверное… – Мечтательно протянул он. Роберта чуть не вырвало, так живо он вспомнил происходившее несколько часов назад. – Ну, ну, не расстраивайся. Я же тебе сказал, что там больше никого нет. Скорее всего никому из этих тварей выбраться выбраться не удалось, Даже если они и очень этого хотели.
– Что ты сделал? – Я же сказал. Сварил я их, безжалостно и живьем. Можешь пойти посмотреть. Запустил реакторы и временно отключил им охлаждение. Правда пришлось немного повозиться, система никак не давала этого сделать, но мне удалось ее обмануть, – он некультурно показал пальцем на экран.
Выражение на лице блондинки со скучающего, сменилось ни обиженное. Система внимательно следила за разговором и реагировала соответствующе. Правда почему она молчала, по началу такая разговорчивая девушка, для Роберта так и осталось загадкой.
«Обиделась наверно» – решил он для себя и не стал больше заострять внимание на этом вопросе.
– А я думаю, – догадался Роберт, – что за ерунда мне снилась все это время, шум, грохот. Что, было слышно даже сюда?
– Да, я немного переборщил. Там наверно вода вскипела в одно мгновение. Из болота скорее всего повалил столб пара. Если это кто-то видел с орбиты, то наверное уже сделал вывод о сейсмической активности в этом районе, если конечно же кому-то до этого было дело.
Керон на мгновение замолк, а потом продолжил.
– Живучие оказались, сволочи. Минут пять бесновались, а потом
– Но они же работают, – возразил Роберт.
– Работать, то они работают, но я не могу их испытать на рабочей мощности. Реактор – это такая штука, которая без нагрузки работать не может. Проблема состоит в том, что нужно же куда-то девать вырабатываемую мощность. Просто так в карман ее не положеш, она должна тут же быть употреблена на что-то.
– А как же они сейчас работают?
– Всего на две сотых процента от расчетной мощности, видишь, как ярко пылают светильники и громко работает система регенерации воздуха?
– Меня этот гул преследует с самого сна, – пожаловался Роберт, но Керон не обратил на жалобу никакого внимания.
– Вот сижу, наблюдаю за режимами работы, – продолжал он, – вроде все более-менее стабильно. Оба неплохо реагируют на регулировки. Пока все складывается в нашу пользу. Правду же мы будем знать только тогда, когда попытаемся взлететь на этом сарае.
– А генераторы полей в порядке? – Показал эрудицию Роберт.
– Все тесты проходят, – как пилоту-напарнику ответил Керон, – но как показывает опыт, это еще ничего не значит. Все будет ясно только тогда, когда на устройства будет подана мощность. Все под большим вопросом, но шансы у нас есть, – подитожил он.
Роберт достал из-за пазухи упаковку с пайком и поделив ее, протянул половину Керону. Тот не говоря ни слова взял и принялся машинально жевать. Робот уборщик, который то же вел себя тихо и незаметно, сорвался со своего места и съехав вниз стал педантично засасывать в свои потроха крошки, посыпавшиеся с верху. Все происходило тихо, без привычной болтовни и ворчания. На удивленный взгляд Роберта, Керон небрежно бросил:
– Пришлось провести воспитательную работу.
Уважительный взгляд Роберта сказал все лучше любых слов. Керон задрал подбородок и продемонстрировал, как он умеет гордиться, но это продолжалось всего несколько мгновений, потому, что кривая одного из графиков на экране, норовисто выгнулась и стала еще кривее, блондинка в углу монитора скорчила издевательскую рожицу, а все это осенил своим алым цветом транспорант: «ОПАСНЫЙ РЕЖИМ ЭКСПЛУАТАЦИИ!».
Керон пощелкав клавишами исправил положение и вернул все на свои места.
– Так то лучше, – пригрозил он непонятно кому и уже обращаясь к Роберту продолжил, – нужно дать понять этому железу, чего от него хотят, дать ему время свыкнуться с мыслью, что никуда ему от нас не деться.
Роберта всегда поражало отношение Керона к неживым порождениям человеческих рук, пусть даже очень высокотехнологическим, как к одушевленным существам. Впрочем, с другой стороны, если прожить приличный кусок своей жизни среди этого самого «железа», то наверняка можно было заговорить как с равным, с обыкновенным светильником или с запорным рычагом люка. Такие мысли отразились на его лице ироничной улыбкой.